Созвездие Дракона - Мария Доброхотова

Дракон легко подцепил ее хвостом, подбрасывая в воздух, помогая снизить скорость, а потом поднырнул под падающее тело и подставил спину. Девушка упала на нее животом, ухватилась за шип на шее, подтянулась и перебросила ногу, оседлав дракона, как коня. Дракон же пролетел над самой водой, а потом взмыл в воздух, рассекая водную пыль, и девушка на его спине кричала и смеялась, наслаждаясь жизнью, становясь буквально ее воплощением. И не было ничего, кроме неба, полета и свободы.

Позже, вечером, они лежали на траве у озера и отдыхали. Шумел водопад, и в воздухе висели почти невесомые капли воды. В кустарнике надрывалась ночная птица. День гас, на небе появились мазки розовых и оранжевых облаков. Луна медленно и величаво загоралась над обрывом, торопя закат.

— Ты веришь в пророчества, Менив-Тан? — спросил парень, заложив руки за голову. Он оставался обнаженным, но нагота давно их не смущала. Одежда, которая порвалась во время обращения, лоскутами плавала в озере, а запасная лежала нетронутой рядом.

— Нет, — ответила девушка с белыми волосами. — Я вообще не верю во всякую сверхъестественную ерунду.

— А Великая Матерь? Ты же ее видела.

— Видела. И она больше не чудесное явление, а огромный всесильный дракон… Но вполне реальный огромный всесильный дракон.

— Ну а все же. Представь, что если у нас с тобой есть предназначение?

— И кто же его нам дал? — усмехнулась Менив-Тан.

— Да хотя бы та же Великая Матерь. Она часто посылает нам пророчества.

— И что, было у вас хоть одно пророчество обо мне? О девушке с белой кожей и белыми волосами, которая придет и… Ну, не знаю… Всех догонит и спасет, хотите вы этого или нет.

Парень коротко рассмеялся.

— Нет, такого странного пророчества не было. Но уверен, — он протянул руку и легким ласковым движением заправил выбившуюся прядь её волос за ухо, — ты вплетена в планы Великой Матери, как соломинка в ту твою уродскую шляпу.

— Ничего она не уродская, — Менив-Тан шлепнула друга по плечу. — Я уверена, что не было у нее никаких планов на меня. Я была обычной девчонкой, меня звали Таня, и я училась в простой школе и университете. Ела печенье по утрам, ходила в театр с живыми картинками, пару раз дралась в подворотне. А потом я выпала этому миру, словно карта в игре. И Великая Матерь меня удачно разыграла. Это мог бы сделать Свирл, но он был медленнее и глупее, поэтому все упустил. Понимаешь, Денри? Я всего лишь кусок картона, который Матерь забрала в руку и вовремя выкинула на стол.

— Не знаю, звучит скучно. Неинтересно. Я бы очень хотел иметь великое предназначение, — протянул Денри, мечтательно глядя в небо, и на закатной палитре голубизна смешивалась с розовым и красным. — Например, стать королем над людьми и драконами.

Таня перевернулась на живот и принялась внимательно изучать лицо друга, который смотрел, прищурив ярко-коричневые, почти оранжевые глаза, на волнующееся небо.

— Тебе для этого не нужно предназначение, — серьезно сказала она. — Или чье-то дозволение. Ты всего можешь добиться сам. И ты заслуживаешь стать королем.

Денри повернул голову, посмотрел хитрым взглядом на подругу, а потом быстро притянул ее к себе и заключил в объятия.

— Знаешь, Менив, что бы ни ждало нас впереди, ты самая чудесная девушка из всех, что только можно встретить. В драконьем или человеческом царстве — не важно.

— Ты тоже ничего, — ответила Таня и засмеялась, потому что Денри тут же вцепился пальцами в ее бок.

— Вот отправит меня Итари в Илибург, я стану королем и тогда придумаю для тебя страшное наказание за твою дерзость.

Таня села на траве и вдруг стала серьезной. Закатное солнце бросало на ее лицо розово-оранжевые отблески, подчеркивая бледность кожи и непривычную драконам красоту.

— Когда ты улетаешь из обители?

— Итари сказала прийти к ней в первый день месяца Коры, и тогда она все скажет, — ответил Денри. — Это через неделю. А сегодня мы еще свободны и можем заночевать прямо здесь.

— Мне страшно думать, как я буду без тебя, — сказала Таня, уворачиваясь от поцелуев. — Мне даже поговорить не с кем, не с Отори же. Она ненавидит меня.

— Да не в тебе дело! — нахмурился Денри. — Она просто не любит людей. В принципе.

— Да, мне стало легче. Ладно, не бери в голову, я буду общаться со старшими драконами, постигать устройство мира и однажды настолько преисполнюсь в своем познании, что уйду в горы, буду там медитировать и превращусь в священную мумию.

Денри рассмеялся, громко и весело.

— Прости, но я не могу тебя представить в роли медитирующего мудреца. В тебе слишком много жизни для этого. Не грусти, ты же знаешь, я не люблю этого, — он сел, приобнял подругу, но она не ответила на его объятие. — Я постараюсь вернуться. И найти способ забрать тебя. Вместе навсегда, помнишь?

— Навсегда, — кисло улыбнулась Таня. — Ты же знаешь, Матерь ясно определила мою судьбу: быть Даром драконам и провести остаток жизни здесь, в Обители. Ты не сможешь меня забрать.

— Не говори, что я что-то не смогу, — Денри выглядел упрямым и решительным, несмотря на обнаженный вид. — А то я Контору расскажу, он будет рад узнать о твоих стремлениях к медитациям и замучает тебя ими.

Таня испуганно уставилась на друга.

— Ну что еще случилось? — протянул Денри.

— Контор. У нас сегодня занятия по астрономии, — упавшим голосом проговорила Таня.

— Проклятье! — он вскочил, осматриваясь, будто старый дракон мог обнаружиться за ближайшими кустами. — Захвати мою одежду и скорее возвращаемся!

Денри обратился в дракона, Таня забежала ему на спину по подставленному крылу, привычным движением сунула ноги под чешуйки, чтобы крепче держаться, и приготовилась к полету. Она знала, что драконы не любят возить людей на спинах, считают это унизительным, но Денри вел себя так, будто это вполне дружеский жест — покатать подругу на мощной чешуйчатой спине, и Таня никогда не зазнавалась. Водопад остался внизу и позади, а над верхушками деревьев показалась Скала Дракона, где хмурый Контор ждал своих нерадивых учеников.

* * *

Контор сидел на краю обрыва и смотрел на темное небо, расшитое узорами созвездий. Луна серебрила его чешую, и старые наросты, и длинную бороду. Пожилой дракон выглядел спокойным, умиротворенным, будто его сознание устремилось к звездам и плавало среди них. Денри и Таня подошли тихо и встали рядом, делая вид, что стояли здесь с самого заката.

— Милые дети, — после долгой паузы заговорил Контор. — Посмотрите на эти звезды. Они горели на небе задолго до вашего рождения и будут гореть,