Тег #Враги - Ник Тарасов

По всем точкам одновременно зашли силовики. Налоговая, ОМОН, люди в масках. Опечатанные двери, выемки коробок с документами, компьютеры выносят под белы рученьки. Сотрудников выводят вереницей под камеры местных телевизионщиков, кто-то закрывает лицо ладонью, кто-то курткой. Диктор за кадром чеканил про пресечение деятельности организованной преступной группировки, годами прятавшейся под личиной легального бизнеса.

Я поставил кружку на стол и смотрел, не отрываясь.

К обеду город гудел, как растревоженный улей. Во всех выпусках, на всех волнах — только про это. Задержана верхушка: финансовые махинации, отмывание, вымогательство, похищения, убийства. Тагир Маратович, Рустам, Светлана Андреевна и вся их обойма — под стражей. Счета арестованы, сеть встала, вся махина, которую строили годами, обрушилась за несколько часов.

И вот тут меня накрыло облегчением. Чистым, ничем не отравленным. Словно пуховым одеялом.

Гадюшник, в котором я барахтался последние месяцы, отчасти — вынужденно, изображая скучного полезного технаря, накрылся медным тазом. Те, кто держал меня на коротком поводке, кто прикармливал и «приглядывал», пытаясь выудить из меня «правду» не мытьём так катаньем, разом вылетели из моей жизни в кузов автозака. Не зря я был с ними осторожен. Не зря держал дистанцию, не лез в дебри их бизнеса, играл роль мебели, стараясь узнать лишь одно имя — имя Вершининой Марины. Чуйка не подвела.

Им предъявляли похищения и убийства…

Глава 2

Артём

В офисе новость обсуждали весь день. Когда я приехал, там уже стоял гул — все крутились и эмоционально обсуждали события с Тагиром и его бандой в общем зале. В том, который был рядом с моим кабинетом

— Артём, ты видел? — Кит развернулся ко мне, прищур на пол-лица. — Это же наш корпоративный клиент. Были у нас на обслуживании. Ты вроде всегда сам старался туда ездить, если мне память не изменяет. Но иногда и с кем-то из парней. Верно?

— Да, в основном сам. Ага, видел, — сказал я ровно. — По телеку с утра…

Филя, наш молчун, оторвался от экрана и покачал головой.

— Жесть. А с виду тихая контора была. Я думал, барыги обычные.,.

— Барыги обычные так не палятся, — буркнул Кит. — Там, гляди, статьи какие тяжкие. Убийства. А наша контора к ним каждую неделю ездила.

В его голосе звенел айтишный азарт вперемешку с лёгким мандражом. Ему было интересно и слегка не по себе, что мы, оказывается, крутились рядом с настоящей мафией.

— Так, народ, — я хлопнул в ладоши, разгоняя посиделки. — Цирк окончен. Мы им чинили компьютеры по белому договору, деньги брали за работу, актов подписано вагон. Всё чисто. Если кого дёрнут дать показания — говорите как есть: тянули витую пару, настраивали сеть, в дела не лезли и всё такое. Потому что мы и вправду не лезли. Понятно?

— А дёрнут? — спросил кто-то из новеньких.

— Может, и дёрнут. Свидетелей у них сейчас пол-города. Ничего страшного, сходите, расскажете про кабель, вас отпустят. Хотя, так как в основном ездил я один, за исключением пары раз, скорее всего меня и дёрнут. К тому же, я руководитель. Работать давайте.

Гул рассосался, ребята нехотя разбрелись по местам. Кит задержался, поймал меня в коридоре.

— Слушай, а тебя не зацепит? Ну ты ж реально к ним чаще всех мотался.

— Не зацепит, — сказал я спокойно. — Я такой же подрядчик, как и все. Договор, акты, налоги. Меня в их преступных схемах нет и быть не может.

Он покивал, вроде успокоился. Хороший парень Кит, за меня переживал искренне. Знал бы он про флешку в моём сейфе — вот тогда бы точно занервничал, хахаха. Но про флешку не знал никто, и это грело меня отдельной тихой радостью.

По своему поводу я не паниковал и паниковать не собирался. Но лёгкая нервозность, чего греха таить, во мне поселилась.

Потому что одно дело — быть чистым по бумагам, и совсем другое — оказаться в поле зрения следствия, которое сейчас будет трясти всех, кто хоть краем притёрся к конторе. Меня могли подтянуть. А если следаки окажутся коррумпированными фанатиками с планом по посадкам, они могут начать выбивать нужные показания — угрозами, давлением, а то и чем похуже. Наслушался я в прошлой жизни историй, как оно бывает в нулевых, когда человека прессуют, обещая натравить на него какого-нибудь озверевшего берсерка из числа ручных зэков-рецидивистов. Расслабляться было рано.

Дёрнули меня через пару дней.

Пришла вежливая повестка — «уточнить пару вопросов », подпись, печать, всё честь по чести. Я собрался и поехал с небольшим напряжением внутри. С одной стороны, статус свой я понимал: свидетель, каких у них сейчас десятки, галочка в протоколе. С другой — мало ли. Осторожность никогда не бывает лишней. Даже если уверен, что ни в чём не замешан, всё равно приятного в таких поездках немного.

Здание районного управления встретило меня обшарпанным коридором, скрипучими деревянными стульями вдоль стены и очередью таких же вызванных, как я. Кто-то молча смотрел в пол, кто-то переписывался в телефоне. А кто-то из сотрудников курил у открытого окна, стряхивая пепел в жестяную банку из-под кофе. Пахло хлоркой, чем-то кислым и старой бумагой. Где-то хлопнула дверь, в глубине коридора коротко зазвонил телефон. Я просидел минут двадцать, разглядывая облупленную краску на стенах, выцветшее объявление о приёме граждан, старый календарь с прошлого года и стенд «их разыскивает милиция» с чёрно-белыми магшотами и фотороботами низкого качества, пока меня наконец не позвали.

Кабинет был тесный, заваленный папками. Часть лежала на шкафу, часть громоздилась прямо на полу. За столом сидел мужик лет пятидесяти — подполковник милиции Гуськов, как он представился. Усталое лицо, мешки под глазами, седая щетина человека, который последние месяцы спал урывками. Неглупый, это читалось сразу. Из тех, кто месяцами разрабатывал контору и на этапе облавы уже знает про неё всё до последнего винтика. Кто-то из старших по делу организации Тагира, как я смекнул. Такие редко повышают голос — им это просто не нужно.

Я ему был интересен ровно как человек, ходивший у них по проводам. Не больше. Один из множества свидетелей, способный закрыть несколько небольших белых пятен в общей картине. Не ключевой свидетель того уровня, скажем, который может рассказать и указать точное местоположение и назначение мощной промышленной мясорубки в секретном бункере у жестокой преступной группировки в Восточной Европе.

— Дорохов Артём