Газлайтер - Григорий Володин

Глава из СБ не из робкого десятка, конечно, но до него доходит, что лучше со мной не спорить, тем более, когда его же работодатель одобрил сделку. У меня нет цели запугать безопасника. Сейчас я лишь показал свой стержень.

— Выполним, — кивает Радий.

— Дайте свой телефон для связи и приступайте, — командую.

Мирный протягивает мне визитку и отходит исполнять приказы.

Я же спускаюсь на первый этаж в большой зал. Трупы бандитов уже запаковали и увезли, полицейские допрашивают рядовых сотрудников. По залу также ходят медики и обследуют людей на ранение. Справа от входа Маша переговаривается с гвардейцами Морозовых, тоже оперативно приехавших. Еще дальше полицейский допрашивает Алису с Василисой.

Я же направляюсь прямиком к Маше.

— Господин Вещий? — по дороге ко мне подскакивает следователь со значком наготове. — Нам нужно переговорить с вами.

— Не сегодня, уважаемый, — бросаю ему. — В первую очередь я пообщаюсь с княжеской гвардией.

— По какому праву вы отказываетесь от допроса? — следователь сразу принимает мой отказ в штыки. — Вы не дворянин. И насколько я знаю, не являетесь вассалом Морозовых.

Ох, Даня, держись. Спокойствие, только спокойствие. Жандарм, правда, не понимает, что мешает, также он не понимает, что может схлопотать по голове от князя. Решаю доходчиво объяснить служаке. Поэтому останавливаюсь и втолковываю ему:

— Жизнь княжны Марии подверглась смертельному риску. Соответственно князь Морозов очень заинтересован в этом расследовании, — киваю в сторону рыскающих по залу гвардейцев. — Гвардия уже занимается этим, как вы сами видите. Я же привез княжну Марию на это мероприятие, а значит, напрямую связан с этим делом. Как можно догадаться, гвардия тоже имеет ко мне интерес. Хотите побороться с князем за мое внимание?

Поразмышляв, следователь сдается и, поникнув, отходит с дороги.

— Мы с вами еще поговорим, господин Вещий, — вслед мне грозится он.

— Ага, а пока бы я советовал вам найти Павла Немитова, — бросаю ему напоследок. — Это он нанял бандитов. Если как следует допросите их, они вам расскажут.

На этом оставив ошеломленного следователя, я приближаюсь к Маше с двумя гвардейцами. Один держит в руках блокнот, второй накручивает пальцами длинный ус.

— Даня, это следователи клана, — оборачивается ко мне княжна, резко засмущавшись. — Они расследуют то, что произошло.

— Господа, рейд устроил Немитов Павел, — сразу выдаю имя организатора торжества. — Данный сударь работал в «Валентино», но позавчера я его выкинул из корпорации, и он, видимо, решил расквитаться со мной. Если подвергнете выживших бандитов телепатическому сканированию, телепаты подтвердят мои слова.

Тот, что с блокнотом, записывает мои слова. Второй же гвардеец сильнее подкручивает ус и отвечает:

— Спасибо за помощь в расследовании, сударь. Мы, конечно же, проверим, — он достает телефон и спешно отходит. Надеюсь, сейчас он даст оперативной группе наводки по Немитову. Если полиция и гвардия будут одновременно его искать, то шансы скрыться у мерзавца равны нулю.

— Мария Юрьевна, вам больше здесь незачем находиться, — произносит гвардеец с блокнотом. — Мы доставим вас домой. Не беспокойтесь.

Он уже тянет руку к точеному плечу княжны, словно приглашая взять Машу под свое крыло. Я хмурюсь: этот жест выглядит чересчур нагловатым, будто гвардеец хочет воспользоваться уязвимостью юной девушки и втереться ей в доверие.

— Минуточку, уважаемый, — вклиниваюсь я. Ко мне оборачиваются удивленная Маша, так и не шагнувшая к гвардейцу. — Я доставил Марию Юрьевну на это мероприятие, мне ее и отвозить обратно. Таков этический принцип кавалера, и я не собираюсь пятнать себя его нарушением.

— Молчали бы лучше, Вещий, — хмурится гвардеец. — Вы и так уже подвергли риску жизнь княжны.

— Ошибаетесь, — тотчас возражаю. — Я как раз предотвратил этот риск. У обидчиков не было и шанса навредить княжне. Расспросите свидетелей — и узнаете, кто наказал вредителей.

Маша во все глаза смотрит на меня, а гвардеец, раздраженно опустив так и невостребованную руку, гневно заявляет:

— Мы обязательно расспросим. С вас и начнем, сударь. Так что у вас не будет времени подвозить Ее Сиятельство.

— Мне кажется, — замечаю равнодушно. — Что соблюдения нравственной нормы по отношению к Марии Юрьевне первостепеннее, чем ваш допрос, уважаемый. Тем более, что необходимую информацию я уже вам дал, имя виновника вы знаете, и вашими главными свидетелями, между прочим, являются бандиты, которых я специально пощадил ради княжеского допроса.

— Да Мария Юрьевна ни за что не захочет с вами ехать после случившегося, — фыркает гвардеец.

— А вы ее уже спросили? — замечаю в ответ.

И мы оба дружно смотрим на виновницу спора.

— Я поеду с Даний, — произносит последнее слово княжна. Щеки ее пылают, а грудь бурно вздымается под облегающим платьем. — Можете не волноваться, Иннокентий.

— Как прикажете, — не обрадовался гвардеец такому повороту событий. — Но, сударь, сразу как выполните свою «нравственную норму» и подвезете Марию Юрьевну, возвращайтесь. Мы будем вас ждать.

— Непременно, — киваю ему небрежно и подставляю локоть Маше. Княжна тут же хватается за меня и мы покидаем зал.

Вообще я хотел отодвинуть время допроса, потом необходимость в нём всё равно отпадет, но и девушку, конечно, тоже надо отвезти именно мне. Иначе действительно выставлю себя в плохом свете. Когда метишь в дворяне, нужно блюсти репутацию. Как говорится, береги честь смолоду. Любая оплошность может стоить герба в будущем.

В коридоре Маша отпрашивается в уборную. Я использую это время, чтобы звякнуть Сергею, главе своей гвардии, и коротко обрисовать обстановку.

— Понял, — отчитывается Серега. — У меня есть связи в московской полиции. Использую их, чтобы пробить этого Немитова.

— Думаешь, нужно? — задаюсь вопросом. — Его и так уже ищут полиция с княжеской гвардией на пару.

— Лишнем не будет, — отвечает безопасник. — В любом случае, за ситуацией лучше следить.

— Тут ты прав, — соглашаюсь. — Тогда выполняй.

— Есть.

Вскоре подходит Маша — похорошевшая, с обновленным легким макияжем и поправленной прической, — и мы покидаем «Фейерверк». Никитос довозит нас до усадьбы за полчаса. За это время мы с княжной немножко болтаем о посторонних вещах, пытаясь не затрагивать сегодняшние события.

Наконец машина останавливается у самого крыльца княжеского дома. Я делаю попытку выйти, чтобы потом открыть Маше дверь, но девушка кладет руку поверх моей, не пуская.

Недоуменно смотрю на девушку. Щеки ее пылают пурпурным заревом, длинные ресницы дрожат, алые губы приоткрыты. От увиденного меня резко бросает в жар. Барышня явно на что-то решается. Ох, Маша, лучше не делай глупостей.

— Сегодня я увидела неожиданную сторону Данилы Вещего, — преодолевая смущение, произносит княжна, пододвигаясь ко мне ближе. Бедро ее легко прижимается к моему. Одновременно ее рука скользит поверх моего рукава и останавливаются на бицепсе. Нежные пальчики будто с удивлением щупают выпирающий мускул. — Я и не думала, Даня, что ты настолько сильный. И грозный.

— Вы мне льстите, Ваше Сиятельство, — улыбаюсь, в то же время через титулованное обращение намекая на разделяющую нас сословную пропасть.

Но, видимо, мой намек оказывается слишком тонким.

— Скажи, Даня,