Арт 1 - Константин Георгиевич Калбанов

несмотря на усиливающие руны, моё мальчишеское тело всё же не устояло и я грохнулся на задницу. При этом пытался хоть что-то рассмотреть сквозь молочно белую взвесь порохового дыма.

Совершенно невредимый зверь, во что категорически не верилось, возник из завесы стремительным серым росчерком, но явно не ожидая моего падения и на этот раз промахнулся. Он приземлился за мной, и спружинив всеми четырьмя лапами резко развернулся и бросился в атаку. Всё что я успел сделать, это развернуться и выставить поперёк свой карабин. Стальной многоствольный дрын попал зверю под нижнюю челюсть, масса зверя без труда опрокинула меня на землю и зубатая пасть клацнула у самого моего лица, обдав смрадным дыханием.

Силы в нём столько, что я едва сдерживал его. Вернее, медленно, но верно проигрывал схватку. Хрипя и глухо рыча, капая в лицо тягучей слюной и с бешеным блеском в глазах он рвался к моему горлу давя с неумолимостью пресса. И он непременно добьётся своего, если ничего не предпринять.

Я наклонил карабин и скорее вытолкнул себя из под обратившегося хищника, чем оттолкнул его. Хотя тот и скользнул по стволам ткнувшись пастью в траву. Это позволило мне выиграть долю секунды, но вместе с тем, я не успевал ни вновь воспользоваться карабином, ни выхватить кинжал или пистолет. Поэтому когда хищник извернулся вновь нацелившись мне в горло, я вынужден был противопоставить ему голые руки.

Пальцы вцепились в шерсть на его шее и тому вновь предстояло продавить длину моих рук. Что он с успехом и проделывал. Я попытался подсунуть под него ноги, чтобы перекинуть через себя, но тот не стоял на месте, словно танцуя надо мной, и его туша всё время соскальзывала с моих ступней.

Я уже прощался с жизнью, когда его шею оплёл голубоватый жгут и сорвал с меня. В недоумении я посмотрел вверх по склону оврага и увидел там отца, из руки которого и тянулся этот хлыст, вернее рунная цепочка «Плеть».

И сразу же заметил две стремительные серые тени метнувшиеся к нему. Толком ещё не осознал, что именно происходит, а рефлексы уже врубились, и рука рванула из бедренной кобуры массивный пистоль. Связь с рунами наладилась сама собой, а в следующее мгновение раздался выстрел. Я заметил как пуля выбила фонтанчик земли рядом с передней лапой.

Следом раздался грохот выстрела уже сверху, и краем глаза я заметил стоящую рядом с отцом матушку. Которая впрочем с успехом промахнулась, уж больно подвижными вышли цели. Мой второй выстрел оказался более удачлив, и прилетевший в бок свинец сбил волка, покатившегося обратно на дно оврага.

Матушка же недолго думая хлестнула «Плетью» уже приблизившегося вплотную хищника. Сомнительно, что ему удалось бы добраться до плоти волхва, но физику никто не отменял. Если руны практически полностью гасят удар пули, то массивное тело непременно окажет своё воздействие. А там, глядишь отец потеряет контроль и волколак вырвется на свободу.

Матушка не волхв, а через костыли рунные цепочки не так хороши, но против простого зверя они сработали как надо. Голубоватый жгут оплёл шею хищника и дёрнув она повалила его на землю, после чего подняла четырёхствольное ружьё и нажала на спуск. Это какой-то сюр. Да, она конечно спортивного сложения, но на секундочку, метр в прыжке, ладно повыше, но всё же. И тут такая бандура в изящной ручке. Да ещё и стреляет дуплетом. Охренеть!

— Чего замер, — спокойно произнёс отец.

Я лишь недоумённо перевёл на него взгляд. Тот же в свою очередь метнул короткий голубоватый росчерк в подранка, пытавшегося сбежать, прихрамывая на простреленную ногу. Трассер вошёл волку точно в холку, словно пригвоздив к земле.

— Убей его «Упырём», — приказал отец, кивнув на волколака.

Я на секунду задумался, после чего взялся было за рукоять трофейного кинжала, но поостерёгся им воспользоваться. В памяти тут же всплыло то, как я в прошлый раз чуть было не двинул кони. Но отец лишь ободряюще улыбнулся.

— Всё хорошо. Бей. Он не старше четвёртого ранга, я без труда его удерживаю. Нам с Сашей от него ни холодно ни жарко, а тебе пойдёт на пользу.

Приблизившись к мечущемуся словно на привязи волколаку попытался вогнать в него клинок. Не тут-то было. Зверь извернулся и мне пришлось приложить усилия, чтобы достать пленённого, но не обездвиженного хищника. Но как бы то ни было, в результате у меня это всё же получилось, и отточенная сталь вошла в живую, пусть и изменённую плоть. Тёплая кровь омыла мою руку, а по телу разнеслось такое блаженство, что я едва сдержал стон наслаждения. Ч-чёрт! На такое ведь и подсесть можно.

Глава 8

Возвращение домой

Я встряхнулся сбрасывая с себя оцепенение. Волна наслаждения уже ушла, оставив после себя приятную истому. Вот интересно, а как с этим справляться в бою? Накроет тебя эйфорией от хлынувшей по твоим каналам Силы, и пока ты будешь ловить кайф кто-то другой тупо проломит тебе черепушку. Хотя бы потому что эта волна напрочь снесла все плетения тупо заполнив каналы, хлынув во вместилище.

— Как ощущения? — насмешливо спросил отец?

— Как будто с женщиной… Гхм, — начал было я и тут же осёкся, осознав, что рядом с отцом стоит матушка.

— Ничего, ещё научишься это контролировать, — добродушно улыбнувшись заметила она.

— Дорогая, пожалуй ты была права, наш сын сильно изменился. Никогда бы не подумал, что он так хладнокровен и расчётлив. Да ещё и столь великолепный стрелок.

— А я тебе говорила, — игриво-назидательным тоном, произнесла она.

— И была совершенно права, наш сын сильно повзрослел за последний год. Правда, абсолютно непонятно когда успел. Елизар, Демьян, соберите побитых волков, да поспешите, — окликнул отец дворовых.

— Что дальше? — спросила матушка.

— Ты к тому, что нам придётся задержаться и навестить хозяина имения?

— Некрасиво охотится в чужих угодьях без ведома хозяев, — пожала она плечами.

— Согласен. Поэтому ваш багаж с запяток кареты перегрузим в коляску и отправим с Елизаром и Романом домой вместе с телами погибших. А сами завернём с визитом вежливости к хозяину и объясним ситуацию.

— Принимается, — согласилась она и обратилась ко мне. — Ромашка, у тебя есть изменения во вместилище?

— Прибавил процентов на двадцать, — подтвердил я, уже поднявшись на склон оврага.

— Ну вот. Минута страха, и экономия в полгода, — подмигнул мне отец.

Я же