ВМ: Награда? - Иван Солин

не нужно будет копаться в вонючих кишках. Я и так защищу и даже улучшу тебя. Хочешь, к примеру, стать сильной и хищной как пантера? Ты тогда сможешь буквально испить крови любого своего врага, кои теперь будут не ровней тебе новой. Никто больше не сможет принудить тебя, такую отныне могучую, ни к чему против твоей воли. Ведь ты обретешь ту силу, которую так жаждешь, причем, как и сказал, куда как проще. Я даже могу сделать тебе ушки и хвост, если пожелаешь. Так как, хочешь? Вот он, нож.

Аля аж поперхнулась и даже слегка сбледнула с лица. Ее практически черные глаза расширились, полные губы чуть задрожали, а идеальный носик и красивые скулы резче очертились.

А нехрен тут, своих подружек-манипуляторш водить. Да, жестоко, но пора взрослеть, девочка.

Вера же посмотрела на трясущуюся Альку, потом на нож, на меня, сидящего с невозмутимой рожей и выжидательно уставившегося на нее. И наконец сказала, осторожно так подбирая слова:

— А можно я лучше… ну это, в кишках там, а? Я ведь не это… ну, не то чтобы стать сильной прям любой ценой. Мне больше из-за научного интереса. А ее можно не убивать. Она поумнеет еще. Молодая просто. А?

Так, похоже, теперь в этой троице я выгляжу как самый поехавший. А со мной сейчас говорят как с неадекватом, способным от любого неверного движения или слова начать херню творить.

— Ну как хочешь, — лениво убираю нож, продолжая держать мину при так себе, как видно, игре. — Второй раз предлагать не буду.

— Ты научишь меня… некромантии? — некоторая надежда проскакивает в по-прежнему сдержанной интонации Веры.

— Ты хочешь именно некромантию?

— Нет, я хочу изучить любую магию, просто ты назвался некромантом.

— Ну а как же ты отомстишь своим насильникам? К скольким из них у тебя счеты? Скольких ты пустишь на запчасти? — продолжаю выводить на эмоции эту ледышку.

Мутная она, или я уже говорил?

— Я(вздохнув)… Я хочу постичь магию не для мести. Если, чтобы ты согласился учить меня, мне придется каждый день улыбаться этим тварям, я пойду на это. Может, хватит уже меня проверять и дергать за больное? Я не поехавшая, — о, даже эмоции какие-то у этой снежной королевы прорезались.

— Зачем ты осталась и наблюдала за мучениями вчера?

— Не для удовольствия, — заверила она. — Хотела понять принципы и систему. Что и для чего ты делаешь.

— И как? Поделись своими наблюдениями?

— Не знаю… Тяжело сосредоточиться, когда они воют. Я имела дело с трупами в морге, с увечьями, с травмами от которых всё холодеет. Но это… Это пипец просто. Когда нужно не остановить, облегчить, прекратить, а наоборот подстегивать, усугублять, наращивать и… чтобы они всё прочувствовали. Наверное, даже осознали. Ну и чтоб не умерли раньше времени. Жесть, в общем. Но я четко осознала, что доноров ингридиентов нужно заставлять страдать, тогда те нанесенные символы превратят кости в, эм, ЭТО. Я не поняла, ЧЕМ стали кости. Я такого не видела никогда. Так?

— Всё верно. Кости, а особенно разумных, взятые еще у живых и с соблюдением особых ритуалов, приобретают определенные качества. Они становятся способны впитывать, передавать и сохранять энергию смерти, и не только. Увы, если ты не маг то, чтобы получить подобного уровня материалы, ПРИХОДИТСЯ совершать подобное. Благо, что сейчас полно тех, кто заслуживает такого. Из тех, кого я подверг подобному за эти дни, было только трое, у кого на счету меньше сотни людских жизней. Но они обидели Алину, поэтому я их не пожалел, — уже нормально, то есть не играя, объясняю я, по видимому, своей новой ученице. А затем обращаюсь к всё ещё боящейся дышать Алине. — Ты поняла, почему я так с тобой?

— Но она же правда нормальная! — с обидой и негодованием отвечает милая Аля.

— Я объясню ей, — влезла Вера, и пытается её увести.

— Вот, Алиночка. Ты сама привела ту, кто будет вертеть тобой и возьмет всё, что ей будет нужно, а ты даже и не заметишь этого, — вздохнув, с философским видом говорю брюнетке. Потом поворачиваюсь к русоволосой и говорю уже ей. — Не переоцени себя. Подумай вот над чем, если за нее я несколько часов разбирал на части даже девочку 17 лет, то что сделаю с кем-то другим? А теперь идите, мне нужно работать.

Мда, жути я конечно нагнал. Ну и Алине неприятно, и даже, наверное, больно сделал. Но и подчеркнул ее ценность для меня. Уж очень Вера продуманная и, как мне кажется, готовая беспощадно наступить на горло своей гордости ради достижения цели. Мне не нужно, чтобы она обработала Алю и подмяла под себя. Пусть лучше отыгрывает старшую сестру и знает свое место. Ученица — не более.

На АвторТудей есть больше работ автора.

Через несколько часов возни с костями, я сделал перерыв и вышел из лаборатории, под которую определил кабинет хозяина. В доме уже во всю проходила уборка. Аля с, как я понимаю, переехавший к нам Верой уже вовсю мило щебетали.

Я вздохнул. Опасная эта Вера, а Але пора взрослеть и не… Хренасе, а это что за?

Уставился я на давешник со́сок из постели Пеги, или как там его. Обе блонды сейчас «жужжали» со швабрами и ведрами. Прям персонал клининговой службы из порно.

— Барышни, а вам домой не надо? — наконец нашелся я что сказать.

— Иван, можно нам остаться? — обратилась ко мне одна.

Причем, как могло бы показаться, не моргая трогательно глазками и не с просящей, а с очень такой деловой интонацией эдакого супер профессионального секретаря. Ага, из порно. Это, к слову, была та, которая с губами. Она в этой парочке, видимо, мозг. Занятно.

И да, Аля меня настойчиво зовёт именно так, ни в какую не желая Стасом именовать. Так что, по-видимому, меня уже заочно представили этой вот… особе.

Да уж, элитная, прямо скажем, тётя. Не девчонка, давно уже. Ухоженная светлая блондинка с длинными подкрученными и наверняка нарощенными волосами. Спортивная, подтянутая. Бедра делала с хорошим тренером. Сиськи — у не менее, наверное, хорошего хирурга. Хотя, не знаю, слишком уж они у нее шарообразной формы, а такие только в одежде и выглядят роскошно. Без одежды же — аж, порой, до неприятия фальшиво и лично для меня отталкивающе. Что еще? Со следами косметических процедур на лице, но и природа там постаралась. Нос — прямой до неприятия. К слову, я всегда считал нос элементом индивидуальности, а тут он обезличен, стандартен, идеален. И это не красиво, как