Пробуждение ярости - Мелина Боярова

Андреас двигался наравне со всеми, но его отличали четкие выверенные движения и отсутствие видимой усталости. Во время пробежки боярский сын догнал меня, поравнявшись, и небрежно бросил:

— Вечером приходи в тренировочный зал — будем заниматься, раз уж приказали возиться с тобой. — И потрусил дальше, не дожидаясь ответа.

У меня невольно дыхание сбилось, и замедлился шаг, пока новость о совместной тренировке улеглась в мыслях. Неужели этот тяжелый день никогда не закончится?

Перед ужином, когда у нас значилось свободное время, позанималась с Ирией и ребятами, объяснив им буквы и дав задание выучить первые десять букв алфавита к завтрашнему дню. Мои мысли в это время крутились вокруг Стояны, назначившей боярича моим куратором, и самого Андреаса, воспылавшего ко мне лютой ненавистью. Рядом с ним тяжело удавалось сохранять внутреннее спокойствие. Его ярость давила и пробуждала во мне собственный гнев, с которым я прежде не сталкивалась. Амулет деда висел на шее и оберегал от гневных вспышек, но каждый раз боярский сын умудрялся зацепить так, что никакого терпения не хватало.

По дороге к залу я нарочно медлила, пытаясь отсрочить неизбежное и невольно вспоминая нашу первую встречу. Он напал на усмиренного мной гнева и заодно спеленал чарами меня, считая одержимой. Но на деле все оказалось иначе. Это Андреас еле сдержал гнев, когда злыдень вырвался. Разве моя в том вина? Нет, но почему-то парень думал иначе.

— Наконец-то, дикарка! — встретил меня раздраженный окрик боярича, стоило только переступить порог зала. — Опаздываешь! Неужели ты думаешь, что сможешь безнаказанно нарушать правила? Где отчет о чарках? Или, как всегда, у тебя ничего нет, кроме диких повадок? — Сделал шаг навстречу, полыхая от злости. — Из-за тебя я провалил испытание на обережника. И, вместо того чтобы защищать городище от гневов, вынужден теперь торчать в проклятой школе. Ты заплатишь за это, клянусь!

Я глубоко вздохнула, заставляя себя не реагировать на подначки. Чуть склонив голову, внимательно посмотрела на парня, анализируя его тон, мимику, жесты. Молнии легкими всполохами пробегали по рукам, словно предвестники грозы, обещающие бурю. С контролем у Андреаса явные проблемы. Его гнев рвался наружу, пытался завладеть сознанием, подмять под себя. Самое грустное, что любой мой ответ только усилит эту ярость. Как и то, что он никогда не увидит моего страха, не заметит возмущения или проявления других эмоций. Я просто знаю, что их испытываю, основываясь на внутренних ощущениях, но внешне они никак не проявлялись.

— Я не принесла отчета по чаркам, потому что его мне никто не задавал, — ответила спокойно. — И в твоем провале нет моей вины. Ты сам все испортил.

— Да как ты!.. Лесная погань! — взбесился Андреас, наступая и демонстративно давая ярким молниям течь по рукам. Глаза парня полыхнули красным, а легкая дымка пробужденного гнева окутала контуры тела, но он этого уже не замечал. — Не смей мне указывать! Ты разрушила мою жизнь. А я разрушу твою. — С этими словами толкнул меня в плечо.

От неожиданности я потеряла равновесие. Взмахнув руками, инстинктивно ухватилась за запястье парня, чтобы не упасть. В этот момент из меня вырвалась волна холодного спокойствия, которая хлынула прямо в боярича, словно живительный источник, заглушая яростный пожар и уничтожая проявление гнева.

Андреас замер, изумленно уставившись на мою руку, а затем на меня. Я тоже ничего не поняла, резко разжала пальцы и убрала ладонь за спину. Мы стояли, ошеломленные, разделенные невидимой стеной повисших в воздухе вопросов. Боярич снова подошел к опасной грани, когда почти поддался гневу. Еще бы немного, и он сорвался. Тогда бы ничто не спасло его репутацию. Вину уже не свалишь на лесного гнева, который вырвался на свободу. А я лихорадочно соображала, чем для меня обернется проявление силы, не похожей на действия чар.

— Только попробуй кому-нибудь рассказать об этом! — зло процедил боярский сын, шумно выдыхая.

— Не скажу, если и ты будешь молчать, — произнесла невозмутимо. — Уговор?

— Вот еще! — хмыкнул парень, до которого только теперь дошло, что не только он в этой ситуации облажался. — Можешь болтать, сколько влезет. Тебе никто не поверит, — скрежетнул зубами. — Никаких договоров с тобой не будет. Я приказываю — ты исполняешь, ясно?

— В том, что касается процесса обучения, согласна, — и не подумала