Землянка для наемников - Тина Солнечная

трупы монстров. Тех самых. Их тёмная кровь растекается по полу, пропитывая металлические решётки. Запах металла и гари давит на нос, смешиваясь с чем-то кислым, химическим.

Меня почему-то это радует.

Но вопрос остаётся: кто нас спас?

Спасители выглядят, словно сошли с постера к фильму про косморейнджеров — снаряжение, оружие, серьёзные лица. Они точно не добрые самаритяне.

Нас переводят через шлюз.

Я даже не сопротивляюсь, только пытаюсь осознать происходящее. Другое судно. Другая каюта. Просторнее, но явно не пассажирский лайнер.

Внутри пять кроватей.

Нам развязывают руки.

Сёстры тут же сгруппировываются, садятся на одну кровать и обнимаются, но уже спокойнее. Они что-то шепчут друг другу, а я медленно опускаюсь на край другой койки.

Нас оставляют одних.

Я закрываю глаза и, наконец, перевожу дух.

Время тянулось медленно. Никто нас не трогал, никто не приходил, и я даже успела на какое-то мгновение поверить, что всё закончилось.

Но дверь открылась, и в каюту снова вошёл один из тех, кто нас «спас». Мужчина. Высокий, широкоплечий, в тёмной форме с какими-то эмблемами, которые мне ни о чём не говорили. Лицо жёсткое, губы сжаты. Он посмотрел на девушек и что-то сказал.

Я не поняла ни слова.

Сёстры тоже переглянулись, нахмурились, и одна даже слегка пожала плечами. Мужчина выдохнул, развернулся и ушёл.

Но через пару минут он вернулся. В руках у него были какие-то мелкие штуки — гладкие, тёмные, размером с монетку, с небольшим изгибом. Он молча протянул их нам.

Я повертела штуковину в пальцах, разглядывая её.

Девушки, в отличие от меня, сразу поняли, что делать. Одна вставила устройство в ухо, потом вторая и третья. И вдруг — о, чудо! — они начали разговаривать с мужчиной.

Я моргнула.

Переводчик?

Не может быть.

Я торопливо вставила штуку в ухо. О, чёрт… реально переводчик. Теперь я слышала каждое слово.

— … у меня есть дядя в Империи, он заплатит, — говорила старшая из сестёр. — Его зовут…

Она назвала какое-то сложное имя, в котором я бы сломала язык.

— Хорошо, — кивнул мужчина, глядя на устройство в своей руке. Похоже, он записывал. — Дальше.

Средняя назвала какого-то торговца, который тоже будет рад вернуть её.

Младшая всхлипнула, но всё же тихо выдала имя и номер какого-то… отца? Опекуна? Я не была уверена.

Но что меня действительно насторожило, так это сам факт.

Они что, называют контакты людей, которые их… выкупят?

В каком таком смысле выкупят?

Только тут мужчина повернулся ко мне.

— А ты? Кто тебя выкупит?

Я хлопнула глазами.

— Понятия не имею.

Он нахмурился.

— Ты что, не знаешь, кто за тебя заплатит?

— Эм… а вы вообще не спасли нас просто так? — мой голос звучал странно даже для самой себя.

Он засмеялся.

— Мы наёмники. Мы спасли вас, потому что нам заплатят за вас ваши семьи. Мы не работорговцы, и не нападаем на женщин. В отличие от тех, кто вас забрал. Но и в благотворительность не играем.

Я сжала кулаки.

— И кто они?

— Вайзары.

Слово прозвучало так, будто он выплюнул его.

— Те твари не собирались вас возвращать родственникам. Они планировали продать вас в бордели. Но перед этим… — он усмехнулся. — Ну, скажем так, научить работать, как полагается.

У меня всё похолодело внутри.

Я глубоко вдохнула, стараясь не задохнуться от внезапной волны ужаса.

— Ты откуда? — спросил мужчина, переключая внимание на меня.

— Я… с Земли.

Он нахмурился.

— С чего?

— С Земли, — повторила я, медленно выговаривая.

Молчание.

Одна из сестёр сказала что-то быстрое и чёткое, и я услышала, как мужчина понял.

— Ах, это, — он фыркнул. — Твоя планета считается недоразвитой. Неудивительно, что ты такая странная.

Я не нашла, что сказать, но он, кажется, даже не ждал ответа.

— Ладно. Подумаем, что с тобой делать.

Он развернулся и пошел к выходу, оставляя меня с кипящей в голове мешаниной эмоций.

И тут я заметила кое-что странное.

У него был хвост.

Довольно длинный, мускулистый, с короткой шерстью, как у кота.

Я уставилась на дверь, за которой он исчез.

Видимо, меня ещё не отпустило.

Через некоторое время дверь снова открылась, и в каюту вошёл тот же мужчина. На этот раз он выглядел ещё более сосредоточенным, взгляд — ровный, бесстрастный.

— Вы трое, выходите, — сказал он, делая жест рукой. — За вами прилетели.

Сёстры встрепенулись. Средняя тут же подхватила младшую, помогая ей встать, старшая вытерла остатки слёз с лица и, благодарно кивнув, пошла к выходу первой. Они не прощались со мной. Возможно, потому что я для них была всего лишь чужой пленницей, возможно, потому что просто боялись, что передумают их отпускать.

Я тоже поднялась.

Но когда сделала шаг в их сторону, мужчина посмотрел на меня и резко добавил:

— А ты остаёшься.

Глава 2

Я сделала шаг вперёд, но мужчина не сдвинулся с места. Напротив — сложил руки на груди, перекрывая проход, и чуть склонил голову набок, словно рассматривал диковинную находку.

— А ты остаёшься.

Слова прозвучали ровно, без эмоций. Просто факт, который я должна принять.

Я застыла.

— Почему?

Он лениво качнул головой.

— Морвисы отказались тебя забирать.

Я моргнула.

— Как это — отказались?

Он чуть приподнял бровь, будто ему было лень объяснять очевидные вещи.

— А с чего бы им? Ты не их родня, не их гражданка, не их проблема. Они вернутся на свою планету, а ты… — он усмехнулся. — Ты нет.

Грудь сдавило тугой пружиной.

— Так отправьте меня домой.

Он даже не удивился.

— Можем.

Надежда вспыхнула — жалкая, но такая отчаянная.

— Но не будем.

И тут же умерла.

— Что? Почему⁈

— Потому что мы не работаем бесплатно.

Улыбка у него была ленивой, самодовольной. Глаза — того жёлто-янтарного оттенка, который заставлял меня чувствовать себя пойманной.

— Ты можешь заплатить?

Я открыла рот, но слова застряли в горле.

Заплатить?

Мне вдруг стало холодно.

Два года. Два года назад умерла мама, и с тех пор у меня никого не осталось. Ни родственников, ни друзей, которые могли бы бросить всё ради моего спасения. Я никому не нужна.

А что у меня есть? Старая золотая цепочка, что осталась от матери? Пара тысяч на счету, которых и на билет до соседнего города не хватит?

Я молчала, стиснув зубы.

Мужчина смотрел на меня с тем же ленивым спокойствием, но в его глазах появилось что-то другое — не сочувствие, нет. Скорее утверждение очевидного.

— Ясно, — он развернулся, направляясь к выходу. — Тогда летишь с нами до космопорта.

Он уже шагнул за порог, но обернулся через плечо: