Путеводитель по чужим небесам - Вероника Воронина

И, к своему удивлению, у меня начало получаться. Я переключилась — Фиксировала точки, снимала видео, делала фотографии.

Уточняла у Ури, где свет ложится лучше, в какое время участок выглядит выигрышнее, где стоит задержаться, а где — наоборот, ускорить маршрут.

В какой-то момент я даже мысленно выпрямилась. Да я вообще-то молодец.

— Так, здесь отличная перспектива, — пробормотала я, делая очередной кадр. — А если сместиться чуть левее, можно поймать отражение света от склонов…

Богиня Шива режима «многозадачность активирована».

С плато мы начали спускаться по узкой тропинке. Она мягко уходила вниз, извиваясь между камнями и растительностью, словно не была проложена, а появилась сама собой — от времени и шагов.

Здесь было тише. Свет становился глубже, гуще, будто просеивался через розоватые листья. Ветер почти исчез, и воздух казался плотнее, наполненнее ароматами.

Тропа вела в небольшое ущелье.

Сверху оно выглядело почти незаметным, но по мере спуска пространство раскрывалось: стены уходили вверх плавными линиями, покрытые той самой розовой растительностью, а внизу уже виднелась более закрытая зона.

Там располагалось кафе.

Небольшое, уютное, будто спрятанное от всего мира. Мягкая подсветка уже начинала загораться, и можно было представить, как здесь будет выглядеть ужин — в тишине, среди света, отражений и едва слышного шума природы.

— Отличная финальная точка, — тихо сказала я, больше себе.

— Согласен, — ответил Кайто.

Он шёл рядом. Даже… слишком рядом.

Я это начала замечать не сразу.

Сначала просто ощущение — чьё-то присутствие чуть ближе, чем обычно. Потом — то, как его рука оказывалась рядом каждый раз, когда я чуть теряла равновесие.

Потому что да! Каблуки — это была не лучшая идея.

— Осторожно, — коротко сказал он, когда я в очередной раз чуть не зацепилась за выступающий камень.

— Я осторожно, — пробормотала я, тут же спотыкаясь снова.

— Угу.

В какой-то момент он, кажется, просто устал.

Потому что после очередной попытки «изящно удержаться на ногах» моя рука оказалась в его — и на этот раз он её не отпустил.

Просто сжал. Крепко и надёжно.

— Так проще, — спокойно сказал он.

Я замерла на секунду.

— Да… наверное, — тихо ответила я.

И… не стала вырываться, потому что это действительно было проще, и безопаснее.

И вообще — рабочий момент.

Конечно, Ури это заметила сразу.

И, судя по всему, ей это… не понравилось, потому что дальше началось что-то странное.

Декольте — стало глубже.

Движения — плавнее. Волосы — активнее.

Она буквально начала «играть» ими — перекидывать с одного плеча на другое, чуть задерживая движение, словно это было частью какого-то сложного, но очень продуманного спектакля.

Я наблюдала за этим краем глаза, и в какой-то момент… её волосы зацепились за ветку.

— О, — тихо выдохнула она.

Я резко отвернулась, делая вид, что абсолютно ничего не происходит.

Но внутри… мои тараканчики гнусно захихикали.

Зафиксировать.

— Возможно, стоит указать в рекомендациях, — абсолютно серьёзным тоном сказала я, делая пометку в планшете, — что посетителям лучше избегать прогулок по этому участку с распущенными волосами.

Кайто тихо хмыкнул, Ури освободила волосы, и на секунду её улыбка стала… чуть менее идеальной.

Совсем чуть-чуть, но я это заметила.

И, не удержавшись, почувствовала странное, маленькое… удовлетворение. Тропа закончилась, перед нами открылось кафе. Снаружи оно выглядело почти незаметным — мягко вписанным в склон ущелья, будто его не построили, а аккуратно вырастили между камней и растительности. Но стоило нам войти внутрь, как пространство раскрылось.

Полумрак, тёплый, уютный, обволакивающий.

Свет здесь не бил в глаза — он будто стекал по стенам, мягко подсвечивая столы, дорожки, изгибы интерьера. Основной зал был почти полностью окружён стеклом, и создавалось ощущение, что ты не внутри помещения, а… среди джунглей.

Нам достался столик у стеклянной стены. Я опустилась в кресло и на секунду просто замерла.

Снаружи — розоватая растительность, мягко покачивающаяся в вечернем воздухе. Чуть выше — уже проступающее звёздное небо, непривычное, с иным рисунком созвездий. Где-то вдалеке ещё держались последние отблески заката.

И всё это — прямо перед нами. Без границ. Без стекла — его будто не было.

— Красиво, — тихо сказала я, уже не в первый раз за этот день.

Я перевела взгляд на стол, и вот тут наступил момент истины.

Еда.

Самое опасное.

Самое непредсказуемое. Самое… живое.

Каждая командировка в новые миры сопровождалась одним и тем же страхом:

а вдруг оно начнёт двигаться?

Я осторожно посмотрела на поданные блюда — ничего не двигалось, ничего не дышало, не пыталось уползти, и даже не выглядело подозрительно.

Я медленно выдохнула.

— Уже хорошо, — пробормотала я.

— Вы ожидаете какого-то подвоха? — спокойно уточнил Кайто.

— Вы даже не представляете, — честно ответила я.

Я попробовала, и… замерла.

— Вкусно, — удивлённо сказала я.

Реально вкусно.

Я даже немного расслабилась. Ури, кажется, тоже.

Потому что после первого же блюда её внимание… сместилось полностью на Кайто.

И началось. Если бы я не сидела рядом, я бы, возможно, даже восхитилась.

Это был целый… спектакль.

Медленные движения, точная работа вилкой, лёгкие паузы, взгляд — из-под ресниц.

Каждый жест был выверен так, будто за ним стояла многолетняя школа «как правильно соблазнять при помощи столовых приборов».

Я на секунду зависла, потом перевела взгляд в окно.

Да, вот так гораздо лучше.

Потому что если смотреть на звёзды, на джунгли, на мягкий свет — можно было сделать вид, что ничего не происходит. В этот момент мои тараканчики, судя по всему, окончательно разошлись.

Слушай, — задумчиво протянули они, — а ножичком ведь можно и не соблазнять…

Я чуть не поперхнулась.

В смысле?

Ну вот так… аккуратно. Поставить перед фактом. И всё. Замуж.

Я прикрыла глаза.

Почему нет? Рабочая стратегия.

— Потому что это… не так работает — решила начать дискуссию со своими единомышленниками.

Я аккуратно выдохнула и мысленно «посадила» своих тараканов обратно.

— Ури вообще не про это, — напомнила я им.

Я снова бросила короткий взгляд в её сторону.

И правда, её интерес был… другим.

Не «замуж», не «отношения», а гораздо более практичным. У их расы всё было устроено иначе. Женщины — самостоятельны, свободны, и брак, как концепция, для них был скорее… опциональным. А вот ребёнок — это уже совсем другая история.

Статус, позиция, признание.

Почти как у нас — отслужить, — ехидно подсказали тараканчики.

Я едва заметно усмехнулась.

Ну… примерно.

Я снова посмотрела в окно — Звёзды стали ярче, свет — мягче, шум вокруг — тише. Я ела, слушала внутренний стендап, иногда отвечала на вопросы по маршруту… и ловила себя на странном ощущении.

Мне