Фантастика 2026-44 - Александр Коротков

— Меня зовут Нина, — я попыталась говорить громко и чётко, чтобы меня все услышали. — Не «госпожа», не «ваша светлость», не «владычица» и никак иначе. Просто Нина. Я не хотела становиться такой. — Я показала на отметины на своём лице, провела по ним пальцами. — Я не просила, чтобы со мной происходило всё это. Но это случилось. Это просто случилось со мной. И если это значит, что я спасу этот мир от забвения, тогда… тогда оно того стоит. Вот это, — я ткнула пальцем в звёздное небо над головой, в россыпь мерцающих огоньков, — того стоит. Ради этого можно и потерпеть.

Знакомый вес обвился вокруг моего плеча. Появился Горыныч. Он успел сделать несколько широких кругов вокруг меня, прежде чем устроиться на плече. Размером он был с енота — таким большим и тяжёлым, что ему пришлось уцепиться за меня коготками своих крыльев, чтобы удержаться.

В толпе вспыхнули редкие хлопки. Они мгновенно переросли в бурные аплодисменты, в настоящий шквал одобрения. Я застыла в шоке. Я чувствовала, как по моему лицу разливается жар, как щёки полыхают огнём. Я отступила на шаг назад и наткнулась на тёплую руку Элисары. Она подошла и встала рядом, поддерживая меня.

Элисара резко свистнула. Толпа мгновенно затихла, словно кто-то выключил звук.

— Мы собрались здесь, как семь домов, впервые за полторы тысячи лет! — выкрикнула она. — Небо снова едино, как единым стал и наш народ! Разве это не повод для праздника? Разве не об этом мы мечтали?

Толпа взорвалась ликующим криком. Музыка вновь зазвучала, заполняя пространство. И так же внезапно, как и начался, мой момент закончился. Я дрожала всем телом. Оказывается, у меня панический страх сцены. Кто бы мог подумать? Я открывала для себя столько всего «забавного» с тех пор, как попала в Нижнемирье. Столько неожиданных откровений о себе самой.

Элисара улыбнулась, глядя на моё растерянное лицо. Она уже собиралась что-то сказать, но тут же отвлеклась. Её взгляд упал на Горыныча у меня на плече. Она протянула руку, чтобы погладить змея. Её глаза сияли от возбуждения, как у ребёнка, увидевшего диво.

— Как чудесно! Какой же он прекрасный!

— Привет, Элисара, — прошипел Горыныч довольным тоном. — Рад познакомиться, красотка.

Элисара рассмеялась и покачала головой. Её смех был звонким и искренним.

— Какой наглец! Ну и нахал же ты!

— Ты даже не представляешь, насколько, — пробурчала я с тяжёлым вздохом.

— А мне нравится, — Элисара широко ухмыльнулась, показав острые клыки. Горыныч перелетел с моего плеча на её и принялся путаться в её длинных волосах. Он извивался между прядями, явно наслаждаясь вниманием. Дикарка, казалось, обожала это внимание. Она уже теребила хвост змея пальцами, играла с ним. — Он совсем не стеснительный, правда? Такой самоуверенный малыш.

— Можно я научу её, что такое «взять на буксир»? — спросил Горыныч с надеждой в голосе.

— Нет, Горыныч. Забудь об этом.

— Чёрт, — разочарованно протянул змей.

Золтан поднял с пола сцены мою кружку с вином. Он протянул её мне с лёгкой улыбкой. Ангел с танцующими тенями верно угадал, что мне сейчас нужно выпить. Мне действительно нужно было глотнуть чего-нибудь крепкого. Я подошла к нему, взяла кружку благодарным жестом, сделала хороший глоток и уселась рядом. Вино обожгло горло приятным теплом.

Элисара теперь полулежала на коленях у Сайласа, расслабленная и довольная. Горыныч носился между Элисарой и Агной, словно довольный кот. Кот, которому не хватает ласки от обеих женщин сразу. Сайлас наблюдал за своей женой с таким тёплым, мягким выражением в глазах. В его взгляде читалась такая нежность и любовь, что это было просто завораживающе. Я не могла отвести глаз от этой картины.

Холодный, стоический вампир и пламенная, хищная дикарка. Странная пара, если подумать.

— Как вы вообще сошлись? — не удержалась я от вопроса. Любопытство победило.

Элисара громко рассмеялась. Смех её прозвучал раскатисто и весело.

Жрец буквально выскользнул из-под своей жены. Он поднялся с плавным движением.

— Полагаю, мне нужно ещё вина, — сказал он тихо. — Прошу прощения. Я ненадолго.

Он подошёл к краю платформы и спустился вниз, исчезая в толпе. Я посмотрела на Элисару с беспокойством. Не обидела ли я его? Не стоило ли мне промолчать?

— Не тревожься за него, — Элисара приподнялась и придвинулась ко мне поближе. Она похлопала меня по руке. — Он ужасно стеснительный, мой Сайлас. Смущается по любому поводу. Он не сможет рассказать эту историю, не покраснев ещё сильнее. Он просто не вынесет.

— Он краснел? — я нахмурилась.

Элисара тихо рассмеялась. В её смехе звучала нежность.

— Это так же незаметно, как и всё остальное в нём. Но я знаю. Я всегда знаю, когда он смущается.

Она откинулась назад, сложив руки за головой. Она растянулась на полу сцены. Я потихоньку привыкала к тому, что женщина была полуобнажённой.

Что касается самого летающего змея, то он быстро нашёл общий язык с Агной. Та явно была очарована им. Она только и хотела, что осыпать Горыныча вниманием, гладить его и играть с ним. Мой змей, естественно, не жаловался. Он вообще никогда не жаловался на излишнее внимание.

Словно обладая сверхъестественным чутьём, жизнерадостная рыжеволосая Агна почуяла момент. Она поняла, что сейчас прозвучит сочная история. Она придвинулась поближе, чтобы послушать, устроившись рядом с нами.

— Когда началась Великая Война, поначалу было неясно, кто был истинным зачинщиком, — начала Элисара неторопливо. — Все обвиняли друг друга. Лишь во второй половине войны мы узнали правду. Мы узнали, что всё это устроил Самир. Первые семьдесят пять лет каждый дом воевал против каждого. Это был хаос, кровавая бойня. В конце концов, образовались две фракции. Мы, Дом Лун, естественно, встали на сторону Пламени. У нас были старые связи, старые клятвы. Жрецы, по своей привычке, поддержали колдунов. Они всегда держались вместе. А Каел и Самир, как всегда, противостояли друг другу. Как день и ночь, как огонь и лёд.

— Вы с Сайласом были по разные стороны? — спросила Агна, широко раскрыв глаза. — Воевали друг против друга?

— Верно, — кивнула Элисара. — Однажды ночью на поле боя, где многие из нас возвращались к Древним, мы сошлись в поединке. Мы встретились лицом к лицу среди мёртвых и умирающих. — Элисара усмехнулась, явно