Фантастика 2026-160 - Вахтанг Глурджидзе

— Я могу пройти? — поинтересовалась я, заподозрив, что зашла куда-то не туда.

— К какому роду вы принадлежите?

Швейцар определенно не хотел меня пропускать. Однако… принадлежность к роду? С таким я столкнулась впервые.

— Это обязательно? — огрызнулась я, уже понимая, что придется уйти.

И поискать место, куда пускают всех, а не только отпрысков дворянско-боярских родов.

— Просто покажите знак рода, — попросил швейцар.

В его голосе прорезались извиняющиеся нотки.

У каждого рода есть свой герб. Символ или знак рода — элемент герба, и располагался на запястье. Он появлялся и исчезал, повинуясь магии крови. Вроде как татуировка, но не постоянная.

Естественно, я свой знак предъявить не могла. Его отобрали, когда мой род был уничтожен.

Я развернулась, чтобы уйти, и чуть не врезалась в мужчину, застывшего позади меня. Я не слышала, как он вошел.

— Прошу прощения, — пробормотала я, пытаясь его обойти.

— Ты куда, рыжик?

Меня грубо схватили за руку. Я в гневе подняла взгляд. Мужчина, но молодой. Может, даже мой ровесник. Блондин с голубыми глазами и ямочками на щеках. Не просто красивый, а уверенный в своей неотразимости.

Я дернулась, но он лишь сильнее сжал пальцы.

— Она со мной, — сказал он швейцару и потащил меня внутрь.

— Что вы себе… — зашипела я в раздражении.

Договорить не успела.

— Да ладно, — бросил блондин. — Ты же хотела сюда попасть. Так чего ломаешься?

— Я не знала, что это кафе только для аристократов!

И чего я злюсь? Хотя… Нет, злость понятна. Но вот отчего веду себя так глупо? Ведь могу вырваться. Могу уйти. Могу даже врезать этому блондину по… Короче, могу. Но предпочитаю огрызаться. И позволяю ему держать меня за руку.

Еще одна особенность моего детства в этом мире: я перестала чувствовать себя взрослой. Во всяком случае, когда это касалось отношений с мужчинами. Маленькая Яра уже не воспринимала мальчишек-сверстников, как мелкоту, и на старших не заглядывалась. Как-то… не до того было, что ли? А еще я училась в школе для девочек и с мальчишками общалась редко. Возможно, если бы не события последних месяцев, я задумалась бы о романтических отношениях. Все же… возраст. Гормоны, опять же.

И не потому ли сейчас, столкнувшись с мужской особью, не обделенной природным обаянием, я чувствую… влечение⁈

Только не это.

— Отпусти! — рявкнула я, выворачиваясь.

— Ты чего? — опешил блондин.

Несколько столиков в кафе были заняты. Все посетители развернулись в нашу сторону и уставились на меня. Молодежь. Старшеклассники или студенты. Золотая аристократия.

— Савка, ты кого притащил? — поинтересовалась одна из девиц.

Тоже блондинка. Холеная, с высокомерным взглядом и презрительной усмешкой на губах.

— Рыжика, — жизнерадостно ответил блондин. — И она приезжая. То, что нам нужно!

— Приезжая? — переспросила девушка, сидящая рядом с блондинкой. — Рыжик, ты откуда?

Я молча двинулась к выходу. Это ж надо так вляпаться! Пышек захотелось, с бочковым кофе. И вот…

— Да погоди! Не уходи!

Мне наперерез кинулись сразу несколько молодых людей. И блондин Савка в их числе.

— Останься! Мы все объясним! Ты нам нужна! — затараторили они наперебой.

Моей стратегической ошибкой стало то, что я им ответила.

— А вы мне — нет, — отрезала я, пытаясь пробиться к выходу.

Лучше бы огненным шаром в них швырнула. Сошло бы за самооборону. К тому же, они его отбили бы, а я успела б улизнуть в суматохе.

Но я ответила, завязалась словесная перепалка, и в итоге я обнаружила, что сижу за столиком, а передо мной стоят вазочка с пончиками и чашка с кофе. Видимо, тем самым, бочковым.

— Угощайся, — медовым голосом пел блондин, севший справа от меня. — Прости, мы тебя напугали.

По другую сторону уселся темноволосый парень в очках, напротив — еще двое, ничем не примечательной наружности. Девушки остались за соседним столиком.

— Вы меня разозлили, — возразила я. — И у вас есть пять минут, чтобы объяснить, зачем я вам понадобилась.

К угощению я не притронулась. Туда и подмешать что-нибудь могли.

— Савелий Бестужев, — представился блондин, поднимаясь и отвешивая поклон.

— Зиновий Лопухин, — последовал его примеру тот, что в очках.

— Петр Вельяминов.

— Александр Головин.

Это я удачно зашла. Не удивлюсь, если среди оставшихся посетителей кафе есть отпрыски из всех родов боярской семерки. И что это? Случай или новый раунд игры богов?

Пытаясь разобраться в том, кому понадобилось уничтожить род Морозовых, я долго обдумывала разные версии. Бояре Морозовы входили в семерку самых влиятельных родов империи. После казни отца их место заняли Бестужевы. И, казалось, виновный найден. Однако навряд ли все так очевидно. Бестужевых кто-то рекомендовал. И, наверняка, были и другие претенденты.

Такую информацию в архивах не найти. И делятся ею неохотно даже внутри семерки. Так что я всерьез размышляла о том, как бы познакомиться с кем-то из тех же Бестужевых, например. И не просто познакомиться — подружиться, войти в доверие. Стать своей.

И вот, пожалуйста. Отпрыски боярских родов, собственной персоной. И, что примечательно, им от меня что-то надо.

Навряд ли это что-то приличное. Избалованные детки любят шутить над простолюдинами. Но если я им подыграю… Или сыграю по своим правилам…

— Яромила Михайлова, — представилась я, в свою очередь.

И чуть не прыснула, представив, как вытянулись бы их лица, если бы я произнесла свою настоящую фамилию.

Глава 18

В пять минут Савушка Бестужев не уложился, но суть я уловила сразу. В моей прошлой жизни молодежь развлекалась пранками, используя дипфейки. Детки из местных аристократических семей занимались тем же самым, но за неимением высоких технологий привлекали к розыгрышам обычных людей.

Если верить Бестужеву, то от меня требовался пустяк: притвориться иностранкой, представляясь какому-то высокородному дедушке.

— Выучишь пару-тройку фраз на французском, я помогу, — убеждал он. — Нарядом обеспечим, девчонки помогут. Поздороваешься, спросишь, как дела — и всё!

— Всё? — скептически поинтересовалась я. — Вы предлагаете мне выдать себя за другого человека. То есть, обмануть… кого? Я имя не расслышала.

— Боярина Лопухина, — ответил Бестужев.

— Твой дедушка? — Я посмотрела на Зиновия.

— Прадедушка, — признался он. — Двоюродный.

— Ой, да какой обман, — засуетился Бестужев. — Так, невинная шутка. Вы и встретитесь-то один раз. Ты же приезжая. Кстати, откуда?