Фантастика 2026-62 - Ал Коруд

У нас в цеху шум стоит - даже свой голос едва можно разобрать. Как я там что-то прослушаю? Да и работать надо! Михалыч и так уж на нас с вами косится, того и гляди - люлей выпишет, и хорошо, если словесных. Там запись стоит. Вечером придем в общагу, послушаем.

Настроение у нас с Толиком моментально испортилось.

- Ясно, - пробурчал Толик, - значит, сегодня вечером...

- Каждый из нас будет внимательно прослушивать запись, - кивнул Мэл. Он, судя по всему, негласно взял на себя роль руководителя нашей операции.

- Сегодня зарплату выдают, - как бы невзначай сказал Толик.

- И что? - спросил я. Все мои мысли настолько были заняты детективной работой, что даже получение билетов государственного банка СССР не особо волновало.

- Может, по дороге домой по магазинам быстренько пройдемся, чего-нибудь прикупим? - спросил Толик. - А нет, хотя вряд ли получится. Времени мало. Будем до ночи запись разговоров о том о сем слушать. Мэл нас по полной загрузил.

- По магазинам, говоришь, прошвырнуться? - протянул я. - А это идея!

Внезапно мне пришла в голову одна шальная, но интересная мысль.

- Так это ж здорово! - сказал я. - А это значит, что можно кое-что попробовать. Сыграть, так сказать, на опережение.

- Что ты имеешь в виду? - заинтересованно спросил Мэл. Он только что вернулся с новой порцией обеда. Кажется, держа себя в последние дни на одном чае с батоном, он изрядно оголодал, вот теперь и старался навести упущенное.

- А вот что! - с азартом сказал я и, нарочито повысив голос и специально подождав, пока возле нашего столика соберется как можно больше народа, бодро сказал: - Ну что, парни? Как думаете? Брать мне сегодня новый фотоаппарат или не брать?

Друзья, ничего не понимая, уставились на меня.

- Ты чего? - начал Мэл. - Какой фото...

Однако Толик, как самый сообразительный из нас, довольно быстро сориентировался.

- Конечно, бери! - сказал он. - Какую модель-то? Когда планируешь?

- Да "Зоркий" хочу взять, давно хотел! Прямо сегодня! - деланно беспечно нес я пургу, говоря так громко, что некоторые работяги даже начали оборачиваться. - А чего тянуть? Деньги при мне, а магазин через три квартала, минут двадцать ходьбы...

- Отличная идея, Эдик! - поддержал меня Мэл, поняв, наконец, о чем речь. - Поддерживаю! Покажи хоть потом, похвастайся!

В глазах опять потемнело. Меня снова бросило в жар, как тогда, ночью, когда мне приснился кошмар, и я очнулся в разорванной майке. Снова накатило предчувствие.

- Слушай, - взволнованно зашептал Толик, догнав меня. Мы втроем торопливо шли обратно в цех. - Я понял. Ты хочешь грабителя этого на живца поймать, так?

- Так, - весело сказал я, очень довольный собой. В конце концов, не только Мэл у нас умный. - Я ж специально громко про фотоаппарат трепался.

- Да понял, не дурак! - отмахнулся Толик. - И даже куда идешь, сказал, да!

- Угу. А к чему ты, собственно, клонишь?

- Эдик, - торопливо продолжал шептать приятель. Мы с ним шли вдвоем. Длинноногий Мэл ускакал вперед - проверять, не нашел ли кто установленные утром нами в цеху "жучки". Может, тебе одному-то не ходить?

- Почему это? - удивился я.

- Ну право слово, Эдик, - умоляюще проговорил приятель. - Ну зачем это геройство? Слушай, не ходи один, а? Давай вместе пойдем.

- Не, парни, так не пойдет, - возразил я. - Какой смысл тогда ловить "на живца"? Три здоровенных бугая. Кто на нас нападет? Время только зря потеряем. Я чувствую: надо мне одному идти. А вы с Мэлом идите в общагу, слушайте запись. Авось чего путное услышите.

Толик, поняв, что меня не переубедить, отстал. А я, насвистывая, вернулся к своему станку. До самого вечера я был в очень приподнятом настроении. Почему-то я был уверен, что все получится! Ну просто не может быть так, что столько времени не везет.

- Как дела, Эдик? - раздался вдруг над ухом приятный мелодичный голос.

Я вздрогнул. Это еще кто? Погруженный в свои мысли о предстоящей операции по поимке грабителя "на живца", я и думать забыл о происходящем вокруг.

Передо мной стояла Тося - самая красивая и эффектная девушка завода, та самая, по которой я когда-то безнадежно сох, "фифа", как за глаза звал ее простодушный и еще совсем юный Денька.

- Пока не родила, - невежливо ответил я. Мне неловко было ее видеть до сих пор, хотя мы давно не общались. - А с чего это вдруг дела мои тебя интересуют? Давай, к станку своему ступай. Ты к себе, я к себе. Помнишь, как ты мне сказала?

Гордая красавица была явно задета таким небрежным отношением, но вида не подала.

- Это тут ни причем. Эдик, - начала она, переминаясь с ноги на ногу и оглядываясь. - Не надо. Не ходи.

- Чего-о? - изумился я, повернувшись к ней. - Куда не ходи?

- Ну... в магазин... - нерешительно сказала Тося и повторила тверже: - Не надо, опасно это. У нас в районе банда орудует. Ты лучше деньги спрячь куда подальше. И домой с ребятами иди. Да не дворами, а по освещенным улицам. Зарплата же сегодня.

- И что? На мороженое тебе, что ли, добавить?

- И то! - рубанула Тося, уперев руки в бока.

В момент она стала не горделивой и неприступной красавицей, а прямолинейной и простой девчонкой.

- Хорош дурня изображать, - ругала она меня, точно маменька. - В сыщиков играете?

- Кто? - удивленно уставился я на нее. Надо же, какая внимательная.

- Да ты со своими дружками! - выпалила Тося. - Тоже в больницу захотел? Героем себя считаешь? Тетя Люся недавно только вышла.

"Стало быть, сработало сарафанное радио", - довольно усмехнулся я про себя. - "Значит, верно я придумал".

Внимательно посмотрев на Тосю, я спокойно сказал:

- За заботу спасибо, Тося. Но это не твоя печаль. Сам разберусь, чай, не маленький. Все со мной нормально будет.

Тося снова открыла рот, будто желая что-то сказать, но позже обернулась на зов своей подружки и, махнув рукой, отошла. А я, насвистывая, вернулся к работе. Держаться я старался небрежно, однако слова местной "красапеты", признаться, меня все же зацепили. Первое воодушевление и энтузиазм прошли.

"Ты же комнатное растение, Эдик", -