Там, где исчезает свет - Ирина Дементьева

— А тут я выкатил из-за угла, а сам в это момент уронил окурок сигареты на сиденье и отвлёкся, пытаясь его потушить.

— Погодите. Так вы те самые учительница и сантехник, которые нашли свою любовь после встречи с ослом?

Тяпочкины кивнули.

— Но все говорят, что вы уехали в Москву. Квартира в наследство досталась.

Муж и жена снова помрачнели.

— Это мы всем так сказали, — продолжила рассказ Маргарита, — чтобы поддержать местную легенду. Не хотели, чтобы люди совали свои носы в нашу жизнь. На самом деле всё было совсем не так радужно. После того, как я вышла из больницы, нам с Генкой стали приходить странные записки. Непонятно от кого, да и непонятно зачем.

— Записки? — у меня замерло сердце.

— Да, — кивнул Геннадий, — каждую неделю маленькая записка с угрозой о том, что за счастье надо платить.

— Потом словно проклятие на нас наслали. С нами стали происходить странные вещи. Гена ножом порезался, я в школе с лестницы упала, потом дом мой внезапно загорелся. Еле потушили. И с тех пор каждый раз после новой записки что-то происходило.

— Тут, хочешь-не хочешь, во что угодно поверишь, — Геннадий недовольно покачал головой.

— Точно, — кивнула Маргарита, — вот мы и решили бежать. Всем сказали, что в Москву, а сами объявление в газете нашли, что продаётся дом в небольшом посёлке, и цена как раз такая, которую мы могли наскрести. Мы собрали все деньги, что были, сели на поезд и сбежали, сверкая пятками.

— Состояние наше тогда было хуже не придумаешь. Даже толком и не помню уже, как мы это всё смогли провернуть, память намертво отшибло, — сказал Геннадий.

— Да, — наконец, сквозь грусть в голосе Маргариты снова появилось тепло, — До сих пор помню то утро, когда проснулась от пения птиц, рядом Генка храпит, и на душе вдруг стало так спокойно. Гонобобель исчез из нашей жизни и теперь кажется страшным сном.

— Если ты действительно оттуда, — прервал супругу Геннадий, — то понятно, чего ты в болото полезла.

— Не лезла я никуда. — устало повторила я, — Но ваши чувства мне знакомы. Вот только они меня не покидают и за пределами города. Но мне нужно туда вернуться, чтобы узнать правду. Как мне это сделать?

— Я покажу, — Геннадий, наконец, оторвал обеспокоенный взгляд от жены, — Транспорта у нас здесь не шибко много, но дальше по дороге живёт Володька у него трактор есть, он тебя сможет довести до станции. Скажи, что от меня, и он платы не будет требовать.

Я напоследок взглянула на взволнованную Маргариту, она нервно перебирала пальцами, как будто пыталась их вовсе сломать. Затем мой взгляд упал на белоснежную скатерть, на которую совсем недавно пролили стакан воды, который заботливые хозяева принесли мне. И на месте, где пролилась вода, чернело грязное пятно. Я в ужасе схватилась за горло, пытаясь не подавать вида, что вот-вот снова потеряю сознание от страха.

Геннадий вывел меня из дома. Я на прощание кивнула Маргарите и ещё раз поблагодарила за спасение. Стоило мне выйти за порог, Гена крепко закрыл дверь и повёл меня с участка. Обогнув дом по кругу, он вывел меня на просёлочную дорогу.

— Вот, смотри. Идёшь по прямой, никуда не сворачивая. Седьмой дом на дороге тебе нужен. Но даже если просчитаешься где, сразу увидишь трактор и разберёшься к кому стучаться.

— Спасибо, — натянуто улыбнулась я, совершенно не желая снова идти одной по холоду.

— И это… — Геннадий замялся на мгновение, — Не говори никому, что видела нас здесь. Мы живём здесь тихую жизнь, никого не трогаем и абсолютно счастливы в своём маленьком богом забытом мирке. А больше нам ничего и не нужно. В Гонобобеле живёт зло. Оно следит за каждым жителем, поэтому то по вечерам там выключают свет. Демоны теряются в темноте. Но если вдруг решишь сбежать, — он вытащил из кармана небольшой обрезок газеты, — Вот тут номер человека, который помог нам с домом. Позвони, когда сдашься. Он поможет. Но о нас ни слова.

Я хотела рассмеяться в ответ на очевидный бред, который нёс мужчина, но стоило мне взглянуть в его до смерти перепуганные глаза, как смех застыл в горле. Тень пробежала по лицу мужчины лишь от одного воспоминания о родном доме. Я нервно сглотнула и громко икнула. Геннадий тут же смахнул с себя нахлынувшие воспоминания и, ткнув пальцем в сторону дороги, кивнул мне на прощание и ушёл.

Я проводила его взглядом, так и не решившись попросить проводить. Как только он скрылся за забором, я отвернулась от дома и осторожно пошла по размытой от дождя и первого снега дороге. На улице заметно похолодало, снежинки решили не тянуть со своим появлением и, задорно летая в воздухе, пытались скрыть грязные оттенки уходящей осени под покрывалом блестящей белизны, однако сил у них пока было маловато. Стоило белым хлопьям упасть на землю, как они тут же смешивались с коричневым месивом и лишь ухудшали картину происходящего. Я подняла воротник своей куртки и попыталась закрыть лицо от ветра.

Вскоре по обеим сторонам от дороги действительно стали появляться небольшие деревянные домики. Разномастные заборы скрывали от моего взора личности хозяев, поэтому мне пришлось идти наугад, отсчитывая седьмой дом по левую руку от меня. К моему облегчению найти местного тракториста оказалось действительно несложной задачей. Его трактор возвышался около забора, как моя путеводная звезда. Обойдя вокруг металлического монстра, я подошла к калитке и громко постучала.

— Хозяин, ты дома? — выкрикнула я, желая как можно скорее оказаться в поезде на пути домой.

За забором послышались шаги, и вскоре калитка заскрипела и открылась. Передо мной появился мужчина в телогрейке с ножом в одной руке и с куском сала в другой.

— Ты кто такая? — с набитым ртом спросил тракторист, тыча в меня ножом.

Я машинально отошла на пару шагов, не сводя взгляда с лезвия.

— Я от Тяпочкина Геннадия, — быстро ответила я, — Он направил меня к вам. Сказал, что вы сможете мне помочь.

— Бабу Генка ко мне ещё ни разу не отправлял, — заржал Володя, — И чем, киса, я могу тебе помочь? — он почесал щеку тупой стороной лезвия, — Обогреть?

Мне стало не по себе. Очевидно, что этот тип совсем не такой дружелюбный, как его соседи Тяпочкины, и своего не упустит. Но трактор был только у него, а других вариантов выбраться отсюда у меня не было. Я снова сделала шаг вперёд и, попытавшись принять максимально грозный вид, сказала: