Брутфорс 1-6 - Иван Катиш

— И что, вот такая ситуация на всю жизнь? — нахмурился Дима.

— Не, не. Временно. Как обещали. Лет через восемь все долги начинают гаситься с максимальной скоростью, и все те чуваки в свитерах, которых ты, Риц, видел, полностью свободны от всех обязательств. Только они уже ничего не хотят. Корнями проросли.

Я окаменел. Это же чудовищно. И при этом честно: ты получаешь возможность заниматься чем хочешь в комфортных условиях, а за это у тебя больше ничего нет. Кроме банковского счета. Не этого ли я хотел? Нет, точно не этого.

Серафим намазал гречневую булочку маслом и с удовольствием захрустел корочкой.

— Давайте чаю, — предложила бабушка.

Это было правильно. Утешить их прямо сейчас нам было нечем, а чай всегда хорошо.

Чай мы еле успели допить, как всем троим пришло сообщение от Вальтона, что трансфер в обратный путь будет ждать их через пятнадцать минут у нашего поселка. Чтоб не загуляли. Ага, и сервис транспортный заработал, гляди-ка.

Мы проводили наших гостей до аэроскутера. На этот раз приехал такой же вариант, на котором ездили мы — с водителем, Дима с Майей попрощались самым нежнейшим образом, наши гости пообещали приехать завтра на праздник и умчались в снежную даль. В общем-то, всё выглядело не так уж плохо.

Опять пошел снег, и я отправился отрабатывать свою снежную повинность — помогать роботам с чисткой снега. На улице постепенно темнело, дружно зажглись фонари, а потом пришел помогать Дима.

Был он мрачен и явно хотел что-то сказать, но сначала зачистил площадку позади дома и уселся на скамейку. Я подошел к нему и тоже сел. Деревянная скамейка была даже не такой холодной, как можно было ожидать. С подогревом что ли? А, нет, просто волшебное чудо дерева.

— Они не приедут завтра, — сообщил мне Дима.

— Почему? — нахмурился я.

— Работы много.

— Праздник же.

— А ну и что. Но просили тебе напомнить, что очень ждут тебя восьмого.

— Я приеду.

Я глянул на свой браслет, они мне тоже, оказывается, написали. Я прислал им колбасу грустных смайлов и подтвердил, что заеду послезавтра.

— Слушай, — спросил меня Дима. — А вообще реально выцепить Майю оттуда?

Ого! У кого-то появился личный интерес. А что, это было бы идеально. Пока Дима доучивается на философа, Майя работает в инкубаторе. Или хотя бы в городе. Я почувствовал себя рыцарем на контракте, спасающем принцесс. Не, не, на самом деле я думаю об усилении нашей команды, чисто практические интересы. И поэтому мы их заберем всех. Только пока не знаю как.

— Дим, я займусь этим. И уверен, что получится, только не знаю когда.

Дима кивнул. Мой ответ его почему-то порадовал. Хотя ничего конкретного я не обещал. И вообще не был ни в чем уверен, но никто не должен об этом знать.

Восьмого я решил у Вальтона не задерживаться. Мало ли что он еще придумает? Но чтоб не похвастаться восстановлением эластичности? Это было бы выше моих сил. Я примчался к ним с утра, отказался трепаться впустую и сразу показал технику. Старички в свитерах предсказуемо не оценили — фу, вручную, какой анахронизм, зато моя троица рьяно взялась за производство эластичной обертки. Никто из них меня не превзошел, но получилось все равно прилично, так что мы с ними сумели повторить всю последовательность апгрейда четвертой сцепки, которую мы под руководством Гелия чинили перед Новым годом.

Польза от людей в свитерах все-таки случилась, один из них обнаружил в библиотеке нашу обновленную сцепку 4А со странной пометкой «спецзаказ, неуниверсально», и мы смогли сравнить наш результат с опорным. Получилось почти то же самое, различия должны были проявиться на длинном забеге, а насколько длинным он окажется, никто пока знать не мог.

Коварный рептилоид ни на секунду не выходил из лаборатории, пока я там был, лучился гостеприимством и рассыпал обещания сотрудничества. Такое ощущение, что полностью сменил пластинку, и теперь пытался не меня заманить сюда, а продать свою молодежную команду. Так он расхваливал возможности сотрудничества инкубатора с его лабой. Я даже подозревал его в полной смене вектора, пока не заметил, что люди в свитерах и не думают на эти речи реагировать. Ага, отвлекает, подумал я. Хочет, чтобы я поверил, что дистанционное сотрудничество возможно, а сам, сам чего-то совсем другое думает. Может, что я уеду и забуду про это все.

Мда, учитывая, что до последнего времени я вел себя как водомерка и носился туда-сюда, и такая информация у него точно есть, логика в его планах была. Если, конечно, я их правильно понял. Пишущая жилетка была на нем всё время, решил, видимо, помучиться с расшифровкой. А не достать ли и мне такую? Буду лучше понимать людей? Не-не, у меня и так голова от них пухнет. Надо решить что-то с командой и нормально заняться делом. У меня, в отличие от ребят, для этого по-настоящему все условия, и никто у меня кровь не пьет.

* * *

На Севере все еще тянулась череда зимних праздников, и Оба томился в штаб-квартире Нигама, ожидая, пока снова откроют их корпус. Шанкс написал ему, что это случится на десять дней раньше: руководство инкубатора простимулировало администрацию, которая нажала на всех исполнителей, ну ты понимаешь, короче, на всех по цепочке, чтоб корпус открыли, и все вернулись к работе.

Оба написал Рицу, и тот тоже обрадовался, хотя, судя по всему, отлично чилил в снегах у бабушки.

Но пока Обе предстоял разговор по видеосвязи, от которого ничего хорошего ждать не приходилось. Никто в здравом уме не заказывает такие разговоры поболтать. Опять родственники чем-то недовольны.

Общаться с ним решили сразу трое: дядя, племянник и троюродный дядя, который был ему родственником не по прямой, но от этого его энтузиазм участия в делах клана ничуть не уменьшался. Все трое поспешили донести до него мысль, что его успешная схватка с Центурионом существенно ослабила их позиции в делах с администрацией Севера.

— Чего⁈ — не сдержался Оба. — А этот козел тут причем?

И услышал историю, которая блистала логикой со всех сторон. Оказывается, дорогие родственники подсуетились таким образом, чтобы у Обы было поменьше соседей, и чтобы эти соседи вели себя со всем возможным тактом и пониманием особенностей Обы, и местная администрация, недолго думая, возложила эту задачу на Центуриона как на человека ответственного. Взамен обещав ему не учитывать в долгах перед университетом столько семестров, сколько