Псевдоним «Испанец» 1-9 - Евгений Юллем

— Ладно, — я спрыгнул на землю и скастовал поисковое плетение. — Что-то пока я никого не вижу.

Следопыт повернул ко мне сердитое лицо.

— Не шуметь, — предупредил он. — Дальше пешком.

Ну пешком так пешком.

— Ну что, Друг? Наездился? — я отстегнул клапана, спустил собаку вниз и надел ему на лапы пинетки, еще хранившие в себе пыль Черного Истока. — Теперь прогуляешься. Пошли.

И наш отряд двинулся в путь. Скрытность я мог даже и не обеспечивать — дети долин и холмов при ходьбе быстрым шагом двигались почти бесшумно. Так мы прошли около лиги, пока при следующем броске плетения я не увидел несколько отметок. Вот теперь кулак поднял я.

— Орки? — задал риторический вопрос Бенидан.

— Да. Вероятно, выставили охранение.

— Ну что, тогда за работу. Где ты их видел?

Я опустился на корточки и схематично изобразил расположение точек.

— Понятно. Трое. Что-то мало. Я беру с фронта, ты с Родом — с тыла.

— Лучше я с фронта. Сниму магией, бесшумно. Вы с нашими с тыла…

— Нас забыл! — передо мной возник индеец. — Мы лучше!

Ну так-то оно может и так, но еще лучше не мешать друг другу.

— Хорошо, пусть лучше. Возьми своих лучших воинов и пусть идут с Родом и Бениданом. И слушаются их. Командир может быть только один.

У индейца глаза аж мигнули красным огнем от такого оскорбления.

— И решите эти вопросы сейчас, чтобы потом в бою не мешать друг другу и не сорвать все, — продолжил я. — Мне помощь не нужна, я сам. Понятно?

Индеец мрачно кивнул.

— Вот и хорошо, пока разбирайтесь, а я пошел. Работаем по готовности, — я поднялся с корточек, хрустнув коленями, и поманил за собой собакина.

Хорошо, что местность была холмистая, а на небе облачно, нас ничего не выдаст. Точнее, нас с Другом точно, мы под скрытом и Пологом Тишины. Можем хоть пройти в центр лагеря орков и погресться у костра, если таковой был.

Идти пришлось долго — скрыт скрытом, а вот если внезапно камешек подлетит или сухостой пригнется… Конечно, суеверные дети природы могут списать их на проделки духов, но вопить от этого они будут ничуть не меньше и перебудят весь лагерь. Плохо, что я не знал их пантеона — у каждого племени свой папа-медведь, или койот, или кто там еще в качестве тотемного животного. Так что явление духа тотема народу явно не удастся.

Бросая плетение раз от раза я наконец-то увидел часового. И он явно нес службу на «отгребись», удобно устроившись на пригорке и положив рядом копье — ну в самом деле, кто их будет преследовать? Да и скорее всего, никто не знает, что Аспен разграблен — ну может кто и спасся, а куда он пойдет? Тем более, когда тут такая толпа противников, почти вся мужская часть племени, а это сила!

Только вот когда против тебя не работают профессионалы из Легиона по борьбе с орками. Другого цвета кожи, правда, но, главное, что внутри у них то же самое. Те же орки, вид сбоку.

Последнюю сотню шагов до мирно лежащего и жующего табачную жвачку орка мы преодолели крадучись. Чтобы ничего не тронулось и не пошевелилось. Мы обогнули пригорок и когда до него оставалось шагов десять, я нацелился и сжал ладонь. Орк издал полузадушенный хрип и забился в агонии, схватившись за горло. Шумно, очень шумно… Я бросил Полог Тишины на бьющееся тело и подождал, пока оно, наконец, не замрет. Мой готов. А другие?

Брошенное плетение показало довольно неприятную вещь. Охранение-то ерунда, а вот столько коричневых точек, слившихся в уродливые пятна, я не видел давно. Тут явно двести-триста рыл, ну точно все племя на охоту вышло! Плетение показывало еще и индейцев, медленно сжимающих кольцо вокруг стоянки орков. Пора поспешить и нам, чтобы не опоздать к началу веселья. Я сделал жест Другу, и мы поспешили поближе к месту будущего действия.

Я подошел шагов на сто к стойбищу и глянул еще раз плетение. Ага, а вот и наши силы, охватили редким кольцом стоянку. Ну что же, пора внести страх божий в темные души, как сказал бы проповедник Единого. Только вот я — не он, и работаю по-другому. Хотя и сходно. Сыграем уже отработанную роль.

Я сбросил скрыт и накинул уже отработанный ранее морок. По мне заструились огненные вихри, превращая мой облик в пылающий столб, а за спиной раскинулись пламенеющие крылья. Я воздел руки вверх и в ладони потекли сияющие ослепительным белым светом столбы Силы, искрящиеся молниями.

Находящееся вокруг орки на мгновение застыли как бандерлоги перел Каа. А потом я уронил эти столбы по обе стороны обоза, и в землю ударили с оглушительным треском молнии, прибив при этом несколько орков.

— Вакинааан!!! — раздался многоголосый вопль ужаса, и орки начали разбегаться в панике. Какое там хвататься за оружие? Да разве можно соперничать в силе с богом, тут бы ноги унести да мокрые штаны чтобы не соскочили во время бега под весом наваленного!

Вот тут уже вступили в дело наши союзные силы, встретив разбегающихся в ужасе орков сначала стрелами, а потом и мечами. Ну и я не остался в сторонке, работая обеими руками — в правой плюющийся молниями жезл, а из ладони левой неприцельно вылетали небольшие файрболы, впрочем, иногда попадающие в кого-нибудь из бегущих. Я остановился только тогда, когда уже индейцы появились шагах в пятидесяти от меня, а движение вокруг прекратилось. Некому было больше двигаться. Кто тлел кучкой тряпья на земле, кто валялся со стрелой в груди — и то и то правки не требовало.

По привычке я бросил плетение. Вот те раз, а вот те два, второй кирпич пошел… Кто-то остался жив, вон под той телегой прячется. Я подошел к этому транспортному средству.

— Друг?

Окутавшись свечением и включив морок, собакин полез под телегу, раздался его рык и гавканье, и из-под нее выскочило что-то такое мелкое и на редкость вонючее. Не зря у местных в ходу было сравнение «воняет, как орк». Точнее, орчанка. Тощая, вонючая, грязная — ну в общем идеальная бичиха. Я сбил ее с ног концом посоха, и она растянулась на земле, дрожа и дергаясь. Ну тут больше заслуга Друга — милый песик, особенно включающий ментальные способности, мог заставить обосраться и местного медведя в несколько раз крупнее его. Что уж тут говорить о дикарке.

— Сторожи ее, — приказал я ему и поспешил к подошедшим к обозу воинам.

— Ты опять хулиганишь? —