Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих - Юлия Алексеевна Фирсанова

в точности выполнил все мои рекомендации. Пламя даже не шелохнулось! Ай да руны, с норовом магические создания, чужакам помогать не желают. Фаль разочарованно вздохнул, вспотевший от ментальной натуги Сарот бросил на меня отчаянный взгляд.

– Не переживай, я же предупреждала, мой способ колдовства только для меня и годится, – попыталась утешить наемника. Внешне он старался не показать разочарования, однако не слепая, видела, насколько мужик расстроен. А ведь предупреждала, чтоб не рассчитывал особенно! Азартный блеск в глазах потух, словно пеплом подернулся. Ну блин, наказание! Мужики иногда чище детей бывают! Вздохнув за себя и Сарота вместе взятых, потрепала морианца по плечу, ухватила за рукав, пресекая попытку сбежать из комнаты, и деловито заявила: – Значит, будем пробовать другие методы!

– Какие? – приостановился ротас, прекращая попытки прорваться к двери. Впрочем, воскресшей надеждой в его голосе и не пахло, скорее, твердым намерением перепробовать все, что я предложу, чтобы убедиться в тщетности своих глупых надежд на обнаружение магических талантов.

– А какие в голову взбредут, – нахально ответила я. – Для начала закрой глаза и попробуй представить, как твоя рука поднимается и двумя пальцами тушит фитилек свечки. Получается?

– Да, – пожал плечами мужчина, не понимая, чего именно добиваюсь, впрочем, точно я бы и сама не смогла сформулировать, зато могла, как и обещала, пробовать, чем и занялась.

– Отлично, а теперь усложним задачу, представь, что твое тело облекает тонкая оболочка, в точности повторяющая контуры, как вокруг летнего солнца в небе колышущееся марево. И чтобы погасить свечку, поднимается не рука, а эта самая оболочка, твое личное марево. – Как иначе обозначить воину понятие ауры или внутренней энергии, я не сообразила. Пришлось подбирать максимально наглядное сравнение. – Пусть оно потушит свечу. Давай!

Сарот напрягся, капельки влаги выступили на лбу, покраснели щеки, он зачем-то задержал дыхание. Фаль восторженно охнул. Огонек, бойко мерцающий на кончике правой свечи, неуверенно мигнул, будто сбитый с толку, и погас. Я сама едва не икнула от неожиданности и быстро, пока податливый на внушение морианец не успел очухаться от состояния, близкого к трансу, приказала тоном опытного гипнотизера (не зря сеансы Кашпировского в детстве по телику смотрела!):

– Потушив первую свечу, твое марево тянется ко второй и третьей. Туши их!

Последняя пара свечей погасла.

– Молодец, отлично справился! Можешь открывать глаза! – скомандовала я.

Сарот распахнул веки, недоверчиво покосился на погасшие свечи, потом на меня и подозрительно спросил:

– Вы потушили их, магева?

– Вот еще, – фыркнула я, – зачем делать чужую работу? Ты превосходно справился с задачей самостоятельно!

– Это я? Сам? – все еще не верил новоявленный маг, но уже сиял, как малыш, в первый раз увидевший новогоднюю елочку. Это радостное выражение и предвкушение счастья мигом превратило сурового командира наемников в пылкого школяра, а может, в какой-то степени он всегда был таковым под крепко прилипшей маской.

– Конечно! Оса тебя научила! – гордый успехами мужчины, воскликнул Фаль, совершив круг почета у головы новоявленного мага. Жалко, лаврушки под рукой не было, а то веночек бы непременно возложил.

– Ты, ты, – серьезно подтвердила я с гордостью педагога. – Погасил все три свечи и доказал наличие магического дарования. Устал небось?

– Устал, магева Оса, в ином бою так не взмокнешь, как нынче, – признал Сарот и с каким-то новым уважением покосился на меня. Побыв чуток в шкуре мага, наемник начал с большим пиететом относиться не столько к наличию магического дара, сколько к нелегкой науке его оптимального применения.

– Ничего удивительного, – наставительно заметила я. – В первый раз любое дело кажется сложным, к тому же ты, считай, голыми руками работал, без всяких вспомогательных штучек, какими маги пользуются. Еще раз повторюсь, об этих штуках меня не спрашивай, не знаю я, как местные колдуют, зато могу подсказать, к кому с таким вопросом обратиться. – Вот что значит почти высшее образование! (Это шутка такая есть: образован не тот, кто все знает, а тот, кто знает, где посмотреть то, чего он не знает, или у кого спросить.) – Имеется у меня один знакомый в Патере, Лордом кличут. Неплохой парень, даром что имя как кличка собачья! Нос, конечно, временами чересчур вверх задирает, франт и задавака, да кто ж не без греха? Если хочешь, напишу Лорду записку, попрошу помочь тебе насчет обучения. Думаю, он будет горд – оказаться первым магом в мире, сделавшим из морианца настоящего волшебника, – такой шанс не каждый день подворачивается!

– Хочу! – мигом согласился Сарот, вкусивший первых плодов магии с древа познания. – Мы как раз через Патер на острова путь держать будем. Где искать мне твоего знакомого, магева?

– В Патере он частенько заходит перекусить в трактир «Три сапога», кстати, кормят там превосходно, хозяева – друзья Лакса, – ответила я, доставая из сумки шариковую ручку. Листок же бумаги «прихватизировала» из аккуратной стопочки на столе, придавленной пресс-папье в виде лежащей собаки.

Письмо было написано в два счета, я не стала запечатывать бумагу каким-либо особенным знаком (Лорд не последний маг, коль захочет, проверит подлинность документа каким-нибудь изысканным финтом!) и передала ее Сароту:

– Держи депешу!

– Спасибо, магева. – С великим тщанием пряча письмо в нагрудный карман, наемник уважительно поклонился мне и заметил: – Вот только не Лорд, а ты первой меня магии учить стала! Не побрезговала!

– А ты чего, больной заразной болезнью или моешься раз в год в летней речке, чтобы магева нос воротила? – Я удивилась по-настоящему и принялась в шутку прохаживаться вокруг Сарота, будто и в самом деле опасалась обнаружить какой-нибудь жуткий изъян. – Если же ты опять про то, что один из ваших отрядов меня с приятелями угробить пытался, так ведь обучить тебя магии – самая лучшая месть судьбе! Можно, конечно, было бы принести обет ненависти и мести всем жителям островов – от младенцев до стариков – и злобиться, воплощая в жизнь коварные планы, только ведь это так скучно и муторно, нет уж, по-моему, сделать из морианца-наемника колдуна куда веселее.

Фаль, согласный со мной, довольно захихикал, ротас помотал головой и в конце концов тоже кивнул, признавая правоту странных выводов чудачки магевы.

– Ага, я же говорил, вдвоем мы твоего жениха мигом отыщем! – распахивая дверь, провозгласил Лакс, по-братски обняв Вейлису за худенькие плечики. Та неуверенно улыбнулась ему в ответ. Такие отношения с посторонними мужчинами были девушке в новинку.

Ее явно не баловали душевным общением в родительском доме, а если принять во внимание синяки на руках, мне уже почти хотелось провести с садистами воспитательную работу, впрочем, они и так успели получить свое. Если человек настолько черств, чтобы обижать такую хорошенькую девушку, как