"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

должны, я не беру денег с простых людей. Михаил встал на ноги, для меня это самая лучшая награда. У меня только одна просьба. Раз врачи сказали, что может само все в норму придет. Вот и пришло само в норму.

— Я тебя понял Александр, и спасибо тебе за сына, — улыбнулся Тимофей Михайлович.

— Давайте будем чай пить, — воскликнула Оксана.

Пили чай, разговаривали. Ну а после чаепития, мы стали собираться домой.

— Будешь в Емецке приходи в гости, всегда рады будем.

— Обязательно зайду, узнать, как идёт восстановление.

Я пришел к выводу, что в Советском Союзе действительно люди в основном были другие, добрее, верили, что страна развивается, были уверены в завтрашнем дне. Особенно это видно здесь на севере.

Я выдал рекомендации Михаилу по нагрузкам, как восстановить тонус мышц. Помимо всего прочего у Михаила подправил работу сердца. И у родителей Михаила очистил сосуды. В общем, работа сделана и уже почти вечер. С Василием заехали в магазины, купили продуктов и гостинцев родным.И через сорок минут стояли, ждали паром на берегу реки…

Дома меня уже ждали. Сели за стол, пили чай из нашего любимого самовара. Мне вообще нравятся это изобретение человечества. В другой жизни в 21 веке я даже коллекционировал самовары, именно что только угольные. Рассказал, как съездил, помог человеку. А ребятам пообещал завтра сюрприз.

С утра с братом побежали на зарядку. Как обычно пробежали пять километров по берегу реки. Затем мы занимались медитацией, а потом я приступил к магическим тренировкам.

Стихии слушались меня все лучше и лучше. Заметно прибавил в силе и запасе магии. Опустошение магического источника и слив магической энергии каждый день, приносили свои результаты. Заряженных источников у меня прибавилось. Да и пространственные прыжки тоже не прошли даром.

Это случилось, когда мы с братом заканчивали тренировку. Вдруг я почувствовал боль, боль была несколько физическая, хотя и физическая тоже присутствовала. БОЛЬ была душевная. Душевная боль меня оглушила, все во мне перевернула. В ментальном плане я поставил защиту. Вначале выстроил одну ментальную стену затем другую.

Стало легче, я огляделся, и за соснами увидел на хвойной подстилке берегиню. Я подошёл к берегине, достал из браслета фляжку, напоил ее водой наполненной силой жизни. Берегиня пришла в себя, открыла глаза и прошептала: «Помоги маг! Плохие люди лес, реку губят, смрадом и алчностью от их мыслей пахнет».

— Алеша! Передай дома, что я похоже на зарядке задержусь. — Сказал я брату.

— Как мы до места дойдем, если ты идти не можешь.- Спросил я у берегини.

— Возьми меня на руки, и закрой глаза, — я выполнил, что просила берегиня. Мы оказались в густом ельнике. Первое что я увидел, была речка, шириной метров сто. Высокие каменистые берега, говорили о том, что река глубокая, по крайней мере, в этом месте. Перекатов не видно, речку по берегам окружала тайга. Гигантские сосны и ели отражались в речной глади реки. На левом берегу реки, на большой поляне, рядом с водой стояли два здания, одно из них двухэтажный гостевой домик, второе это баня, а баня очень большая, метров семь на пять, если не больше. Все постройки, были срублены из толстой лиственницы. Крыши зданий были закрыты железом, и окрашенные в красный цвет. Резные наличники, очень красиво обрамляли большие окна в гостевом домике. От бани прямо в речку уходили мостки. С одной стороны мостков, стоял пришвартованный адмиральский катер. За гостевым домиком виднелась вертолетная площадка. А на площадке стоял советский вертолет «Ми-8». Вертолет раскручивал лопасти винтов готовясь улететь.

«Хорошо кто — то отдыхает, и рыбалка, и охота, все в одном флаконе». — Подумал я.

А по поводу рыбалки здесь рыбалкой и не пахло, глушили рыбу тротилом. Увидел я в реке, недалеко от мостков, сеть, которая окружила много рыбы, плавающей кверху брюхом как гигантская авоська. Огромные таймени, и не одна сотня. «Понятно я в Сибири», — подумал я.

«ВОТ УРОДЫ»!!! — выругался я мысленно.

А вертолет, похоже, у военных арендовали, раскрашен вертолет соответственно. Вскоре вертолет поднялся в небо и улетел на запад.

Из гостевого домика вышли три толстых мужика, в труселях, но с ружьями и патронташами на жирных животах, и побрели к реке. Мужики были сильно пьяными, и их сопровождали орущие и визжащие девки, на которых практически ничего не было. Еще один квелый мужичок, видимо обслуга, тащил ящик с пустыми бутылками, поставил у воды и убрел, топить баню. Горе охотники подошли к берегу и стали готовить оружие. А девочки брали пустые бутылки и кидали в небо. Первые три бутылки упали не поврежденные в речку, и поплыли вниз по течению. А потом охотники приноровились и стали палить в небо, пытаясь попасть в бутылки. Я не мог допустить, чтобы куча стекла попала в воду, магией воздуха, осколки бутылок отправлял на берег. Осколки бутылочного стекла летели на берег, где стояли охотники. Вскоре были ранены все. Стрелков мне было не жалко, а девок пожалел…

Сейчас кто-то скажет, что надо было сдать всех в милицию. И пусть судит «суд, самый гуманный суд в мире». Вы в это верите? Я нет!

— Ляля! мне надо сменить внешность.

— Хорошо, я сделала тебя чернобровым, чернооким… якутом.

— То, что надо, умница!

— Всегда готова! Как пионер, — ответила Ляля.

Я вышел из ельника, и направился к месту событий. Подошел к орущим девкам, им повезло, они спрятались, за «папиков», поэтому крупные стекла, не попали. Стекла я из девок достал, обезболил и усыпил. Пусть полежат, а то перетрудились бедолаги. Но решил наказать, отныне у них на телах останутся шрамы от стекол.

А вот сами папики, уже были в стране вечной охоты. Болевой шок, а еще один другому умудрился из ружья половину башки снести. Кто же стреляет по пьяной лавочке.

Пошел в баню и усыпил банщика. Вытащил его на свежий воздух,