Заклинатель 10 - Алекс Каменев

Осмыслить. Понять. Осознать. Сделать частью собственной памяти.

Методика Ушедших по передаче информации для человеческой логики оказалась невероятно странной. Но при этом весьма эффективной в качестве долговременного запоминания. Разумеется, при наличии хорошо тренированной воли, умения концентрироваться и подготовленного сознания, умеющего фокусироваться на поставленной цели.

Все это у меня имелось, поэтому с дальнейшем освоением знаний рогатых не возникло проблем. Хоть процесс и продвигался медленно из-за особенностей запоминания в один момент только определенной части, пока остальное в разуме быстро тускнеет. Приходилось выбирать что-то одно и сосредотачиваться на нем, чтобы получить подробности. При этом, каждый раз сознание требовало предварительной подготовки, чтобы кристалл откликнулся на призыв.

В общем, процесс извлечения нужных сведений напоминал специальную медитативную практику, которую требовалось проводить каждый раз заново.

Проклятые рогатые ублюдки не искали легких путей и сильно усложнили процесс обучения. Может чтобы отсеять несдержанных и ленивых, может не дать доступ к важным сведениям обладающих слабой волей, могущих натворить бед. Все возможно, главное, что после взлома ключа, появлялась возможность обращаться к артефакту напрямую…

Сознание все глубже погружалось в темноту, пальцы, сжимающие кристаллический стержень, ощущали мелкую вибрацию. Появились первые проблески, окрашенные в серый и алый, следом внутрь проникли извилистые ленты из тьмы и фиолетовых отсветов. Пока наконец разум не нащупал нужную дорожку и не устремился вперед.

Сегодня я искал конкретные сведения, замеченные ранее на одном из прошлых сеансов. Тогда не получилось зацепиться за виток, уводящий к нужным знаниям, но сегодня это надо обязательно сделать.

Резкая вспышка, очередной переход и сознание заполонили образы. Чтобы найти нужный и пройти к нему через протянутую ленту, понадобилось приложить невероятные усилия. Когда это удалось, мозг испытал привычный шок, ощущая, как холод чужих знаний начинает просачиваться извне. Сначала это напоминало мелкий ручеек, вроде того, что сейчас журчит неподалеку, затем превратилось в мощный бурлящий поток, захлестнувший разум подобно сплошному приливу.

Разум погружается в шок, но воля оказывается сильнее, крупица за крупицей из хлынувших образов выделяется главное, через тонкие протянувшиеся цепочки формируя цельный блок новых знаний. Нового понимания, что и как нужно делать.

Когда поток иссякает, все необходимое остается в памяти выжженным пятном. Теперь даже если постараться, то не получится забыть полученную информацию, она навечно отпечаталась в разуме, став его неотъемлемой частью.

— Бездна… — сквозь плотно сжатые губы вырвалось сдавленное ругательство. Плечи безвольно поникли, в голове ноющая пульсирующая боль, пальцы мелко подрагивают, с трудом удерживая чертов кристалл.

Каждый раз после работы с артефактом ощущалось глубокое опустошение, тратилась тонна нервных клеток и еще больше ментальных усилий, распространяющих истощение на весь организм.

Но была и хорошая новость — я нашел, что искал, а значит можно приступать к делу.

Пальцы перестали подрагивать, но слабость в мышцах в виде ломоты, все еще ощущалось, понадобились усилия, чтобы засунуть в сумку кристалл. Перед этим стержень перестал светиться темным и фиолетовым, обретя вид заурядной стекляшки.

— Это дорого мне обходится, — пробормотал я, крутя и разминая шею от долгого сидения в одной позе.

Плавно поднялся, беглый взгляд оббежал стволы деревьев вокруг, на мгновение задержавшись на журчащем лесном роднике. Не выдержав, я наклонился и погрузив ладони в прохладную воду с удовольствием плеснул на лицо, окончательно приходя в себя после медитативного транса.

В висках и затылке ощущалась глухая ноющая боль, но это была приятная боль, как после хорошо выполненной работы.

Ведь быть магом, не значит только кидать файерболлы и убивать врагов могущественными заклятьями. В первую очередь это преодоление себя и собственных страхов путем самосовершенствования с обязательным получением новых знаний. Иначе нельзя, иначе регресс и деградация. Так учило мар-шааг, и такова была логика принципов обучения в Коллегии.

Неспешным движением я сделал первый шаг и отправился прочь от лесного родника, обратно к развалинам, где продолжались восстановительные работы. Примерно через полчаса ходьбы по лесу появились первые звуки присутствия близко людей — громкий стук топоров и сдавленный говор, трудящихся лесорубов.

Я вышел к своему излюбленному месту с плоским камнем у подножья высокого дуба и тут же достал из кожаной сумки писчие принадлежности с листами бумаги. Последовали быстрые и точные зарисовки причудливых знаков, горевших в памяти яркими всполохами — итоговый результат сегодняшней работы с накопителем данных древних.

Когда все было закончено, еще несколько секунд внимательно изучал получившееся творение, тщательно проверив каждую завитушку, и лишь после этого обозначил жест рукой. Который тут же заметили и под сень дуба подошел, сгибаясь в торопливом поклоне черноволосый худой человек.

Его звали Рауль и он был резчиком по камню. Именно резчиком, а не обычным камнетесом, подгоняющем скальные блоки под удобный размер для дальнейшей кладки. Резчик выполнял более тонкую работу, требующую запредельной усидчивости, внимательности, твердости рук и мастерства. Это была редкая профессия и платили таким специалистам соответствующее.

Рауль зарабатывал тем, что украшал фамильные склепы почивших баронов, а также внутреннее убранство главных замковых залов, создавая из отдельных орнаментов настоящие произведения искусства.

Одному спесивому барону он сделал трон из цельного куска камня, выбив на спинке герб, а подлокотники украсив львиными мордами. Говорили, что трон выглядел настолько представительно, что остальные бароны недовольно ворчали, подозревая в коллеге скрытые устремления к королевскому венцу, как единогласного правителя Приграничья.

Лично меня оставили равнодушным дальнейшие выяснения отношения между спесивыми феодалами, а вот проявленное мастерство весьма заинтересовало, потому что именно для такого специалиста у меня имелась работа.

Правда пришлось серьезно раскошелиться и подождать, пока нужный человек освободиться, но оно того стоило.

— Ты нашел нужный камень? — первым делом осведомился я у подошедшего черноволосого.

Рауль снова согнулся в низком поклоне и не поднимая головы быстро проговорил:

— Да, ваше магичество. Пять блоков, как вы и приказали.

Для задумки требовался особенный камень, плотный, без сколов, не рассыпающийся в пыль и невероятно твердый. Как особая порода гранита, каждый кусок которого стоил немалых денег.

Рука мастера по камню поднялась, указывая на приземистую повозку, под грубой холщовой тканью скрывались предметы прямоугольной формы — заказанные гранитные блоки, оплаченные и вовремя доставленные.

— Выбьешь на каждом вот это, — я протянул листок с письменами.

Рауль нахмурившись, несколько мгновений изучал странные знаки.

— Что это? — спросил он, но тут же осекся. Опасливый взгляд метнулся под темноту наброшенного на голову капюшона

Я помолчал и равнодушно осведомился:

— Ты действительно хочешь это знать?

Прозвучало негромко, но от этого не менее пугающе. В ответ черноволосый тут же поспешно