Так себе ученица - Яна Каляева

пусть и бастард, пусть и лишена прав состояния в связи с изгнанием. Но сама Кримсон — чистой воды, как говорят авалонцы, селф-мейд, она родилась в одном из нищих цинковых поселков Глубинной Африки. Даже природные данные у нее не ахти для Арены — короткие ноги, широкая кость, плоское грубоватое лицо. Однако приемную комиссию впечатлили, во-первых, прирученный белый леопард, во-вторых — магия крови второй ступени. В Государстве Российском магия крови карается смертной казнью, а вот в Магрибе смотрят на вещи куда шире. По слухам, это единственный профиль, по которому инициацию даже у цивильного безо всякой предрасположенности можно спровоцировать искусственно — и я только смутно догадываюсь, сколько крови для этого требуется пролить.

В общем, Кримсон все двадцать три года своей жизни очень упорно шла к успеху… Эфирный огонек над ее ладонью мерцал глубоким багровым. Алая Королева бросила на меня торжествующий взгляд, но напасть или кинуть подлянку под пристальным взглядом учителя не решилась. Я закатила глаза и позволила ей вырваться вперед. Если честно, надоели уже эти глупые игры в соперничество. Ничего они не дают, кроме упоительных часов хозяйственных работ.

Первым потерял импульс Апрель — крылья иллюзорной бабочки дрогнули, и она упорхнула с его ладони. Вторым, к моему огорчению, Юсуф — как и многие маги с боевым опытом, он был склонен к резким выплескам эфира, а не к равномерному расходованию, и перестройка навыка давалась ему так же тяжело, как и мне. А вот Солярис-Перегрев сегодня пронес свой огонь до конца, хотя замедлился и все равно огреб хозработы, потому что пришел в последней тройке.

Вторая половина разминки была посвящена усилению мышц эфиром. Получалось до сих пор не у всех. Мне еще месяц назад казалось, что я никогда не освою эту технику, но со временем рефлексы перестроились, и понемногу начало получаться.

Я молотила грушу и слушала комментарии учителя:

— Апрель, это не удары, а брачный танец мотылька. Представьте на месте груши того, кого ненавидите… например, меня. Если ненависти ко мне у вас недостаточно, еще пара нарядов на кухню поднимут ее до нужного уровня. Плеть, вы двигаетесь красиво… чересчур красиво. Добавьте в удар веса и жесткости. Глаз Бури, вы сейчас надуваете мышцы воздухом, а не плотным потоком эфира. Солярис, вам понятно значение слова «равномерно»? Ах, вы это не контролируете? Разочарованной даме сердца станете объяснять, что вы там не контролируете. А сейчас возьмите себя в руки.

Досталось, как водится, и мне:

— Борзая, вы держите эфир, как гранату с выдернутой чекой. А нужно — как продолжение руки. Больше плавности. Синхронизируйте движения мышц и эфира с дыханием.

— Я поняла, мастер.

Наконец ланиста отпустил группу на завтрак. «Сталь» закончила разминку раньше, Тарик уже занял наш стол в левом углу и протянул мне пятерню — я ударила ладонью по его могучей лапище, как обычно, едва сохранив равновесие. Потом проверила миску Ахада — надо отдать должное, на мясе для питомцев гладиаторов школа не экономила — и отправилась наполнять свою тарелку.

На общих столах было свободно выставлено все — каши, баранина, курица, яйца, лепешки, свежие и вяленые фрукты. Однако ланисты отправляли каждому ученику на планшет инструкции по питанию, и казалось, что руководствуются они при этом исключительно садизмом. Например, сладкоежкам запрещали даже смотреть в сторону меда и фиников, а тех, кто, как я, предпочитал мясо, заставляли каждое утро поглощать целую миску пшенной каши.

— Как разминка? — спросила я Тарика.

— Отлично-ять! Коготь, ска, мордой вниз меня уложил какими-то своими горными приемчиками! Я только моргнул — и уже лежу, а этот филосо́ф сверху и лыбится во всю морду! А вот и он, ска, легок на помине!

Покрытый татуировками снага с золотым кольцом в носу уже проталкивался к нашему столу, держа в обеих руках наполненные тарелки. Как и я, он предпочитал мясо, но ланиста группы «Сталь» велел ему налегать на лепешки и сыр. Рядом с уруком снага казался мелким и хилым, но я знала, что внешность обманчива.

— Ты, друг мой, атаковал с похвальной энергией, — пояснил Коготь. — Я был весьма впечатлен твоим напором, поэтому сперва убрал с траектории твоего движения себя, дабы не стать препятствием на пути столь славного наступления. А после самую малость скорректировал твою траекторию.

Коготь был сыном вождя одного из горных племен. Во внешнем облике он старательно сохранял культурную идентичность: традиционная накидка из некрашеной шерсти поверх формы, ритуальные шрамы на предплечьях, костяные амулеты в волосах. На самом деле Коготь успел окончить Магрибский университет и защитить кандидатскую диссертацию по философии. Я не поняла половину слов в ее названии, хотя Коготь специально для меня перевел его на русский — он свободно владел всеми мировыми языками. Кажется, там было что-то о влиянии дискурсов, созданных искусственными интеллектами, на разные культурные парадигмы. Впрочем, все это никак не помешало Когтю взять сценический образ «необузданный варвар».

Ребята и девчонки с тарелками, оживленно болтая, подсаживались к нам, места за соседними столами быстро заканчивались. Почти так же интенсивно заполнялся правый край столовой, и там центром притяжения была Кримсон. Возле нее восседала Скиннер, что переводится как «свежевательница» — суровая охотница из Германии, одна из троих женщин в группе «Сталь». С другой стороны сверкал очами Инадзума — «вспышка молнии», электромаг из Японии. Вокруг них суетился Перегрев, выискивая местечко поближе к центру группы.

Такое разделение наметилось уже в первые дни, причем проходило оно не по специализациям, маги и воины активно перемешивались между собой. Сначала мне казалось, что вокруг Алой Королевы собираются ее фанаты, но потом я поняла, что дело не только и не столько в притяжении этой личности. Кримсон чрезвычайно серьезно относилась к карьере гладиатора, видела это практически смыслом жизни, и к ней тянулись ученики с такой же мотивацией. Они упорно отрабатывали даже самые скучные упражнения, и все их беседы крутились вокруг будущих испытаний — как будто ничего важнее на свете не было. Любого, кто на правой половине столовой пытался рассказать не связанную с учебой историю или, упаси Илюватар, пошутить, тут же обливали ледяным презрением.

А мы с Тариком и Юсуфом как были, так и остались беспечными ездоками. Для меня вообще было бы странно после всего, что я натворила, серьезно относиться ко всем этим школьным рейтингам. К нам тянулись те, кто воспринимал Арену просто как еще одно приключение, а заодно как способ подзаработать.Такие ребята и девчонки вечерами собирались в каком-нибудь из пустующих