Клан Волка - Анна Кондакова

В тот же момент из рощи в нас отправилась уже другая волна.

На этот раз Сферы Эфира и Холода.

Девушки отскочили назад, за спины братьев Саблиных. Оба парня были стальными Витязями, и лучше справлялись с Холодом. Двойным синхронным ударом они разбили ледяную преграду. Раздался хруст, и осколки льда метнулись в небо, дробью ударили по камням.

Не прошло и секунды, как снова ударила волна. Теперь почти невидимая, чуть отливающая розовой, и все точно знали, что эту волну отбивать лучше мне одному.

Это была Сфера Боли, и она могла выбить весь отряд из турнира.

Я рванул навстречу стене из розового марева, на бегу поймал брошенный мне Платоном Саблиным меч, а затем рубанул сразу двумя клинками по преграде — сверху вниз и в бока.

Этот виртуозный удар я отрабатывал до седьмого пота, но он стоил того.

Волну разрубило почти полностью, но часть марева на меня всё же попала. По костям тут же пронеслось нытьё, кожу будто кипятком обдало — никакая броня от Сферы Боли почти не помогала. Я надеялся только на регенерацию тела, даже если меня сильно ранит. Это было моё преимущество, которое никто не мог отнять.

От боли тело повело в сторону, но я быстро пришёл в себя и перекинул меч обратно Платону.

Все снова приготовились к обороне. Атаки Стража, скрывающегося в роще, были сильными, но команда реагировала спокойно, никто не паниковал.

Я подал знак двигаться вперёд — надо было срочно уходить с открытого места.

Отряд быстро двинулся дальше, но нам не дали сделать и нескольких шагов. На этот раз на нас напали сразу со всех сторон — десять Стражей выскочили из засады, возникнув будто из ниоткуда.

Похоже, в скалистом плато имелись блиндажи со скрытой системой туннелей, а это значило, что нападения можно было ждать с любой стороны.

Нас взяли в кольцо, а потом каждый Страж обрушил свою волну. Воздух полыхнул огнём, загудел эфиром, затрещали ледяные стены и раскалённые камни. Но даже сейчас команда не растерялась, потому что такое мы тоже отрабатывали.

В два счёта все перераспределились и встали так, чтобы отразить волны с наименьшими потерями. Каменные Витязи встретили огонь и твердь, стальные — холод и эфир.

Когда первые потоки были отбиты, в нас отправились вторые, третьи, четвёртые.

Отряд стоял насмерть, постоянно перераспределяясь, и даже если кто-то мешкал, то я быстро помогал сориентироваться.

— Римма, направо, на одиннадцать!

— Кот, назад! Прикрой Исидору!

— Глыба, смени Лёву! Он слева! Сле-е-ева, быстрей!

При этом Яков Вьюгин контролировал виды атак и когда видел по-настоящему серьёзную волну, то сразу орал:

— Во-о-о-лк! Твой выход!

И снова я рубил марево Боли, не позволяя ей задеть остальных.

Отбиваясь, мы медленно, но верно, продвигались в сторону рощи, под прикрытие деревьев. Правда, оттуда тоже прилетали короткие атаки — там засел кто-то один и постоянно мешал продвижению.

Его атаки были меткими, как у снайпера. Он использовал Сферу Точности Кседе и мастерски сбивал с ног моих бойцов одного за другим.

— Глыба! Со мной! — крикнул я Егору Горцеву.

Его каменная защита и крупные габариты были как раз кстати.

Но кроме этого он натренировал свою броню так, что та могла подстраиваться под внешнее окружение, скрывая своего хозяина, как хамелеон.

— Эд, Лёва, прикройте! — велел я, и как только парни отбили очередную волну, мы с Глыбой рванули к роще.

Между деревьев нас сложнее было достать волнами Стража, но тот продолжал атаковать из укрытия и долбить по кустам.

Я подал Глыбе знак — «Обходи слева». Сам быстро двинулся в правую сторону. Меня захлестнул звериный азарт Следопыта: на ходу я принюхался и сразу определил, где именно засел Страж.

Он притаился на дереве, спрятавшись за густой листвой, и сейчас вряд ли хоть один судья смог бы уличить меня в том, что я использую не только Линию Витязя, ведь внешне я никак не менялся.

Бесшумно обойдя дерево и кусты, я увидел мелькнувшую в зарослях голову Глыбы, и еле заметным жестом показал, где прячется противник. Глыба кивнул и взял на себя роль отвлекающего, ломанувшись через кусты с мечом наперевес.

— Па-а-а-рни! За мно-о-ой! — заорал он, будто обращаясь к тем, кто бежит за ним. — Он ту-у-у-т!

В Глыбу тут же отправилась ледяная волна, а точнее сказать — ледяной кулак. Страж использовал Кседе и был настолько точен, что не задел почти ни одной ветки.

Глыба отбил первую атаку, потом — третью, но четвёртую не успел.

Его хлестануло точно в грудь и отшвырнуло обратно в кусты, и пока длился этот короткий и шумный бой, я наметил цель на дереве, затем покрыл сталью ладонь и взялся за клинок меча. Мне предстояло метнуть его так, чтобы не убить человека, но дать ему понять, что он «условно убит».

От азарта нутро Следопыта рвалось наружу.

Риск горячил кровь.

Я перевёл дыхание, успокаивая зверя внутри, прицелился и с коротким размахом метнул меч в Стража.

На клинке имелось три соляных знака: Ган-огонь, Цуо-холод и Тасуна-лёгкость. Чтобы точно попасть в цель, я, наоборот, утяжелил оружие, использовав только Цуо и убрав лёгкость.

Клинок покрылся ледяной коркой прямо в полёте, пронёсся по воздуху, как копьё, пробил толщу листвы и воткнулся в ствол дерева у бедра противника, пригвоздив его штанину.

От неожиданности Страж замер, сразу перестав атаковать Егора-Глыбу, а затем медленно посмотрел на меч у своей ноги. Кажется, он не мог поверить в то, что такое возможно.

Видел бы он, как часто я отрабатывал этот приём на полигоне, то не удивлялся бы, конечно.

Обернувшись и увидев меня в кустах, Страж поднял руку, давая понять, что сдаётся, и проход через рощу открыт. Я кивнул и снова подал знак Глыбе, еле пришедшему в себя после удара ледяным кулаком в грудь.

«Веди остальных», — молча велел я ему.

Он тут же скрылся в зарослях, а я полез на дерево, чтобы забрать меч. Страж не шевелился и ничего не говорил, но внимательно наблюдал за мной.

Добравшись до него, я выдернул оружие из ствола и сунул в ножны.

В этот момент с высоты заметил, что дальше по кустам пробирается ещё один отряд. Это была команда Германа Григорьева. Они отбились от атаки Стражей раньше нас, и пока я возился с засадой противника, Герман успел проскочить по роще незамеченным.

Неплохо.

Под пристальным взглядом Стража я спустился с дерева. В