Коварь - Тимур Рымжанов

— Вот уже десятый год он живет обещаниями короля на титул и вольные земли. Он готов вверить себя и команду тебе, если ты пообещаешь ему вольную.

— Что значит «вольную»? — вновь удивился я.

— Фактически он раб, понимаешь. Он служит королю, но не как равный, а как слуга. Я рассказала ему, что даже твои стрелки вольные люди и ни в чем не нуждаются. Рассказала ему о жизни в крепости, которую смогла увидеть собственными глазами. Он доверяет мне, Артур. И готов пойти против брата только из корыстных интересов. Он хочет семью и удел.

— Просто кусок земли?

— Нет не просто кусок земли. А в твоем королевстве.

— Оль! Да нет у меня никакого королевства.

— Оно будет. Поверь мне. Мы с профессором долгие годы выбирали самые богатые земли. С виду ничего особенного, но, когда ты поймешь — сполна оценишь наш выбор.

— Это ты, задира? Как бы невзначай поинтересовался Наум, нависая над побледневшей от страха физиономией капитана Ульвахама.

— У задиры скула была рассечена, я ему камнем засадил, помнишь, — тут же напомнил брату Мартын. Это не Урге. Это точно задира Ульвах. А где же Урге твой косолапый братец⁉

— Гунтер и Эрик! — только и прохрипел капитан, оседая на настил возле румпеля.

Я лишь нахмурил брови и подошел к близнецам, хватая обоих за шиворот.

— А вот с этого места поподробней.

— Это Ульвах, задира, — тут же доложил Мартын, ткнув пальцем в онемевшего капитана. — Мы с ним и его братом часто дрались, сами виноваты, ссору завязывали по любому поводу. Его даже взрослые называли задирой. Ульвах от нас всегда получал на орехи, а Урге, гад, все норовил отомстить, пока отец нас с собой в поход не взял.

— Так вы и короля знаете?

— Урге стал королем⁉ — удивился Наум, насупившись. Из него король как из черемиса епископ.

— Да кто бы говорил! — взбеленился Мартын, сбрасывая с плеча накидку и явно готовясь поучить брата.

— Ну-ка тихо! Вы что же бесово племя все помните, а мне ни слова о своем прошлом не поведали!

— Так ты никогда и не спрашивал, батюшка, все понукал, «бегом», «быстрей», «упал, отжался десять раз». Мы уж и забывать стали, откуда родом. Да и с тобой надежней было, мастер, ты нам как отец.

— Ну, или как старший брат, — вставил Мартын. — Глядя на то, как ты батюшка нынче выглядишь. Дед, когда к тебе вел, все повторял; — Вот живет в Железенке варяжский кузнец, вот подле него вам самое место, все к родне ближе…

— Им было лет по десять, когда Аритор отплыл в Гардарик. — Вмешалась в разговор Ольга. — Я единственная знала, куда он собирался с семьей. Всем прочим сказали, что он поддался в святую землю. Хорошо, что братья вспоминают.

— Расскажи мне о королевстве Бьерна, — попросил я, удобно устраиваясь у борта, больше не реагируя на тихую ругань близнецов. — Путь не близкий, так что мне хочется узнать некоторые подробности.

— Королевство крохотное, — с готовностью ответила Ольга. Но расположено так удобно, что соседи не очень донимают. Самые богатые территории королевства вообще безлюдны и находятся высоко в горах.

— Какие же там богатства, если оно безлюдное.

— Горы полны металлов. Есть лес, есть вода. Торфяники, мел и драгоценные камни. Бурные реки стекают по пологим восточным склонам, так что на наши проекты хватит с лихвой. Кнут, отец Аритора и Энунда, прежний король, жил весьма обособленно. С соседями старался решать дела миром, и все чаще откупался, не тратя силы на военные действия. Но влияние римской церкви усиливается с каждым днем. У власти в соседнем королевстве стоит Биргер.

— Не тот ли Биргер, которому Александр в рыло копьем саданул?

— Возможно, натура у него действительно бандитская. Правит от имени короля, вырезал большую часть знати. Но к королевству Бьерна пока не задирается. То и дело шлет епископов да проповедников, но Урге с ними не церемонится. Правду сказать, не в этот год, так следующий, шведы приберут к рукам земли Бьерна, но с этим ничего не поделаешь.

— Мне все равно. В любом случае я не стану вмешиваться.

— Видно будет, что мы в действительности станем делать. Время не спокойное.

— А какие планы на счет братьев и Урге? — при упоминании имени короля Ульвахам, стоящий недалеко от нас, злобно глянул в мою сторону и тут же отвернулся.

— Братья законные наследники, — тихо ответила Ольга, не упустив при этом из виду реакцию Ульвахама. Пока там сильны родовые традиции, совет старейшин просто заставит его уступить трон. В противном случае начнется исход, а это все ровно, что позор. Во время исхода, если можно так назвать, землевладельцы и охотники на самом деле никуда не уходят, они просто присягают на верность другому королю, вот и все. Или собирают тинг, и выбирают более достойного, выказывая прежнему правителю полное неуважение. Надеюсь, что этого не произойдет. Христианские проповедники и рыцари ярлов кружат по селениям как стервятники. Порой откровенно грабят, иной раз просто уводят селян в свои общины, прихватив добро. Земли полны немецких и британских наемников. Многие из них прошли хорошую школу в крестовых походах и знают толк в военном деле.

— Проще говоря, на драки лучше не нарываться.

— Порой войны не приносят такого дохода, чтобы компенсировать человеческие потери. Моральное удовлетворение, амбиции, кровавые забавы великовозрастных лоботрясов.

В общих чертах все казалось понятным, а вдаваться в подробности лишь умозрительно не имело смысла. На месте разберусь, что к чему.

Море волновалось, не сильно, но весьма ощутимо на таком странном судне как дракар. Если конечно это был именно он. Не смотря на волнение и довольно высокие волны, команда ставила парус и не отпускала весел. От ветра и солоноватых брызг, образовавших за бортом молочно-белую взвесь, невозможно было разобрать, где горизонт. Серое штормовое небо с пронзительным ветром смешалось с бушующими волнами, и все пространство вокруг слилось в одну сплошную ревущую пелену.

Путешествие на этом судне, не доставляло никакого удовольствия. Меня все время мутило, голова кружилась. Не морская болезнь конечно, но просто паршивое ощущение и самочувствие. Две недели показались какой-то нескончаемой, непрерывной пыткой. Лишь последние дня три море успокоилось и выглянуло солнце.

— Корабль сильно переполнен, поэтому мы так задержались в пути, — объяснил мне крепыш Ульвахам через толмача Сурта. — Сейчас близится полночь, и над водой сильный туман. Мы сможем войти в русло реки только утром, или если подует ветер.

— Ульвахам боится сесть на мель, — пояснила Ольга, — это может