Революция - Андрей Алексеевич Панченко

Перед вылетом я снова зашёл к Загу.

Кокон вырос. Стал плотнее, аккуратнее, будто кто-то лепил форму внимательно и без спешки. Контуры тела моего друга читались ясно. Биополя шли ровно, без скачков. Аппаратура показывала стабильность, которой врачи уже почти радовались.

Я положил ладонь на поверхность.

— Мы уходим Заг, в этот раз без тебя дружище. Выздоравливай.

Поверхность слегка дрогнула, словно от глубокого вдоха. Заг, или его симбиот реагировали на моё присутствие.

— Какие прогнозы? — Кира, которая не отходила от меня ни на шаг повернулась к медикам — Как скоро это чудовище вылупится из своего яйца?

— Не могу сказать — Пожал плечами усталый врач, являющийся носителем ещё одного симбиота — Вы же знаете, это всё происходит впервые. Мы только собираем данные, изучаем процесс. Но судя по данным сканеров, пациент уже почти здоров, физически. Думаю, что это произойдет уже скоро.

— Ну дай бог — Удовлетворенно кивнул я головой — Следи за ним. После восстановления возможны не контролируемые всплески эмоциональной активности. Вспышки агрессии. Так было у меня и у Киры, поэтому будьте аккуратнее. Этот жлоб и когда здоровый был, имел хреновый характер, так что могут появиться пострадавшие. Хотя… мы восстанавливались в экстренном порядке, с большими рисками и очень быстро, а он приходит в форму медленно, так что я могу и ошибаться. Но всё равно, будьте предельно бдительны.

Перед стартом я зашёл в управляющий отсек корабля один. В его огромные ангары уже было погружено оборудование, члены миссии ходили по его коридорам улаживая последние дела, а я решил просто побыть один.

Трофей ждал. Я сел в сформированное под меня углубление. Материал подстроился, принял форму тела. Имплантат выдал цепочку синхронизаций — мягко, без рывков. Связь пошла образами.

Координаты. Искажения. Свалка. Аномалия. Масса спящих объектов.

Корабль узнал место сразу. Реакция вышла осторожной — как у существа, помнящего плохой опыт.

— Придётся, — сказал я вслух. — Там у нас остались дела.

Ответ пришёл ощущением согласия. Тяжёлым, медленным, но уверенным. Контуры выровнялись, энергетика собралась в устойчивый режим. Впереди ждала свалка СОЛМО — место, куда отправляли тех, кого сочли лишними. А мы летели туда именно за ними.

Переход начался мягко, уже привычно. Без удара, без привычного провала в желудке. Трофей просто свернул пространство вокруг себя, как человек сворачивает лист бумаги, чтобы убрать в карман. Визоры помутнели на долю секунды, потом снова прояснились.

Первым ощущением стала тишина. Густая, плотная, словно вата в ушах. Даже фон корабля звучал приглушённо, будто кто-то убрал лишние частоты. В этот раз аномалия вела себя почти прилично, не пытаясь разорвать незваных гостей на части. Денис и его штаб не ошиблись в расчетах — мы попали в окно временного покоя. К тому же прыгнули мы в точку, из которой отсюда уходили, а она находилась на небольшом удалении, как от самой свалки, так и от эпицентра рукотворной катастрофы космического масштаба.

— Ну здравствуй, помойка цивилизаций, — пробормотал я. — Давно не виделись.

Корабль отозвался слабым импульсом, чем-то похожим на вздох. Координаты стабилизировались, гравитация выровнялась, поля легли ровным слоем. Мы вошли.

Картина за обзорным экраном выглядела… рабочей. Никакого эпического ужаса. Просто хаос, доведённый до промышленного масштаба.

Обломки кораблей, фрагменты конструкций, искорёженные модули, доки, верфи, станции и базы. Всё это вращалось слоями, как мусорный водоворот, собранный руками очень старательного безумца. Иногда что-то вспыхивало, иногда гасло. Где-то далеко что-то лениво и устало двигалось.

Уже зная, что искать, корабль активировал свои сканеры и ответ пришел незамедлительно. Система отметила сотни активных сигнатур. Живых. Полуживых. Законсервированных. Замерших.

— Весёлое место, — пробормотала старший группы медиков, по каналу связи. — Прям курорт.

Трофей замедлил ход сам, без команды. Его поля слегка изменили форму, подстраиваясь под структуру свалки. Он словно вспоминал маршрут, которым когда-то сюда приходил.

— Контакт с патрульными кораблями? — спросил я Баху, который занял место в рубке рядом со мной, взяв на себя функции моего помощника и бортинженера.

— Есть движение, — отозвался инженер. — Старые охотники. Наблюдаю пока четыре штуки. Поведение шаблонное. Реакции вялые. На вас… внимания почти ноль.

— Потому что свой, — хмыкнула Кира. — Или потому что списанный.

— В нашем случае без разницы, — ответил я, а потом немного подумав перешел на командный канал через имплантат, чтобы меня слышали все члены команды, не обладающие симбиотами. — Внимание! Готовимся к экстренному обратному прыжку в систему Жива. Всем занять свои места согласно штатного расписания.

— Ты чего это? — Удивилась Кира — Что случилось?

— Ничего. Пока. — я посмотрел на подругу и подмигнул ей — Но может случится. Хочу кое-что попробовать.

— Не пугай меня Найденов — Кира прищурилась, сверля меня взглядом — ты чего задумал?

— Мы на командирском корабле СОЛМО, на управляющем хабе — Я кровожадно улыбнулся — А управлять нам неким. Пора попробовать завести себе эскорт из «охотников». Я хочу взять этих четверых инвалидов под управление.

Я ещё раз посмотрел на тактическую схему. Четыре отметки медленно двигались по стандартным траекториям патруля — однотипные, предсказуемые, с минимальными отклонениями.

— Готовьтесь, — сказал я спокойно. — Попробую взять охотников под контроль.

Кира резко повернулась:

— Вот прямо сейчас?

— А когда ещё? Они в зоне досягаемости, канал открыт, протоколы старые. Удобнее момента может и не быть.

Я перевёл внимание внутрь, активируя расширенный режим синхронизации. Имплантат поднял уровень доступа, вывел сервисные контуры и старые управляющие сигнатуры, сохранившиеся в памяти трофея. Передо мной развернулась сухая, техническая картина: пакеты команд, таблицы приоритетов, цепочки подчинения. Всё грубое, устаревшее, без адаптивной логики. Именно то, что обычно ставят на массовые боевые платформы.

— Так… — пробормотал я. — Примитив. Даже шифрование ленивое.

Я аккуратно ввёл идентификатор управляющего узла, который трофей уже использовал для связи с инфраструктурой СОЛМО. Система приняла его без сопротивления — как корректный источник команд.

Первый охотник отозвался почти сразу. На экране его статус мигнул и сменился с «патрульный автоном» на «ожидание внешнего управления».

— Один есть, — коротко сказал Баха. — Подтверждаю смену режима.

Я расширил канал, распространив тот же ключ на остальные цели.

Второй охотник замер на секунду, затем скорректировал вектор. Третий дал короткий всплеск ошибок, попытался перезапустить подпрограммы, но перехват сработал быстрее. Четвёртый задержался дольше всех — в его системе