Не та героиня этой дорамы - Дада Смехова

Карьерный рост, как говорится, состоялся.

Просто никто не уточнил,

что вниз — это тоже рост.

Кто-то решил что мы должны быть здесь

Без предупреждения.

Без инструкций.

Без возможности нажать «отмена».

И самое ироничное?

Она —счастлива.

Её глаза горят, она словно нашла себя.

Вся эта азиатская эстетика, церемонии — её стихия.

Она — как актриса, наконец-то попавшая на главную роль.

А я…

Я просто хочу обратно.

В свой офис, в своё утро с кофе, в привычный шум, в нормальную жизнь.

Хочу быть снова той, кто пишет план, а не полирует чайник, до состояния

«вижу в нём своё разочарование».

Но похоже, пока не сыграю роль до конца, выход мне не светит.

Так что да…

Пора признать:

Я — служанка.

В чужой мечте.

Да, я терпеть не могла исполнять роль служанки.

Это было… унизительно, раздражающе и до смешного абсурдно.

Но — с другой стороны — у нас был приличный дом, еда, одежда и защита княжны.

Так что я решила: ладно, поживу пока по местным правилам.

Немного поиграем в «Хозяйку и её верную слугу».

Главное — не заиграться.

Потому что каждый раз, когда я говорю ей «госпожа»,

где-то внутри меня тихо умирает мой диплом.

Каждый раз, когда я видела, как она величественно принимает очередной поклон, я ловила себя на мысли: «Нет, ну это точно съёмка! Сейчас вылезет ведущий, вручит нам приз за лучшую импровизацию, и всё — домой».

Но нет.

Прошёл день.

Потом второй.

Потом неделя.

И в какой-то момент стало очевидно:

это не сон.

не розыгрыш.

не временный глюк реальности.

Это…

долгосрочный проект.

Без ТЗ.

Без дедлайна.

И без выхода.

Только шелка.

Поклоны.

И моя Лизка-госпожа, которая всё глубже входила в роль.

Причём без намёка на выход.

Но сейчас не об этом.

Сегодня — особенный день.

Похоже, даже решающий для всей этой драмы, в которую мы так эффектно вляпались.

Моя подруга наконец-то получила то, ради чего, видимо, и затеялось всё это космическое безумие — свадьбу.

Да-да. Настоящую. С принцем.

С лентами, поклонами, шелками и всеми этими «ах» и «ох», от которых у неё глаза блестят.

Я, же, надеялась, что после финального «и жили они долго и счастливо» нас мигом выкинет обратно — в наш нормальный мир.

Подготовка шла уже несколько дней — и всё это время мы жили в состоянии нервного шелкового хаоса.

Принца, конечно, никто не видел. Всё окутано тайной, как и положено великому сюжету, где невеста должна томно ждать, а зритель — страдать от интриги.

Моей подруге даже выходить из покоев не разрешалось — традиции, статус, всё как полагается по дорамным законам жанра.

Она вздыхала, томно смотрела в окно, и начинала пересказывать мне все свои любимые сцены: как герои впервые встречаются, как падают в объятия, как он (разумеется, полураздетый и в лунном свете) прижимает её к себе…

Я, естественно, страдала вместе с ней.

Вернее — рядом с ней.

Вернее — наблюдала, как она страдает и одновременно получает от этого неприлично искреннее удовольствие.

В какой-то момент я уже перестала понимать, она ждёт принца или очередной эпизод сериала.

И если честно, начинала подозревать, что даже если принц не приедет, Лиза всё равно как-нибудь устроит себе страстную сцену — с воображением у неё проблем никогда не было.

С самого утра, как только нам сообщили, что Его Высочество уже выехал, началось грандиозное приготовление невесты к выходу.

Хотя, если честно, всё уже было готово — просто теперь настал момент надеть это всё на Лизу.

А это, поверьте, целая операция.

Через три часа этой шелковой борьбы я окончательно поняла: одежда здесь — это не просто одежда.

Это одновременно боевое искусство, философия и фитнес-программа, от которой можно сжечь калории даже просто наблюдая.

Я до сих пор не знаю, сколько слоёв ткани было на ней.

Десять? Двадцать? Сто? (шучу конечно....наверное)

Кажется, если бы она упала, то не разбилась бы — просто бы перекатилась, как мягкий кокон. И ведь каждый узор на одежде, что-то значит: положение, родословную, настроение и, кажется, фазу луны.

Ленты, заколки, украшения — всё это сияло, звенело и угрожающе шевелилось, как будто жило своей жизнью.

А прическа... о, это вообще архитектурное сооружение.

На голове у неё возвышалась целая «корона» — такая, что могла поймать сигнал спутника и управлять погодой.

По всем канонам дорамы — да и фэнтези, как уверяла моя подруга — мы должны были выполнить какую-то миссию.

После чего —хлоп!— и возвращаемся домой: в свой мир, своё время, свою уютную квартиру с вайфаем.

Звучало логично.

Вот только… никто не сказал, какую именно миссию.

Почему мы здесь? Зачем? И главное — почему я именно с ней?!

Я не имела ни малейшего представления.

И уж точно не понимала, почему из всех возможных миров нас закинуло в китайскую дораму.

Ну вот серьёзно: из всех альтернативных вселенных — почему Азия?!

Мне этот жанр всегда был… ну, скажем мягко, прохладно-нейтрально-безразличен.

Я не восторгалась фарфоровыми лицами, не млела от «о, благородный господин», и не мечтала, чтобы меня спасали с крыши храма под музыку флейты.

А вот моя подруга — жила этим.

Она годами зависала на китайских, японских и корейских дорамах, вздыхала над «властными директорами» и «молчаливыми генералами», и присылала мне клипы с азиатскими красавчиками

А я?

Я просто ставила лайк. Иногда — из вежливости. Иногда — чтобы она наконец перестала слать мне это в три часа ночи.

Моё сердце, между прочим, всегда принадлежало турецким сериалам.

Вот где всё честно и по существу: герой — с плечами, бородой и проблемами по делу, а не с подведёнными глазами и страданиями из-за того, что кто-то не так посмотрел на сакуру.

Там всё просто:

влюбился — сказал,

обиделся — крикнул,

поссорились — тарелки полетели,

помирились — страстный поцелуй на фоне заката и яхты.