Почти в разводе с драконом. История истинной попаданки - Анна Лессер

Муж отшатнулся от меня, как от чумной. Мне кажется, у меня на лбу был написан номер палаты в клинике для душевнобольных.

— Забудь. — Холодно бросил Альваро, разворачиваясь лицом к девочкам и тепло улыбаясь.

Я тоже развернулась и прошла к дочерям.

Дарина попросилась на руки и поэтому я заняв её место на диванчике, посадила её на колени. Катя не знала куда деть руки и смущённо хлопала глазами. Альваро разговаривал с оружейником около получаса. За это время я успела проклясть все, понимая, что этих тридцати минут хватило бы нам на то, чтобы затеряться в узких улочках городка, а потом выбравшись поближе к окраине, нанять карету. Но Альваро следил пристально, неодобрительно. Выписав несколько векселей и поставив печати на паре футляров с оружием, Альваро развернулся и разведя руки в стороны, признался:

— А теперь можем ехать дальше.

Дальше была почта.

На почте правда, все удалось решить буквально за несколько минут. А после почты Альваро зачем-то потащил нас в храм Драконьего Бога. Девочки смущались, потому что за последние полгода я ни разу не обратилась к религии. Наверное просто потому, что у меня был другой Бог и поскольку язычеством я никогда не увлекалась, Драконьего Бога я тоже мало о чем просила. По привычке, от Айры, когда-то у меня проскальзывало, но в основном я была верна своим старым верованием.

Альваро прошёлся по храму, застывая возле тех или иных фресок. Обращался к девочкам. Катарина шла за ним хвостиком, Дарина сидела на руке.

— Легенду о встрече Драконьей Богини с первым человеком на земле, вы помните?

Катарина поспешно кивнула. К сожалению, я не помнила. Мне казалось, что память Айры не справлялась иной раз с тем потоком, который я хотела вытащить и поэтому какие-то моменты у меня пролетали, словно бы их не существовало.

— Когда-то Драконья Богиня спустилась с небес, обернулась девушкой. Была настолько красивой, что люди, которые встретили её, сразу поняли, что перед ними самое прекрасное создание. Она не требовала поклонений и не желала, чтобы ей приносили жертвы. — Медленно начал Альваро, двигаясь от одной фрески к другой. — Со временем она даровала человеку, в которого была влюблена, кусочек своей души и он смог оборачиваться драконом. Но обернувшись, он забывал о том, что он человек. Поэтому по легенде, нам становится понятно, почему сейчас истинные драконы так редко оборачиваются.

— Папа, но это же связано только с тем, что Дракон существо вольное и не всегда захочет вернуться в тело человека — ведь оно слабее.

— И это тоже. — Согласился Альваро, глядя с какой-то теплотой на Катарину.

Я так поняла, что легенда предназначалась для меня. Такой своеобразный экскурс в религию.

— Но неужели ты считаешь, что драконы именно так и появились? Потому что Драконья Богиня…

— Нет, конечно, дитя моё. — Альваро улыбнулся и покачал головой. — Все прекрасно знают, что первые драконы появились от Драконьего Бога и Драконьей Богини и потом только научились оборачиваться в человека. Но со временем, как шло время, как менялся мир, человеческая ипостась стала занимать все больше и больше пространства в драконьей душе. Плюс нельзя забывать о том, что помимо драконов были же ещё люди, эльфы, и логично, что контактировать с другими народами удобнее было в человеческой ипостаси.

Я вздохнула и передёрнула плечами, разглядывая фреску Драконьей Богини, которая была светловолоса и сама по себе изящна. Улыбнулась своим мыслям.

Да даже, если Драконья Богиня, когда-то кого надо наделила даром, то у меня волей судьбы этого дара хватало только на злословие.

После храма Альваро решил, что необходимо преподнести небольшой подарок тётушке Беатрис, поэтому мы заехали в ювелирную мастерскую, где долго и достаточно лениво, Альваро выбирал украшения. Со мной не советовался, зная, что я не смогу предположить, что может понравиться его тётушке.

И только, когда солнце стало опускаться к горизонту, тогда карета направилась в сторону дома. Я сидела и гладила Катарину по плечу. Она прижалась ко мне, как котёнок. Дарина задремала на руках у Альваро.

Кусать губы я могла до бесконечности, но только это никак бы не повлияло на то, что побег откладывался и насколько, я не представляла. Но при каждом взгляде на своего мужа, я понимала, что он все знает и он играет со мной, как кошка с мышкой. Ему доставляла удовольствие эта игра и он хотел её видимо растянуть, чтобы просмаковать весь мой страх и панику.

Въехав во двор, карета резко затормозила. Хотя я по ощущениям понимала, что мы ещё не добрались до поворота к конюшне. Нахмурившись, я отодвинула шторку и приоткрыла рот. Альваро свел брови, не понимая в чем дело и первым толкнул дверцу наружу. Почему-то застыл, спустившись со ступеньки. Следом уже вылезли мы с Катариной.

Вторая карета, перегородив подъезд к конюшне, стояла на тропинке и сияла начищенными до рези в глазах, гербами дома Кортес. Только вот карета Элайджи была убрано уже, а это была третья…

И означало это лишь одно.

— Альваро, — мягко прозвучал женский голос из нутра кареты и я прикрыла глаза.

Нет, я не могла в это поверить.

Нет.

Глава 27

Госпожа Эсмина Рауш была моего роста. В принципе, миловидная шатенка. Отличительной чертой её облика являлось тяжёлое, не по погоде, платье из бархата, которое словно бы обтягивало выпирающий живот.

Она вылезла из кареты, придерживая себя за поясницу, и у меня вдруг мозг отключился. Госпожа Караськова впала в летаргию. В этот момент эмоции молодой сударыни Айры Кортес заполонили мой мозг.

Альваро, бросив на меня короткий взгляд, спустил с рук Дарину и, погладив дочку по волосам, резко шагнул к карете госпоже Рауш. Я не представляла, о чем будет разговор и что Альваро сделает в дальнейшем, но, перехватив младшую за руку, я стояла и смотрела во все глаза. Хотелось подбежать и в первую очередь навалять дракону-мужу так, чтобы встать не мог. У меня отошёл на задний план вопрос того, что Альваро всё обо мне знает, потому что сейчас мозг отказывался воспринимать тот факт, что мы не в безопасности и надо как можно быстрее делать ноги.

Госпожа Рауш, охая и вздыхая, заламывая руки, что-то быстро объясняла Альваро. Он хмурился и придерживал её за локоть. Было в этом что-то противоестественное. Такое, от чего меня воротило и казалось, как будто бы со дна желудка поднимался весь завтрак.

— Мама, мама. — Тихо позвала Катя, и я только кивнула. — Мам, это