Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

одном из зданий чаши, вывеска на котором гласила: «Иммиграционный контроль». Просторная приёмная в которой, сидя и свободно перемещаясь, ожидало своей очереди десятка полтора людей всё равно казалась наполненной воздухом и светом. Среди людских фигур, лишённых видимых признаков геномодификаций, мой взгляд моментально выхватил женщину со странно диспропорциональной фигурой: при сравнительно небольшом росте, она имела громадный, выпирающий вперёд живот. После минуты разглядывания я, наконец, сообразила, что она просто находится в стадии жизненного цикла называющегося «биологическое вынашивание». Брр. Как представлю себе что что-то такое может завестись в животе да ещё и возиться там время от времени, мурашки по спине пробегают.

— Ты слишком пристально разглядываешь эту женщину. Это невежливо, — шепнул Мика мне в самое ухо. Тёплый поток воздуха прошёлся по чувствительной коже — я рефлекторно дёрнула им. И только тут заметила, что мой хвост и Микины уши подвергаются такому же пристальному досмотру со стороны всех присутствующих. Точно эмигранты с планет расселения. В последнее время поток выселенцев с Земли, подвергшихся геномодификации, изрядно ослаб и даже мы с моим доктором сойдём за экзотику. Я нервно передёрнула плечами и отправилась вслед за Миком, к тому времени определившемуся с направлением движения.

Личное рабочее пространство Герана Гржевского было настолько мало, что стоящие перед столом мы с Миком упирались друг в друга и в противоположные стены плечами. Вкус у него настолько экстравагантный или это специально сделано, чтобы посетители не задерживались?

— Ну? — поторопил нас капитан. Я постаралась собраться с мыслями. Мимолётная встреча с жителями планет расселения оставила по себе такое сильное впечатление, что все заготовки, которые я делала перед разговором с Гржевским, моментально вылетели из головы.

— Мы бы хотели узнать, — пришёл мне на помощь Мика, — как продвигается следствие по делу о проникших на станцию диверсантах.

Капитан сделал скучное лицо:

— Следствие прорабатывает все возможные версии, — начал он, но увидев как вытянулось лицо у меня (не ожидала от такого умного на вид дядьки такой глупой отговорки) и перекосилось у Мика, продолжил уже совсем другим тоном. — А по какой бы причине я отчитывался перед двумя гражданскими, тем более что я и права-то на это не имею?

— По той, что в ближайшее время я буду находиться в тесном контакте с четырьмя молодыми драконами и не всегда буду иметь возможность проконсультироваться с кем-то из вашей службы на тему, куда им можно соваться, а куда не стоит.

— Не беспокойтесь, их будут охранять.

— И тем не менее, — попыталась я уговорить капитана поделиться информацией, — я должна быть в курсе оперативной информации, напрямую касающейся моих подопечных. И я должна быть в курсе, с какой стороны им может грозить опасность. Точнее даже не так. Сомнительно, что кто-то из людей способен причинить реальный вред драконам, всё таки такой разрыв в технологиях… Но выставить перед ними человечество бандой агрессивных идиотов тоже не хочется.

— Да ничего такого им не грозит, — Геран устало потёр глаза. — Та компания, что проникла на Изнанку, уже убралась со станции. Отчалили с одного из технических грузовых портов на обычном космическом катере. И что самое паршивое, нам так и не удалось узнать их конечную цель.

— А тот парень, которого отловили мы? — напряжённо спросил Мика.

— А его нам пришлось отдать практически сразу.

Наши вопли: «Как?!» и «Кому?!» прозвучали одновременно и почти слились.

— А вот так. Был затребован верхним начальством с Земли без объяснений, как сотрудник, выполнявший секретную операцию. Да-да, девочка, не надо на меня так смотреть, я — не самая крупная шишка на этом дереве. Совершенно исключить повторное проникновение нельзя, хотя мы и принимаем все возможные превентивные меры, так что всё равно оставайтесь настороже.

— Я прослежу за этим, — как бы между делом пообещал Мика.

— Будет очень неплохо, — тут же согласился капитан. А меня одолели нехорошие предчувствия. Значит, меня просят создать для солеран комфортную обстановку и в то же время, когда в компанию набивается человек, по его собственному признанию относящийся к инопланетникам с немотивированной подозрительностью, капитан не возражает. А ведь он не может не знать об особенностях восприятия своего подопечного. Да ещё и эти якобы упущенные диверсанты… Ой как мне всё это не нравится.

Всё оставшееся до приезда драконов время я вертелась как белка в колесе, вникая во все организационные мелочи. В частности, забраковала попытки воссоздать в предназначенных для них комнатах озёрно-болотный биоценоз, всё равно за оставшееся время сделать это как следует, не удастся. И всё-таки нехорошие подозрения меня не оставляли. Я подобрала с десяток вариантов объяснений такого поведения мужчин, мысленно поспорила с ними по каждому из пунктов, так же мысленно поссорилась с Миком, потом почти уже простила, но тут спохватилась, что всё это время конфликтую сама с собой в режиме автопилота. Даже когда распекала мальчишку из службы снабжения за допущенный грубый ляп, вызвавший недовольство туристов из Рарау всё равно не могла отделаться от тревожных мыслей.

— Завтрак подан согласно полученной от ксенологов инструкции, — парень ткнул мне под нос планшет.

— Балбес. Читай, что там написано.

— Ойснерд.

— Да не ой?снерд, а ойсне?рд. Для кого там ударение поставлено?

— А есть разница?

— Есть. Первое — сухие стебли травы с равнин Ваюрданы, второе — моллюски вроде земных мидий. И как же беднягам не возмущаться, если вместо завтрака с морепродуктами им подали тонко наломанные веточки каких-то хвощей.

И слава богу, что моя работа заключается в том, чтобы выяснить причину недоразумения, а возмущённых гостей приходится успокаивать совсем другим людям. Я бы в моём нынешнем состоянии духа ещё и на этих нарычала. Нет, дальше так продолжаться не может, нужно срочно избавляться от излишков раздражительности. Что ли пойти повыяснять отношения с Миком, которого я с памятного визита к Герану Гржевскому не встречала. Пусть хоть соврёт что-нибудь убедительное, если уж там опять какие-то тайны, в которые посвящать меня не планируется.

Мика обнаружился на своём рабочем месте но не в центральном приёмном покое, а в одной из тех комнатушек, набитых чудовищным оборудованием, которые появляются вдоль длинного коридора как по волшебству (ага-ага, знаем мы эти чудеса). Впрочем, заходить в палату я не стала из-за характерных звуков доносившихся из-за полуоткрытой двери. Кого-то выворачивало под аккомпанемент Микиных ругательств.

— Имбецил мутнорожденный. Это ж надо было додуматься инопланетную наркоту в рот совать! Так ты в следующий раз левый заворот кишок заработаешь.

Послышалось невнятное оправдывающееся бормотание, прерванное очередными скрутившими пациента спазмами.

— Пей. Да не отворачивайся, пей, говорю. Здесь адсорбент и успокоительное. Скоро должно отпустить. Кровь я тебе уже почистил,