Рыцарь - Константин Петрович Черников

стадии, когда тупо трахаешь всё живое, что движется и дышит кислородом. Даже по пьяни для меня всё-таки важны были чувства и взаимный интерес, а не простой перепихон с кем попало. Для этого вообще можно купить себе резиновую куклу и из квартиры никуда не выходить. Вот так и пришлось мне возвращаться домой ни с чем, в гордом одиночестве, если не считать, конечно, моего водителя. Ха-ха! Но, Витёк точно был не в моём вкусе…

Хорошо, что хоть машину догадался не отпускать. А то ведь ещё не каждый таксист согласился бы взять на борт такое «чудо». Вообще-то я всегда много работал и не часто позволял себе расслабиться так, как вчера. Да и выпивал редко. Поэтому мой «нетренированный» организм порядком развезло. Плюс стресс и усталость, да и не ел ничего с утра. Короче — жесть. Чёрт! К горлу подступил комок. Не хватало ещё блевануть или обделаться под себя, прямо в салоне собственного авто… Так ведь и произошло недавно с одним из моих приятелей. Не рассчитал силы на банкете, слабак. Зато, разговоров потом было на целую неделю… Пришлось ему потом даже выписать водителю приличную премию. Я крепче стиснул зубы. «Ну, не-ет…, Матвей, держись. Не будь размазнёй. Всё «своё» мы непременно донесём домой…», — приказал я сам себе.

— Вам помочь, Матвей Николаевич? — видя моё состояние, заботливо поинтересовался водитель, когда мы подъехали к дому.

— Не-не…Витёк, спасибо… я и сам уп-правлюсь, — икая и слегка заикаясь ответил я, сражаясь с дурнотой и со ставшей вдруг такой тугой и непослушной дверью автомобиля, — Да, чтоб тебя, зараза…, - бурчал я.

— Я сейчас, одну минутку, — сказал Виктор, выходя из машины.

— Я сам…, - упрямо пыхтел я, пытаясь отыскать дверную ручку.

Наконец, мне удалось одержать в этой схватке нелёгкую победу и кое-как открыть дверь. А подоспевший водитель помог мне уже окончательно выбраться из машины наружу. Ну, что ты будешь делать? Как и положено по закону подлости — именно в этот момент ливанул самый настоящий дождь и довольно сильный. Вот же непруха! Только этого ещё и не хватало для полного счастья. Дурацкий ливень… Не мог, что ли подождать несколько минут? Да ещё и заметно вдруг похолодало. «Блин, ну прямо форменный вытрезвитель — холод и душ. И поделом тебе, пьянь…», — непроизвольно подумал я с раздражением, направляясь нетвёрдым шагом в сторону подъезда.

— Вы уверены, что справитесь? — крикнул мне вслед водитель, опустив стекло, — Может проводить до квартиры?

— Всё… под контролем, — уверенно махнул я ему рукой, — Езжай домой, уже поздно. А… з-завтра заедешь за мной к 8.00. Ты п-понял…?

— Обязательно. Спокойной ночи, Матвей Николаевич! — пожелал Виктор, заводя двигатель.

— Ага…и т-тебе…того же. Не хворай…

Твою мать, мерзкий ливень… Я поёжился и поднял воротник, но это мало спасало от дождя. Волосы быстро намокли и неприятные холодные капли стали стекать за шиворот. Хорошо, что я уже у самой цели. Спотыкаясь, я преодолел последнее препятствие в виде нескольких ступенек и, приложив электронный ключ к считывающему устройству, потянул ручку входной двери. Странно, но я не услышал характерного писка замка, хотя дверь легко открылась. Чёрт, похоже, вырубился свет во всём подъезде… Только этого не хватало. Хорошо, что я уже оказался внутри. Здесь было гораздо теплее, чем на улице, а ещё — сухо, тихо и…темно. Ну и ну…, да что же за день сегодня такой?!

Я огляделся вокруг. Перед глазами всё плыло. Почему-то на месте не оказалось консьержа. Я жил в элитном доме, здесь были строгие порядки, и консьерж всегда был на своём посту. А-а… ну, понятно…, наверное, пошёл выяснять что с электричеством. Значит и все лифты не работают, а ноги словно свинцом налитые. Да, твою же мать…, я тяжело вздохнул и тихо выругался. Ну, конечно, а как же иначе — какой день, такие и лифты. Хотя, если честно, я ещё не помнил здесь такого, чтобы света вообще не было нигде, и чтобы ни один лифт не работал. Прямо — вредительство какое-то…

Но, что было делать? Пришлось чапать по лестнице пешком на свой этаж. А жил-то я на самом верху, в пентхаузе… Ну как же, я ведь — крутой бизнесмен! А чем выше — тем престижнее жильё. Так мне, кажется, говорили риелторы при покупке квартиры. Чтобы их всех черти побрали…, вместе с их понтами. И, что вот теперь прикажите делать не вполне трезвому человеку, когда лифты не работают? Так и приходится ползти наверх. Да ещё в таком состоянии, мать его… Хоть на карачках, а надо. Ну, не засыпать же прямо на лестнице… Не комильфо… Да, к тому же, на лестничных пролётах было темным-темно. Пипец! Ну, как у негра в заднице. И мне пришлось, чертыхаясь, всё время светить себе телефоном, который я по дороге пару раз чуть не выронил. Дорогущий смартфон, подобно куску мыла, так и норовил выскользнуть из моих неловких рук.

Добравшись, наконец, до места назначения, я никак не мог отделаться от навязчивого ощущения того, что тут что-то не так. Картинки расплывались, и я всё никак не мог понять, что же именно не так. А мой затуманенный алкоголем разум с трудом соображал и был плохим помощником. Но, тем не менее, я просто интуитивно чувствовал, что всё кругом как-то неуловимо менялось, прямо на глазах. Хотя, на первый взгляд, вроде бы было, как обычно. Но, в то же время и как-то не так. Странно…

Даже входная дверь в мою квартиру выглядела словно бы иначе. Другой оттенок цвета, что ли… Фиг его поймёшь. В конце концов, я тогда решил вообще плюнуть и не заморачиваться. Голова болела, дурнота подступала, было не до того. И я посчитал, что это всё — глюки от выпитого алкоголя и непривычного освещения. В самом деле, без света, в темноте, многое выглядело по-другому, особенно цвета. «Ладно, хватит всех этих дурацких мыслей. Сейчас — спать. А завтра — видно будет…» — логично заключил я, доставая ключи.

Здесь, правда, мне тоже пришлось повозиться и выдержать нелёгкий бой с непослушным замком, который почему-то никак не хотел открываться. А всё из-за этих треклятых ключей, норовивших вывернуться из моих пальцев. И, всё же, моя настойчивость была вознаграждена. Отперев, в конце концов, эту чёртову дверь, я буквально ввалился в квартиру. А затем, уже не глядя по сторонам, из последних, сил дотащился до спальни. И в чём был — в мокрой одежде и обуви — рухнул на кровать. Самочувствие было хреновое, всё куда-то