Код волхва. Книга 1 - Алексей Даньшин

Рога у него были такие ветвистые, что я почему-то сразу вспомнил байку про Мюнхгаузена, который попал оленю вишнёвой косточкой в лоб, и у того через год выросло на голове вишнёвое дерево.

Вот из таких рогов амулетов я себе наделаю штук сто. А может и все сто пятьдесят.

Как выяснилось через пару секунд, делить рога ещё неубитого оленя было рановато.

Из чащи вырвались ещё два пока вполне живых кандидата в доноры рогов. Рожки, правда, у них были немного пожиже, но статью они первому явно не уступали.

Красавцы все как на подбор! И с ними дядька Черномор!

У меня на миг перехватило дыхание, а потом все трое гостей из леса разом заревели свою брачную песню. А может и не брачную, я по оленьи как-то пока не понимаю.

До первого будущего моего куска стейка было метров пятьдесят. Я уже мысленно прикидывал место для звукового удара, когда один из вновь прибывших рогоносцев опустил башку и ринулся на самого рогатого конкурента. А второй в это время решил прорваться тихим сапом по краю оврага туда, откуда по его оленьим мозгам уже битый час ездит мой манок истошными призывами самки. Правда, на частоте, которая была специально смоделирована для того, чтобы самцы теряли волю и безропотно шли на убой.

А тут вдруг конкуренты. Ну, и природа взыграла.

Я навёл камешек на самого хитропопого из самцов и послал импульс на активацию рун.

Стрелял зачем-то в голову, совсем позабыв про свою идею с амулетами из оленьих рогов.

Голову у бедолаги вывернуло почти наизнанку, и он рухнул в траву, не издав больше ни единого звука.

А двое оставшихся бойцов даже внимания на это не обратили.

— Вырубай манок, — зашипела мне в голове Ника. — Не хватало ещё, чтобы тут этих рогатых целая толпа набежала. Лучше пусть сперва этих оприходуют, а потом уже и дальше можно будет запасы делать.

Я коснулся выключателя и почти сразу вслед за этим быстро дважды активировал свой звуковой пистолет на дуэлянтах. Немного нечестно получилось с моей стороны. Всё-таки парни были так увлечены битвой, а тут я, такой подлец, раз — и убил обоих. Но тут, как говорится, ничего личного. Это не убийство, это заготовка провизии. Так что, никаких угрызений совести я при этом особо не испытывал.

На этот раз рога остались все в целости.

Я вскочил и побежал к лежавшим вповалку тушам.

Ника тут же выдала мне их характеристики по возрасту, весу, и даже виртуально их уже разделала, подсветив мне самые ценные части с точки зрения её понимания гастрономии.

Сзади послышались осторожные шаги. Волеслав и Матрёна с тихим ужасом, написанном на их лицах густыми мазками солнечных лучей, медленно подошли ко мне.

И оба упали на колени.

Ну ладно, Матрёна. Баба всё-таки. Нервишки ни к чёрту. Но старик-то куда? Этот же вроде тут в авторитете, учёный человек, почти маг и волшебник, а туда же?

— Вот что! Хватит уже тут лбами землю бодать. Давайте, зовите народ! Рыбу небось уже всю перетаскали, пора и оленину разделывать. Я этого сам точно делать не буду. Не княжеское это всё-таки дело, — добавил я в конце для весомости аргументов.

Медные трубы — это только в сказках на героев сильное влияние оказывали. А мне до звёздной болезни — как пешком до Пекина. Я ведь даже почти на все лекции по демагогии ходил, которые Веденин в своё время в универе читал. Так что, меня такими знаками внимания сложно сбить с пути праведного. Слишком я продвинутый для такого рода подхалимажа.

Но, приятно, чего уж там!

…

Вместе с бабами и детворой на полянку прибежали и четверо оставшихся в деревне старичка. Трое бодренькие ещё, которые тогда тухлую рыбу выносили из клети, а один какой-то уже совсем плохонький.

Я посмотрел на хромающего дедка, и попросил Нику выдать мне перечень их болезней в виде хинтов над диаграммами матриц сознания. И тихонько покачал головой. Как они ещё бегали тут, вообще не понятно.

— Ника, а для местных аборигенов нет никаких рунных патчей, чтобы откатывать организм к базовым настройкам?

— Нет. Их матрицы сознания меняли их физическую оболочку со временем. Без бэкапов.

— А этот хаос в диаграммах жизненных показателей как-то можно поправить?

— А ты знаешь, какие параметры будут для них оптимальными?

— Ясно. То есть каждый организм индивидуален. Но есть же какие-то стандартные показатели здоровья, которые могут считаться нормой? Как в анализе крови количество лейкоцитов, например.

— Безусловно. Если брать средний референсный интервал, то можно по нему выстроить значение основных жизненных показателей. Только отклонения от этого среднего показателя для местных, как ты их назвал «аборигенов», может отличаться от тех, которые есть в моей базе данных. У меня нет адаптированных референсных интервалов для местных.

— Можем рискнуть и применить первые из известных тебе параметров. Всё равно по средней будем считать.

— Можем. Но работать с рунным кодом, наложенном на биологические объекты, не так просто, как с неорганикой. Можно и убить пациента.

— Ну, ты же мне поможешь, если что?

— Ты собрался их тут всех лечить?

— Ну… долгими зимними вечерами…

— Ты вроде хотел по первопутку во Вручий ехать с наследством покойного отца твоего реципиента разбираться?

— Ну, когда это ещё будет! А если могу им помочь, то почему бы и нет?

— Ну, как знаешь. Ты князь, тебе виднее!

Последнее её высказывание было скорее всего каким-то изощрённым сарказмом, но я решил не обращать на это внимание. Главное, что она готова была мне помочь и в этом.

— Кстати, — я вдруг вспомнил про ход конём. — Может, мы не будем изобретать велосипед, и ты просто подсмотришь у волхва. Может у него какие-то лечебные амулеты есть?

— Нету. Я уже смотрела.

— Погоди! Ты что, уже скопировала себе код со всех его амулетов?

— Угу.

— А чего молчишь? И чё там?

— Два модуля с алгоритмами дистанционной подпитки энергетических камней. Ну, а про амулеты с модулями управления звуком и климатом ты уже и так в курсе. Только они почти все у него заблокированы процентов на восемьдесят.

Я вздохнул.

— Так что тогда с лечением аборигенов?

— Надо поискать готовые модули с рунами алгоритмами по местным структурам. Скорее всего где-то у кого-то такие есть. А пока, действуем как обычно.

— Методом творческого тыка?

— Угу.

— Тогда надо сперва пробовать на добровольцах. Вон тот дряхлый дед вполне подойдёт для этой сугубо добровольной миссии на благо всего общества. Как только так сразу.

…

Я выискал глазами волхва