Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих - Юлия Алексеевна Фирсанова

– Так вы уже отблагодарили, – пожала я плечами. – Сама история с живым-мертвым травником оказалась для меня весьма познавательной, вдобавок мы получили возможность отужинать в превосходном обществе и переночевать в гостеприимном доме. Я вполне удовлетворена.

Вежливое, однако же весьма твердое несогласие с моей точкой зрения отразилось на лицах наших хозяев. С магами положено расплачиваться, а я опять попыталась пойти поперек обычая. А, чтоб вас всех приподняло да встряхнуло, чтобы дурь из голов высыпалась! Хотите расплачиваться, значит, мне опять придется фантазию напрягать по столь бездарному поводу. Я возвела глаза к потолку в поисках вдохновения. Обыкновенно безрезультатная процедура на сей раз оказалась весьма полезной, нет, божественное озарение от Гарнага и его родственников на голову не снизошло, зато взгляд упал на редкостную люстру, чей резной каркас меня искренне восхитил.

– Впрочем, одна вещица мне в вашем доме приглянулась, – выпалила я и ткнула пальцем в свободный от ламп центральный поставец размерами со среднюю тарелочку. – Подарите?

Странны причуды магов, никогда не знаешь, чего им взбредет на ум, вдруг чего-то страшное, а тут такая нелепая и легко выполнимая просьба. Конечно, баронесса обрадовалась, кабы не воспитание, думаю, она бы завопила: «Да забирай на здоровье!»

Впрочем, хозяйка сдержалась и выразила то же самое изысканным набором слов. Те, кто знал меня лучше, удивились сильнее, у Лакса на физиономии буквально читался вопрос: «На фига тебе эта хрень?» – но владели мужчины собой в достаточной мере, чтобы не оценивать мое пожелание вслух. Решенный вопрос с оплатой вконец умиротворил Ивельду, она даже прыснула в ладошку, когда Сарот рассказал байку из простой жизни морианских наемников. А после того как ужин завершился, слуги убрали посуду и унесли скатерть, вор вскочил на стол и в поразительно ловком прыжке снял мой «приз» одним взмахом руки. Трюк вышел столь красивым, что мы невольно зааплодировали. Лакс с истинно эльфийской грацией раскланялся и вручил мне деревянную «тарелочку» с замысловатой резьбой, где паутинный узор сочетался с листиками, ягодками и цветочками.

Симпатичная вещица! Можно с нее второе кушать, свечки ставить или просто как картину на стенку повесить. Вот возьму и начну коллекционировать памятные сувениры! Так сказать, по этапам боевой славы! Когда состарюсь, буду сидеть в кресле-качалке, бережно перебирать их и до смерти надоедать всем тысячу раз рассказанными историями, в каждой из которых при очередном пересказе будет прибавляться чудовищных монстров, мускулистых красавцев и волшебства.

Похихикивая про себя, я удалилась в комнаты. Да-да! Мне, между прочим, предоставили целых две во временную собственность: спальню с кроватью-сексодромом и небольшой кабинетик. Так сказать, постарались учесть вкусы дамы, таскающей с собой тройку мужиков разом, и магевы в придачу.

Пока не пришел Лакс, я задержалась в кабинете. Кресло у старинного, с цельнокаменной, мраморной небось, плитой стола выглядело симпатично, только мне больше понравился мохнатый пестрый ковер. Я плюхнулась прямо на него, пытаясь сообразить, куда засунуть сувенирную тарелку: в вещевой мешок и использовать на первом же привале или в сундук-шкатулку для долговременного хранения. Заслышав стук в дверь, ткнула сувенир в мешок и позвала:

– Открыто! Заходи, не стесняйся!

Створка тут же распахнулась, и в комнату просочился Сарот. А этому-то чего надо? Ведь вроде бы все было оговорено. Завтра он со своей невестой и ее драгоценным в прямом смысле этого слова багажом отправится назад в Котловищи и далее с отрядом на острова, а я и парни поедем дальше, на поиски Черного озера.

Вошел морианец решительно, но сразу за порогом замялся. И чего я этих ребят вообще опасалась? Люди как люди, ничего в них демонического нет, может, даже зря в первый раз огнем их банду оприходовала, да только тогда некогда соображать было. Ладно, нечего о прошлом жалеть. Было, да сплыло, переиграть не получится, не за компьютером сижу.

– Чего как чужой на пороге топчешься? – улыбнулась Сароту. – Проходи, рассказывай, зачем пришел?! Просто так поболтать или нужда какая привела?

– Научи меня хоть какой-нибудь толике магии, магева Оса! – выпалил разом мужчина, наверное, опасаясь в процессе долгого разговора утратить смелость. – Если способен я к ней, научи! Будет чего на островах показать, чем слово свое подтвердить! Завтра ведь в разные стороны дорожки наши разойдутся, некого просить будет.

Я замялась, не зная, как объяснить все правдиво и не обидеть Сарота, а потом плюнула и сказала как есть:

– Поверь, я бы с радостью тебе помогла, только магией, какая мне по силам, в здешних местах никто не владеет, да и, кажется, не сможет обучиться вовсе не из-за малого таланта или лени, а потому что другое волшебство вошло в их плоть и кровь с молоком матерей. А как положено вам колдовать, я не знаю, прости.

– А своей магии научить меня можешь? – снова попросил мужчина.

Фаль сочувственно зацокал языком, созерцая переживания человека, и тоже обратил на меня вопросительный взгляд. Ручаюсь, мотыльку хотелось еще и поглазеть на бесплатное представление. А уж каким оно получится: комедией или шоу со спецэффектами – неважно.

– Попробовать могу, только, чур, не огорчаться, коль ничего не выйдет, предупреждаю еще раз, не твоя в том вина будет, – сдалась я и прошла к подсвечнику с толстыми восковыми (еще медом пахли!) свечами, пока не зажженными, так как хватало лампы на столе и закатного света из окна. Шепнув руну кано, аккуратно затеплила свечи.

– Огонь вызывать будем? – с радостной опаской уточнил ротас.

– Нет уж, с огнем пока погодим, а вот тушить – другое дело, – поспешно объявила я. Не хватало только в благодарность за гостеприимство спалить милый особнячок баронессы Ивельды дотла. – Слушай, чтобы погасла свеча, я рисую мысленно знак. Вот такой, – изобразила в воздухе руну ансуз, желая, чтобы рисунок стал видимым для глаз Сарота. Проявляясь, будто переводная картинка, знак замерцал бледно-голубым цветом, мужчина благоговейно выдохнул. Это – руна, именуется ансуз, она символизирует ветер, дыхание, движение воздуха. Поэтому, желая воздействовать воздухом на огонь, я взываю к ней и тушу свечку. Говоря проще, произношу название руны, черчу ее мысленно и одновременно помню о цели магического действия, о том, что хочу погасить пламя, а не вызвать бурю. Понятно? – Я наглядно продемонстрировала ученику процесс.

– Д-да, – кивнул Сарот, шепча под нос название руны.

– Попробуй сам, – предложила ему, – если так будет проще, можешь рисовать руну пальцем в воздухе.

Мужчина встал рядом с подсвечником, нахмурил брови и, старательно выставив указательный палец,