Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

Да, министр не может давать указания по делам и решениям. Но при этом у исполнительной власти (через Минюст и связанные механизмы) есть косвенное влияние на кадровые траектории — переводы, назначения, повышения и взыскания. Ещё можно влиять на административную среду — ресурсы, нагрузка, специализация.

Отдельным пунктом идёт прокуратура, которая институционально под Минюстом и формирует, какие дела и как доходят до суда. Опять же, до какого суда.

Чиновник не выдержал подвисшего молчания первым и озвучил прямо:

— Миёси-сан, как Министр юстиции я конечно же не управляю судьями, но управляю контуром, в котором они работают. Вы меня сейчас хорошо слышите? Вы понимаете, что речь о вашей единственной дочери? Смотрите правде в глаза: вы немолоды, жены у вас больше нет, поскольку она давно умерла (примите мои соболезнования). Свою дочь вы растили один; соответственно, других детей у вас вполне вероятно больше не будет.

В разговоре по понятным причинам не участвовал Министр внутренних дел, оттого Министру юстиции было некому подсказать: в полицейском файле Миёси Мая есть непроверенная свежая информация о неполном соответствии реального семейного статуса — и зафиксированного на портале электронного правительства.

Да нынешний Министр внутренних дел и не стал бы ничего подсказывать Министру юстиции, поскольку находился в принципиально ином политическом лагере (кроме прочего, поэтому его сюда и не позвали).

— Мне нужно ваше четкое да, Миёси-сан, — Такаока навис над экраном.

— У Миёси Моэко обнаружили рак, — без каких-либо эмоций ответил гангстер. — Поджелудочная железа, я не вникал в детали. Прогнозов от разных врачей несколько. Тот первый, который я запомнил: дают что-то около года, плюс-минус.

Чиновники на своём конце линии, не скрываясь, переглянулись: запланированные рычаги давления рассеивались утренним туманом.

— Моэко уже говорила вашим из прокуратуры эту фразу, повторю персонально для вас. — Борёкудан смотрел в камеру грустно и протяжно. — «Эдогава-кай Японией не торгует». Моя дочь сама сделала выбор, когда отказалась ехать с вашими двумя типами.

— Вы совсем не боитесь? — Такаока отбросил любую и всякую вежливость.

— Я не атеист, — мягко ответил якудза, — и верю, что боги мне помогут, если правда на моей стороне. Я не хочу запятнать последние дни жизни дочери недостойным соглашательством за её спиной, которое она же решительно отвергла. Да и от меня вы чего хотите? Я уже пожилой и сам, а с ней целое ваше Управление Двора не справилось. Вы считаете, я один могу перевесить всю вашу молодую поросль? — неприкрытая насмешка, пусть и не прямо. — Как я, одинокий и немолодой, её заставлю в одиночку, если вы всем Двором не смогли?

— Софистика, — скрипнул зубами министр юстиции.

Но гангстер уже отключился.

Глава 15

ИНТЕРЛЮДИЯ

Увольнение было лаконичным и технически корректным, никаких фанфар либо конвертов с письмами. Позвонил Главный секретарь канцелярии Премьера, который не стал тратить времени на имитацию хорошего тона:

— Прошу вас заехать. Вопрос решён. — И тут же разорвал соединение.

Министр внутренних дел Мацуи Хироюки задумчиво посмотрел на своё отражение в стеклянной дверце шкафа с рабочими папками. Семи пядей во лбу не нужно, чтобы сопоставить три плюс два.

Собираться он не стал — сюда всё равно ещё предстоит вернуться в любом случае. Хоть и на пять минут, но обязательно.

Видимо, это последняя поездка в служебной машине, думал Хироюки. Водитель тактично молчал, маршрут короткий, доехали без сирен.

У входа в канцелярию он сам открыл дверь, упреждая движение клерка изнутри. Поправил галстук.

Главный секретарь канцелярии сообщил лично, небрежным жестом отослав других из кабинета:

— Премьер принял решение. Оформление — сегодня.

Вот и всё, подумал Хироюки. Сперва будет распоряжение кабинета — формально любого министра увольняет кабинет, хоть и с подачи Премьера. Затем — публикация в официальном бюллетене Kanpō.

Публично скорее всего представят так: «Министр внутренних дел подал в отставку по собственному желанию».

Юридически — отставка, политически — увольнение.

В итоге общение в Канцелярии в круговую заняло хорошо если три минуты. Обратно в здание Министерства внутренних дел теперь уже почти бывший министр Мацуи пошёл пешком, отпустив водителя — внутри разливалась досада, переходящая в пустоту. Она требовала каких-то действий, хоть и механически переставлять ноги четверть часа — чтобы тренированный мозг переработал негатив и следующий этап своей жизни Мацуи Хироюки встретил достойно, с поднятой головой и открытым взглядом.

Не с затравленными либо пустыми глазами.

* * *

Секретариат родного министерства оказался на высоте. Старший сотрудник, тактично оставив министра в кабинете на какое-то время, без стука заглянул через полчаса;

— В зале Сэйтё вас ждёт руководящий состав, Мацуи-сан. Личному составу по команде вниз они доведут сами. Вы же захотите обратиться к остающимся?

А вот это самое лучшее решение, Начальник секретариата прав: со своими действительно нужно поговорить напоследок и сделать это стоит не онлайн, не в форме пресс-конференции, а именно так — закрытое обращение.

— Конечно. — Хироюки порывисто поднялся.

* * *

Зал Служебной Чести (Сэйтё) Министерства внутренних дел.

— По неписаным правилам сейчас должна звучать моя короткая речь без бумаги, затем глубокий поклон всем вам. — Хироюки внимательно рассматривал с небольшой трибуны директоров департаментов и начальников управлений. — Но речи не будет. Вместо неё — моя последняя просьба тем, кто остаётся.

— Мы внимательно слушаем, — тоже вопреки традиции со своего места неожиданно отозвался директор Департамента внутреннего администрирования и надзора, на профессиональном жаргоне — ДВБ, департамент внутренней безопасности. — Министр-сан.

Мацуи на мгновение замер: вроде и мелкая фраза, но этот человек сейчас вслух, пусть и иносказательно, сказал — я верю, что это всё временно. Выборы не за горами и после них вы снова вернётесь в кресло.

Приятно, демоны дери. И дорогого стоит, тем более что надежда умирает последней.

— Мы слушаем, министр-сан, — после неуловимой паузы, неожиданно для Хироюки, к первому директору подключился второй — директор департамента общественной безопасности.

А ведь мы не были с ним особенно близки, скорее даже не ладили.

— Мы слушаем внимательно, министр-сан. — Директор департамента стратегического взаимодействия и кризисного реагирования.

И ещё один. И ещё.

Хоть бы сейчас голос не перехватило; Мацуи опустил взгляд, собираясь — неожиданная солидарность и полунеформальная поддержка, на которые он в принципе не рассчитывал, выбили из колеи.

Впрочем, долго это не продлилось.

— Я хочу попросить вас об одном. — Хироюки поднял тягучий взгляд на коллег. — Пожалуйста, сделайте так, чтобы после моего ухода Министерство внутренних дел действовало системно: правила — одни для всех, — он поднял над головой кулак и отогнул мизинец. — Независимо от политической платформы, — безымянный. — Независимо от