Ревизор: возвращение в СССР 62 - Серж Винтеркей

свою борьбу с КГБ. Там все же профессионалы более высокой пробы работают. На эту сумму можно человек пять нанять, или накупить кучу шпионской аппаратуры, чтобы более эффективно охотиться за собственными террористами. Не более того.

Ну и нельзя забывать про стратегическую перспективу, что я обещал Андропову. Миллиардера, что будет в СССР инвестировать. С этой точки зрения Тарек с мощными связями и поддержкой в итальянской контрразведке КГБ очень даже выгоден. Ему легче будет с СССР сотрудничать. Так что на самом деле ничего особенно плохого для СССР я не делаю. То, что может показаться плохой идеей для КГБ в диапазоне пары лет, со временем и КГБ, и СССР большую выгоду принесет.

И мне тоже будет спокойнее. Если у меня будут еще в будущем визиты в Италию, на что хотелось бы надеяться, то они будут проходить для меня уже в более спокойной атмосфере. Если Тареку удастся наладить сотрудничество с итальянской контрразведкой, прикормить эту службу, то в ней гораздо более спокойно будут реагировать на приезд к нему свойственника из Советского Союза. А со временем, по мере роста моих должностей в СССР, это может стать проблемой, если об этом вот так заранее не позаботиться.

И ведь нельзя забывать, что по мере того, как капиталы семейства Эль-Хажж будут расти, они все большее внимание будут всех кругов итальянского общества к себе привлекать. Так что мы таким вот образом заранее подстрахуемся, чтобы ни у Дианы, ни у меня, ни у самих ливанцев, обосновавшихся в Италии, хоть по линии контрразведки никогда в будущем проблем не было.

Да, совет я дал Тареку нестандартный, но своевременный. Возможно, стоило его и раньше дать. Подумав, правда, я решил, что нет, сейчас самое время. Еще недавно Тарек был никем в Италии, только первые шаги тут в бизнесе делал. Какой-то сомнительный иностранец, и непонятно, действительно ли он фруктами там в Ливане торговал, или наркотиками. А теперь он уже прижился, развернулся и его серьезно будут воспринимать. Брэнд «Роза Россы» теперь раскручен, чемоданами нашими местные элиты очень активно пользуются. Может, такие найдутся и у главы итальянской контрразведки, к которому Тарек пойдет беседовать.

И в особенности, когда контрразведчики справки наведут, зауважают его за те темпы, которыми его бизнес развивается. Перейти от нуля производимых товаров к производству продукции на миллионы долларов в год кто угодно за два года не сумеет. И что немаловажно, товар он производит такой, что выгодно Италию в мире подсвечивает. У нынешних итальянских элит есть отчётливый комплекс неполноценности из-за слабого развития итальянской экономики перед более мощными европейскими экономиками и США. А за Тареком стоит товар, за которым и британцы, и немцы, и американцы дисциплинированно в очередях стоят, чтобы приобрести. За такой комплимент в адрес итальянской рабочей силы и промышленного потенциала страны и ливанца уже будут рассматривать почти что как итальянца…

***

Москва, МГУ

Эмма Эдуардовна посмотрела на часы. Устала она сегодня. Две пары провела. Совещание у декана, затем еще одно совещание у проректора по науке, да еще и внеплановое, после получения очередного письма из Минвуза СССР по поводу усиления научной работы студентов. В общем, день был непростой.

Устала она бегать с одного места в другое, чтобы везде успеть.

В дверь постучали.

– Войдите, – громко сказала она.

Дверь у нее была фанерной. Сквозь нее все было слышно. Так что Эмма Эдуардовна даже голос сильно не повышала, в полной уверенности, что кто бы там ни пришел, он точно ее услышит. Так оно и оказалось. Спустя несколько секунд дверь приоткрылась и вошел хорошо знакомый ей доцент Иванов, который не так давно в ГДР вместе с ней ездил. Эмма Эдуардовна с ностальгией тут же ту поездку вспомнила. Как она тогда чудесно время провела! А сколько подарков привезла и раздарила!

– Здравствуйте, Василий Петрович! – нашла в себе силы улыбнуться, несмотря на то, что чувствовала себя полностью вымотанной, Эмма Эдуардовна. – Как ваши дела? Вы по какому-то вопросу ко мне?

– В принципе да. По вопросу, – согласно кивнул Иванов. – Помните, мы с вами прошлым летом ездили в Берлин, и с нами был еще студент Павел Ивлев…

– Да, конечно, Василий Петрович. Как же такое забыть. Не так и давно это было.

– Ну и хорошо, – согласно кивнул доцент. – Тут такое дело. Похоже, что один из членов партсобрания готовит в его адрес какую-то пакость, Эмма Эдуардовна.

Замдекана, тут же стряхнув с себя всякую усталость, насторожилась. А Иванов тут же неспешно рассказал все, что узнал от своего лучшего друга Еремина. Про заход Бляхина в адрес Ивлева и его расспросы. И про то, что выглядит все это крайне подозрительно. Добавил потом:

– Вы же знаете, Эмма Эдуардовна, что Еремин человек достойный. Никогда всякие сплетни и слухи распространять ни в коем случае ни о ком не будет. Даже если по всем понятиям человек этого заслуживает. Так что в адрес этого Ивлева он Бляхину ничего не рассказал. Но тот фактически сам признался, что ищет какую-то негативную информацию об Ивлеве к партсобранию.

Не случайно же он завел этот разговор о том, что Ивлева будут принимать в члены компартии в конце марта…

– И он этого якобы не достоин, – сказала задумчиво Эмма Эдуардовна, постукивая ногтями по столу. – Непонятно, правда, почему Бляхин именно к Еремину пришел…

– Что ж тут непонятного, – улыбнулся Иванов. – С этим как раз никаких неясностей не имеется. Именно же Еремин должен был тогда в Берлин поехать. А потом из ректората велели вместо него Ивлева туда отправить.

– Ах, вот оно в чем дело, – согласно кивнула Эмма Эдуардовна.

– Так что этот Бляхин явно был уверен, что Еремин сильно расстроился из-за этого и захочет отомстить. По себе мерил, по своей мелкой подлой натуре. Уверен был, что Эдвард Иванович расскажет что-нибудь плохое про Ивлева, что можно будет использовать на партсобрании. А то и сам захочет там выступить против Ивлева.

– Теперь все полностью понятно. – кивнула Эмма Эдуардовна. – Кроме того, конечно, с чего бы это Бляхин вдруг решил совершать такие маневры.

– Может быть, его Павел Ивлев обидел чем-то, – предположил Иванов.

– Студент обидел ассистента, который вообще не работает