Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

в засаду вместе со своим полком. Часть солдат погибла, а остальные сейчас сидят в осаде в одном из зданий на территории хаоситского города Брек-Ган. К ним уже идёт подкрепление, но оно хорошо если успеет прибыть к вечеру. К тому времени зверолюды уже могут добить остатки людей графа Рыльского.

— Та-а-ак, — протянул я, помня, что графиня Белова и баронесса Огнева служат как раз в полку Рыльского. — Известны имена погибших?

— Нет, — коротко ответила красотка, ощупывая внимательным взглядом моё лицо.

Что она хотела там увидеть? Какие эмоции? Её слегка прищуренные глаза походили на два сканера.

Глава 9

Ангелина хмуро посмотрела вслед Громову, энергично двинувшемуся в сторону городка. Хм, он принял новость о судьбе своих подруг со спокойствием. Но так ли это на самом деле? Ангелина не желала признаваться даже сама себе, но, кажется, ей хотелось, чтобы всё именно так и было. Ей не хотелось, чтобы судьбы Огневой и Беловой волновали Громова.

— Дура, — прошептала красотка, злясь на себя. — Работа превыше всего, а я… эх… Я же прекрасно знаю, что нельзя смешивать мух с котлетами. Мухи отдельно, котлеты отдельно.

Она сердито поправила запылённую форму и двинулась к большой палатке, принадлежавшей комиссару и Ульяну.

Настроение девушки оставляло желать лучшего, так что её даже не радовали восхищённые взгляды солдат, украдкой пялящихся на её подтянутый зад.

Она вздохнула и резко откинула полог палатки.

— Чернобога тебе в душу! — подскочил от неожиданности Ульян, шустро заведя за спину какую-то книгу в чёрной потёртой кожаной обложке. — Ты чего так врываешься?

— Я думала, тут никого нет. Барон Грехов приказал мне собрать его вещи, — сказала девушка, подозрительно косясь на коллегу.

Тот нервно облизал губы и указал на противоположную часть палатки, где лежала мужская одежда.

— Вон его вещи.

— А что за книгу ты прячешь за спиной? — прямо спросила Ангелина и смутно припомнила, где видела такую же обложку.

— Ерунда. Записная книжка, — ответил тот и на миг отвёл взгляд, а потом снова посмотрел на девушку.

Его колючие глаза замерли на изрезанном резкими морщинами лице. А тонкие серые губы изобразили улыбку. Натянутую, резиновую. Несмотря на столько лет работы на службу, Ульян не сумел совладать с чувствами.

— Почему? Зачем? — холодно спросила Ангелина, превратившись в ледяную красавицу. — Для чего ты подкинул Громову тот листок? И не отнекивайся. Книга. Я узнала её. Это сборник молитв, посвящённых богам Хаоса.

— Это не моя книга. Я нашёл её у комиссара. Сам не поверил, когда…

— Врёшь, паскуда! — выдохнула девушка, зло топнув ногой.

— Ладно, ладно, успокойся, — примирительно выдал Ульян, нервно почесав кончик носа, изборождённого рытвинами. — Пойми меня. Ты молода, красива. У тебя всё впереди. А я уже стар, одной ногой на пенсии. А ты сама знаешь, какую пенсию мне пообещали. И это после стольких лет службы! Я отдал службе всё: здоровье, возможность завести семью, большую часть своей жизни! А получу гроши!

Лицо мужчины перекосилось от ярости. Крылья носа гневно раздувались, а дыхание с шипением вырывалось между зубов.

— Кто подкупил тебя? Козлов? Нет, не он, — тут же отказалась от своего предположения Ангелина и быстро перебрала в голове всех врагов Громова, указанных в его досье. — Граф Рыльский? Тот, что младший? Нет, он на такое пока не способен, а вот его отец…

— А я хорошо обучил тебя, — криво усмехнулся Ульян, зыркая как загнанный волк. — Делать выводы ты умеешь. Надеюсь, что и правильно поступать ты тоже умеешь. Я готов поровну разделить с тобой награду. Граф, узнав о проблемах сына, дал хорошую сумму. И за что? Не за убийство, не за отравление, а всего лишь за то, чтобы я сбил спесь с этого недоноска Громова, задравшего нос до небес.

— Не называй его так! — выдохнула красотка, сверкнув изумрудными глазами.

Мужчина вдруг сощурился и насмешливо выдал:

— А-а-а, моя маленькая девочка, кажется, ты нарушила одно из правил службы. Влюбилась в клиента.

— Ни в кого я не влюбилась, — отчеканила она и покосилась на выход из палатки.

Ульян тут же молча бросился на неё…

* * *

Я вошёл в пропахший дымом и кровью город и увидел солдат. Они деловито стаскивали трупы в кучу: имперцев отдельно, хаоситов отдельно. Меня люди встретили радостными криками и вскидыванием кулаков, будто увидели самого императора.

— Благодарю, благодарю, вы превосходная публика, — покивал я головой и быстро скрылся среди домов, чтобы никто из старших офицеров не припахал меня ни к какой работе.

Оказавшись в одиночестве среди грязи и трупов, я зарядил кубок-портал, а затем перенёсся в Гар-Ног-Тон. Город встретил меня жарким солнцем и пылью. Я глотнул водички из фляги и скрыл иллюзией свою имперскую форму, после чего пошёл по улочкам.

По пути мне стали попадаться пустые консервные банки.

— Тьфу, — недовольно сплюнул я. — Да они так за неделю сожрут все запасы.

— Человек из-за Стены! — с благоговением выдохнул какая-то женщина, увидев меня из окна своего убого дома.

— Он самый! — бросил я в ответ и указал на пустые консервные банки. — Вы чего выкидываете столь ценные вещи? Ты разве не видишь, что это замечательная чашка для кота? Кружка! Пепельница в конце концов! Ну-ка быстро пробеги по соседям и всем передай мои слова! А потом разнесите их по всему городу! Найдите применение пустым консервным банкам, а не раскидывайте их!

— Ага! — рьяно агакнула женщина и пулей выскочила из дома. Прям в одной сорочке. Точнее, в каком-то грубом подобии её. Да ещё и почти прозрачном.

Я увидел, как под тканью трясутся крупные груди и слегка оплывшая задница. Вот, наверное, соседи офигеют, когда она влетит в их дом. Но я не стал наблюдать за этим, а быстро пошёл дальше, отметив, что из жителей Гар-Ног-Тона получатся отменные верующие.

Размышляя над этим, я добрался до площади, где стоял Дворец Совета. Охранники увидели меня и тут же приветственно заголосили. А я послал их за Сломанным рогом. Сам же остался стоять на площади, наблюдая за тренировкой Крушителя. Тот в тени Дворца размахивал своим гигантским молотом, как я в детстве прутиком. Ну ещё бы! Крушитель имел рост три метра и вес двести килограммов.

Он заметил мой интерес и сразу же подошёл,