Между водой и камнем - Тимофей Иванов

и отметив краем глаза, что Цалина начала готовить завтрак, я с удовольствием повёл плечами, а затем крутанул в руках посох, начиная Танец Гармонии, который мой второй учитель вызнал у укунских монахов во время своего путешествия на восток. Винсент в свою очередь подозвал Румина от костра и поднял на ноги Вирума, которого старый приятель, по совместительству являющийся графом Акани, выдал рыцарю, так сказать, в нагрузку.

После того как мы перебили некромантов, окопавшихся в исчерпанной медной шахте, встал извечный русский вопрос «Что делать?». С адептами-то чёрной магии всё было понятно, их выживание вообще не предполагалось. Добро победило зло, поставило его на колени и жестоко убило, после чего сожгло к такой-то матери в лучших традициях испанской инквизиции. Всё во славу Света конечно. Однако с молодым парнем благородного звания, которого любители мертвечины подвели под монастырь, но не успели попользовать, ситуация была несколько сложнее. Монтилио конечно, будучи не только придворным магом, но и опытным политиком, предлагал его по тихому удавить, как одного из сообщников труполюбов. Однако воспротивился подобной идее как не странно Ревнант. Молодой граф вообще был не в восторге от истории своей семьи, всё таки у него сколько-то там раз «пра» бабка всех своих братьев примучила в довесок к собственному отцу, став первой графиней. А Вирум был потомком одного из бастардов от погибших кровных родичей этой «святой» женщины. Уподобляться ей, закончив дело и прерывая не совсем чужой род, Ревнант не хотел. С рациональной точки зрения это было глупо, но однако графскую корону носил отнюдь не придворный чародей, обладавший необходимой долей цинизма. Так что в итоге бывшего оруженосца опутали целой серией магических клятв, не дающих ему ни сболтнуть лишнего, ни вредить нынешнему графскому роду Акани да отправили вместе с нами. В конце концов сир Винсент был в сущности тоже молодым парнем, не чуждым рыцарским идеалам, а потому вставил свои пять копеек. После этого инициатива предсказуемо поимела инициатора, как оно обычно и бывает. Так что на юг, к Срединному морю, мы отправились впятером не считая барса. А сейчас гордый сын дома Фризни поправлял стойки аж двум оруженосцам. Говорить он может всё что угодно, но на Вирума навесили ко всему прочему клятву служения лично Винсенту, так что деваться ему было особо некуда. Разве что самому грохнуть подопечного. Может на это Монтилио и рассчитывал… По крайней мере не вижу других причин, почему он не послал вдогонку киллера, которого я так и не дождался. Любителем пускать дела на самотёк старый маг ни черта не выглядел, скорее уж наоборот, а у уважающих себя аристократов должны быть специалисты, способные прятать концы в воду. Однако повышенная бдительность видимо оказалась излишней. Или волшебник, подмявший под себя большую часть политической власти, решил немного выждать. Мы ведь не на блины к бабушке приехали, а по сути в зону боевых действий, пусть и вялотекущих. Тут и так можно скопытится самым что ни на есть естественным образом. А через полгода — год убийство лишнего на этом свете человека вызовет заметно меньше вопросов.

— Ну что, размял кости? — поинтересовался рыцарь, закончив с наставлением оруженосцев.

— Ага — кивнул я, завершив кате, после чего завёл посох за спину, слегка присел, оттолкнулся от земли, делая кувырок назад и приземлился на навершие пяткой правой ноги. Через мгновение я стоял в полный рост, балансируя на своём чародейском инструменте. Раньше этот трюк казался чем-то сложным, теперь стал обыденностью, причём без всякого волшебства. Можно смело идти в цирковые акробаты.

— Всё выпендриваетесь, ваше магейшество? — слегка поддел меня Винсент в уже привычной манере.

— Не без этого — отозвался я, спрыгнув на землю и взяв оружие на изготовку — Ваша светлость готова к тумакам?

— Собирался ночной горшок шлемом стать, да в первой битве треснул — фыркнул он, принимая среднюю стойку с мечом и щитом. Привычный шаблон, пригодный как к наступлению, так и к обороне.

Я ответил на это улыбкой, после чего атаковал посохом, как копьём, произведя классическую серию. Голова, пах, голова, пах, голова, потому что внизу яйца уже кончились. В конце концов у меня рыцарского звания нет, а оружие пока тупое, потому остаётся только работать по самым уязвимым зонам противника. Винсент правда атаку отбил и сам резко перешёл в наступление, заставив меня перехватить оружие ближе к середине и начать отбиваться им, как шестом. Мне удалось продержаться пару секунд, после чего я выгадал возможность снизу пнуть шит врага. У кого послабее деревянная преграда могла бы поразить голову своего владельца, но с рыцарем этот приём не прошёл. Щит лишь чуть качнулся вверх, а мне пришлось вновь отбиваться от меча. Но по крайней мере меня самого не оттолкнули красивым гербом, сбивая с ног на камни… Млять, накаркал!

Винсент всё таки ударил меня щитом, который пришлось принять на посох, а в следующее мгновение его меч ткнул меня в район печёнки.

— Тц! — процедил я сквозь зубы.

— Ты становишься предсказуемым — улыбнулся мой товарищ.

— Только для тебя, остальных ждёт масса сюрпризов — выпрямился я, потирая бок. Удар был не особо сильным, как-никак у нас лишь тренировка, но неприятным — Ещё разок?

— С услугам вашего магейшества — отсалютовал мне рыцарь затуплённым клинком.

В этот раз я опять играл от атаки, меняя уровни ударов. Во-первых это последнее, чего воин вообще ждёт от мага в ближнем бою, а потому может слегка опешить, дав время на разрыв дистанции и использование какого-нибудь заклятия. А во-вторых с Винсом обороняться нельзя. Этот графский сынок меня в защите с завидной стабильностью разделывал под орех. Правда продавить его оборону и в этот раз не вышло, а поймав паузу между ударами, уже он перехватил инициативу. Я с трудом отбивался, но в какой-то момент решил пойти на рискованную хитрость, отведя его меч в сторону посохом и навалившись на щит плечом. Рыцарь тут же отбросил меня от себя, но это уже был не удар. В конце концов даже гвоздь нельзя ударить молотком, если боёк касается шляпки. Разве что вдавить в дерево. Но план впрочем был не в том, чтобы не получить по рёбрам. Одной рукой я отпустил посох, схватил нож и пока меня отталкивали, слегка ткнул им в локоть левой руки Винсента, ударив за щит.

— Млять! — ругнулся рыцарь.

— Поддоспешник не пробил? — с беспокойством спросил я. Режик то у меня не учебный, а