Сотворение человека будущего. Генетическое совершенствование: наука и этика - Джонатан Аномали

и те, что до сих пор упускались из виду, в том числе проблемы коллективных действий, которые приведут к тому, что репродуктивные решения каждого из нас будут влиять на благополучие всех. Представим, к примеру, следующее: каждому ребенку будет полезно подвергнуться генетической модификации, которая подарит ему иммунитет, скажем, к туберкулезу, болезни, угрожающей нынешнему населению Земли, однако же для всех нас будет лучше, если иммунитет в популяции останется более разнообразным. Справятся ли с этой проблемой родители, если получат право самостоятельно принимать решение, руководствуясь личными соображениями? Или же нужны новые законы и нормы, чтобы координировать наши действия? Каково моральное преимущество свободы выбора по сравнению с разного рода ограничениями?

Аналогичные вопросы возникают и относительно модификации когнитивных черт (эмпатии, самоконтроля, общительности), каждая из которых сильно зависит от генетических факторов. В мире, где генетическая одаренность наших детей так сильно влияет на их будущее, с большой вероятностью возникнет процветающий черный рынок генетических модификаций, даже если на государственном уровне их попытаются ограничить. Это повлияет на принципиальную возможность регулировать рынок технологий, которые позволят нам отбирать и корректировать эмбрионы.

Несколько слов о методологии

Современная философия зиждется на технических терминах и тщательно сформулированных определениях. Это должно помочь нам проложить себе дорогу в чащобе сложных моральных догадок и превратить их в более наглядные принципы и теории.

Как принято в прикладной этике, мы не станем затрагивать сложные теоретические вопросы, о которых подолгу размышляют специалисты по философии морали, а сделаем упор на простых и логичных моральных аргументах. Мы апеллируем к основаниям. Моральные основания, как понимают их философы, – это всего-навсего доводы в пользу того, чтобы поступать определенным образом. Напротив, гносеологические основания – это доводы в пользу того, чтобы поверить в то или иное утверждение. Например, у нас есть моральные основания обращаться с беззащитными людьми сострадательно, а не враждебно, и гносеологические основания полагать, что радуга – это преломленный свет, а не волшебная пыльца.

Когда моральные основания противоречат друг другу или гносеологическим основаниям, мы вынуждены выносить суждения, чтобы разрешить это противоречие. В частности, если доступен скрининг эмбрионов, потенциальным родителям придется решать, пользоваться этой услугой или нет, а потом выбирать, какие черты для них важны, учитывая, что у каждого эмбриона свои генетические достоинства и свой профиль риска. Родители, скажем, могут пожертвовать какой-то ценной для них эстетической чертой, например ростом, чтобы выбрать эмбрион с более высоким потенциалом с точки зрения интеллекта или доброты, – не потому, что люди маленького роста умнее или добрее, а потому, что в этом примере эмбрион “маленького роста” случайно получит более высокую оценку по шкале интеллекта или доброты. Большинство эмбрионов, как и большинство людей, обладают совокупностью черт, которые могут сделать жизнь лучше или хуже, по мнению конкретных людей. А следовательно, родители будут выносить суждения, пусть даже неосознанно. Некоторые родители предпочтут оставаться в неведении относительно той или иной черты, скажем, мальчик или девочка получится из отобранного ими эмбриона. Кто-то считает, что этого лучше не знать, кто-то просто любит сюрпризы. В таком случае гносеологическое основание – поиск истины – приносят в жертву ради морального или практического основания – сознательного уклонения от информации.

Хотя моральные представления у всех нас весьма различаются, относительно ценности рассматриваемых черт наблюдается неожиданное единодушие. В частности, большинство из нас считает хотя бы отчасти ценными личную свободу, честные правила и процедуры, а также благополучие людей в настоящем и будущем. И большинство ищет истину, даже если считает, что некоторые иллюзии стоит сохранить. Но все мы придаем разный вес ценностям вроде свободы и справедливости и по-разному интерпретируем эти ценности в контексте принятия конкретного решения.

План игры

Цель каждой главы – дать обзор соответствующей литературы, привести доводы за и против тех или иных типов генетических модификаций и объяснить, в каких случаях доступ к технологиям генетического совершенствования приведет к проблемам коллективных действий. Таким образом, мы надеемся сформулировать моральные вопросы, основанные на научных данных, но при этом имеющие отношение и к аргументации, к которой прибегают экономисты.

Задавая моральные вопросы, мы будем в основном апеллировать к моральным основаниям, в том числе и к тому, что нам следует учитывать интересы людей будущего и права потенциальных родителей. Чтобы не повторяться в каждой главе, кратко опишем здесь два этических принципа, широко обсуждаемых в литературе по биомедицинским модификациям.

Принцип репродуктивного блага гласит, что мы должны давать жизнь детям, у которых будут максимальные шансы на максимально хорошую жизнь5. Разумеется, у всех родителей будет свое мнение о том, что такое хорошая жизнь, но некоторые черты позволяют нам быть здоровыми и счастливыми независимо от того, какие конкретно цели мы перед собой ставим. Это хорошо работающая иммунная система, эмпатия, интеллект и самоконтроль. Само собой, отчасти эти черты определяются внешними воздействиями и благоприятными условиями развития. А значит, этот принцип применим не только к тому, каких детей мы будем создавать в процессе генетического отбора и модификаций, но и к тому, как мы обращаемся с детьми после их рождения. Против принципа репродуктивного блага есть много возражений, и даже если мы будем его придерживаться, родителям при выборе между эмбрионами будет непросто понять, из какого эмбриона получится человек с наилучшими перспективами в целом. А все потому, что некоторые ценные черты, скажем творческие способности, нередко проявляются за счет других ценных черт, например доброты. Кроме того, неясно, какие конкретно черты будут полезны ребенку в нашем стремительно меняющемся мире.

Неопределенность может парализовать, но обычно мы в таких случаях полагаемся на эвристику и мнение специалистов. И в самом деле, генетическое консультирование – большой бизнес, а эволюция приучила нас опираться на эвристику при принятии всякого рода решений, в том числе и репродуктивных. Нам кажутся привлекательными те люди, чьи черты указывают на вероятность рождения здоровых детей. Очевидные примеры: симметричное лицо (указывающее на низкий уровень мутаций), гладкая кожа у женщин (молодость и фертильность), широкие плечи у мужчин (качества бойца и охотника), способность развлекать шутками и историями (творческий дух и интеллект). Вероятно, в наших силах улучшить этот примитивный, присущий нам с рождения эвристический подход, приучившись явным образом рассуждать о чертах, которые мы хотели бы видеть у своих детей, и отбирать партнера (или эмбрион) на основании тех качеств, которые, по нашему мнению, поспособствуют благополучию ребенка. Принцип репродуктивного блага не предполагает, что мы будем точно знать, как поступить, он лишь предлагает максимизировать вероятность, что наших детей ждет счастливое будущее, на основании доступной информации и технологий.

Принцип репродуктивного альтруизма требует, чтобы