Проект: "Возмездие" Книга 8 - Игорь Игоревич Маревский

Правда, для начала нужно пометить тысячников в кромешной тьме помещения. Однако не это мешало мне повторить мой эксперимент. Черника настолько разошёлся, что всё, что я видел, это белки его глаз, танцующие среди кровавого фарша, и дикий медвежий рёв. Здоровяк рвал тысячников голыми руками, в то время как они пытались пробить его толстую кожу и хром своими острыми мачете.

Подумывал о том, чтобы присоединиться к веселью, как вдруг в голове раздался голос Фи:

— Нет, нет, нет! Балкон! Рычаг! ОСТАНОВИ ЕГО!

Я посмотрел наверх и не сразу понял, о чём говорила девушка, как вдруг в голове пронеслась одинокая мысль. Вот же сука…

В этот раз не стал бежать, а запрыгнул сразу на балкон и увидел, как человек, похожий на мокрую лапшу, чьи кости превратились в пыль, сумел доползти до рычага механизма и с кровавой улыбкой на лице за него дёрнуть. Я рванул со всех ног, вонзая оба клинка ему в сердце и голову, но было уже поздно.

Проморгал? Забыл? Слишком заигрался с Нейролинком?

Я в ужасе развернулся, не зная, чего ожидать дальше. Пока Черника добивал остатки тысячников на первом этаже, мои глаза бегали по подвешенным капсулам, а разум пытался понять, что сейчас произойдет. Долго гадать не пришлось. Капсулы начали лопаться одна за другой, а на холодный пол с чавканьем падали маленькие тельца.

Некоторые из них всё ещё были живы, но разбивали головы и ломали позвоночники о твёрдый пол помещения. Голос Фи, точнее, её вопль, превращающийся в плач, продолжал звучать в моей голове. Я спрыгнул с балкона и побежал со всех ног, стараясь поймать хоть одного. Спасти хотя бы одного.

Ноги и импланты несли меня как могли, но капсулы лопнули все одновременно, поэтому мне пришлось сделать жестокий выбор. Многие из детей были уже мертвы изначально, но те капсулы, в которых ещё теплилась жизнь, обычно качались из стороны в сторону. Я как раз заметил одну из таких и, под звуки падающих вокруг меня тел, рванул со всех сил.

Поймал!

На руки упала совсем маленькая девочка, лет пяти, не старше. Она всё ещё дышала, отчего в этот раз на моих губах растянулась совершенно искренняя улыбка. Вымоченная в странном растворе, она резко закашлялась, выплёвывая из лёгких всю влагу. Я посадил её на пол, наклонил, чтобы всё жидкость смогла выйти, а затем поднял её голову.

Девочка медленно открыла голубые глаза, непонимающе посмотрела на меня, а затем потянула маленькую ручку к моему лицу. В этот момент из её носа тонкой струйкой потекла кровь, и она потеряла сознание. Я попытался привести её в чувство, хлопал по щекам, даже сильно сжал маленькие пальчики, но они никак не реагировала. Разум подсказывал проверить пульс, но мне и так всё было понятно. Её грудь перестала двигаться, а тело полностью обмякло.

— Нет, нет! Почему?! — в этот раз голос прозвучал не в голове, а за спиной.

Фи, которую успел освободить окровавленный Черника, подбежала и попыталась привести ребёнка в чувства. Она была невысокой и хрупкой, темнокожей, как и её брат, с завязанными в пучок на макушке косичками, чьи кончики спускались на левое плечо. На лице заметные следы кибернизации и множественные раны и синяки. Девушка прижала ребёнка к груди, пытаясь сдержать слёзы, а затем посмотрела на меня кошачьими зелёными глазами.

Я думал, она станет меня винить, кричать, искать виновника в произошедшем и выплескивать все накопившиеся эмоции, но нет. Девушка смотрела на меня так, будто беззвучно спрашивала: «За что?» и искала во мне утешения. Правда, она ещё не знала, что, когда вопрос касается нежностей и эмоций, искать отклика в моём чёрном сердце наёмника бесполезно. Всё, что я мог сделать, — это положить ладонь ей на плечо и коротко произнести:

— Прости, но нам пора уходить.

— Фи, — прозвучал во тьме гулкий бас Черники. — Смертник прав, нам лучше отсюда уйти.

Девушка подняла влажные тряпки, которые раньше обматывали капсулу, и положила их на ребёнка. Фи провела кончиками пальцев по лицу девочки, а затем её взгляд резко изменился. Она утёрла слёзы, грозно посмотрела на меня и ответила:

— Нет, ещё рано. Черника, я знаю, что ты больше не с Либертал, но не жди моего прощения так скоро. Мы с тобой поговорим, но сначала ты разнесёшь вон ту трубу. Она питает весь узел, и, если её уничтожить, запуститься цепная реакция.

Черника молча кивнул, посмотрел на меня и отправился туда, куда указывала девушка.

— Когда это произойдет, нам лучше быть в другом месте. На рельсах осталась дрезина, можем попробовать выбраться на ней.

— Нет, Смертник, — произнесла она спокойным голосом. — Здесь есть вентиляционная шахта, в которую поместится даже мой брат. Она выведет нас прямиком на поверхность, я проведу… Только дай мне пару секунд прийти в себя. Я долго пробыла в клетке.

Послышались первые звуки грохота и того, как Черника голыми руками рвал металл. Я оставил Фи попрощаться, а когда труба была уничтожена, девушка действительно провела нас по вентиляционной шахте.

Ползти пришлось долго, но вскоре мы выбрались наружу, и мне приятно вновь было увидеть белый свет.

Черника пытался избавиться от литров крови на своей коже и одежде. Фи прикрывала свои кошачьи зелёные глаза и первое время не могла смотреть, а я поймал себя на мысли, что до сих пор эти сучьи рубежи находят способ меня удивить. Пускай, бывшая станция метро была уничтожена, но Чёрная тысяча носила это название не просто так.

Да, они были обычными бандитами, и, скорее всего, имелись и другие места, через которые прогоняли капсулы с детьми, однако их уничтожение — это выдавливание прыщей, а в данном случае требовалась ковровая бомбардировка всего организма. Надо найти источник и сжечь его дотла, чтобы зараза не смогла вернуться.

Однако не успел я закончить мысль, как вдруг по всей округе загудели установленные динамики, и через них прозвучал механический голос, явно принадлежавший мутанту:

— Жители сектора С-3. Орденом Белый Шов было обнаружено нарушение в квадрате 35-Д. Всем оставаться на своих местах, сопротивление членам ордена будет расцениваться как нападение. Отряд расследования направлен в сектор С-3. О подобных случаях требуется сообщать ближайшему офицеру ордена. И помните: Геном — Сила. Слабость — Преступление!

Глава 7

— Но зачем кому-то этим заниматься? Я не вижу связи в создании, — ошарашенно проговорила Элли, накрывая одеялом сидевшую