Фантастика 2026-181 - Маргарита Блинова

понял, что доступ к пузырю не ограничивается стенами библиотеки, а распространяется как минимум на сквер снаружи, а может, и до торговых рядов! И наконец — все материалы лежали в пузыре в таком виде, что Маркизу не придётся их пролистывать постранично, а можно просто продублировать целыми блоками сразу себе в память!

Он даже сверился с правилами на всякий случай, но никаких уточнений по поводу дублирования там не увидел. Скорее всего, дело было в том, что люди, даже вживки, у которых леденец размещался прямо в голове, не могли так оперировать с документами, как это было доступно Юдзу. Он сомневался, что даже другие Свити имели такие полномочия в эфире, но это ещё надо было проверить, а то, может, Брассе вовсе и нет нужды торчать у артефактора.

Но как бы там ни было, Маркиз собирался воспользоваться своим преимуществом на полную. Забрать себе все курсы, пройти их в удобное время в удобном месте и, по подсчётам, уже через несколько дней стать квалифицированным мастером Импульсервиса. Теперь главное не забыть, что людям для доступа требуется сесть за Церебрум и что-то там делать на экране, чтобы не вызывать подозрений смотрителя зала.

Глава 4

После прогулки у моря Джей с Лиром пошли к Виллемике посмотреть, как её кошки освоили пушистую башню.

Из головы-домика при их приближении высунулась наглая рыжая морда, похожая на Маркиза.

— Снимай, снимай, — посоветовал Джей, протягивая пальцы для обнюхивания. — Наверное, их покормить можно?

— Обязательно, — сказал Лир, запуская летучую собачку, и пошёл в пристройку, где у него теперь хранился запас корма. Вдоль стены пристройки торчали высокие стебли, а на них висела малина. Джей уже выяснил, что она именно так растёт, а Лир остановился на полдороге, чтобы рассмотреть ближайшие ягоды.

— Это ведь малина? — спросил он.

— Ага, — Джей заулыбался. — Она растёт на таких кустах. Если потом зайдёшь ко мне, я тебе ещё ежевику покажу и клубнику, правда, от клубники уже одни кустики остались.

— Никогда не думал, что еда может расти из земли, — заметил Лир и пошёл за кормом.

А Джей вернулся к башне и заглянул в средний ярус. Там лениво щурился огромный серый кот, непонятно как просочившийся в небольшой вход. Слева и справа на разной высоте были открытые платформы, на которых млели в томных позах чёрная и белая кошки, а вот из нижнего домика…

… Раздавался писк. Джей почти что лёг на доски крыльца, чтобы туда заглянуть, но на него нашипели. Он благоразумно отполз. Тогда нашипевшая — мелкая и довольно грязная трёхцветная кошка — вылезла из домика, высказала в его сторону ещё что-то неуважительное и рванула на полусогнутых ногах в кусты.

Джей подождал, пока она скроется, и заглянул в домик, откуда по-прежнему доносился встревоженный писк. Там копошились пушистые комочки, похожие на кошек, только как будто с неправильными пропорциями.

Лир как раз вернулся с кормом и заметил странную позу Джея.

— Что там?

— Не знаю, вон, погляди, — Джей кивнул на домик.

Лир тоже распластался по полу и заглянул в отверстие.

— Это… маленькие кошки? Дети кошек?

Джей залез поглубже в свою прокачанную речевую ауру и откопал нужное слово:

— Котята.

В этот момент трёхцветная грязнуля вскочила на крыльцо, неся в зубах ещё одно пуховое существо, скрючившее ножки и обалдело глядящее на мир.

— Они очень грязные, — заметил Лир. — Я посмотрел в эфире, котята такими не должны быть.

— Как думаешь, их можно помыть? — спросил Джей.

Лир задумался.

— Пойдём у Виллемики спросим, она должна про кошек всё знать.

— Пойдём, — согласился Джей.

Лир на мгновение замер, и Джей понял, что он заливает в свой пузырь видео. Очень правильно, это должно хорошо зайти.

Джей вообще радовался, что Лир так хорошо обживается в Беззаботах. И что не против дружить с Джеем. Всё-таки люди — это хорошо, но люди не знают, кто он такой, а если бы знали, ещё неизвестно, как бы отнеслись. А Лир не просто знает, он сам пережил всё то же, что и Джей, и им намного легче понять друг друга, чем людей.

— Это новая какая-то кошка, — сообщила Виллемика, когда её привели посмотреть на грязное семейство. — Не из моих. Пришла, значит, тут потомство выращивать. Ну конечно, мыть надо, ты вот это, Лирушка, там у меня в ванной есть алхимия специальная для котят…

В тот вечер канал Лира наполнился мокрыми кошками. Котята пищали, пытались сбежать, пучили глаза — на мокрых головах они казались просто огромными. Лир вдумчиво обирал с них блох, а Джей придерживал их непутёвую мамашу, чтобы не мешала процессу. К сожалению, у настоящих кошек почёсывание за ухом не отключало все тревоги, как по команде.

Наконец выкупанные котята вместе с выкупанной кошкой, завёрнутые каждый в своё полотенчико, как пирожки, заполнили корзинку, а её Лир поставил рядом с водонагревательным баком в ванной, поскольку это было самым тёплым местом ночью. Кошка сначала всё порывалась схватить кого-нибудь и уволочь в домик, но потом плюнула и принялась вылизывать своё потомство в корзинке.

— Странно, что она в башню их приволокла, — заметила Виллемика, сидевшая рядом с Лаймами на полу в ванной после большой стирки котят. — Обычно они в более укромные места прячутся, а тут посреди всего, да ещё чужие кошки рядом…

Лир покосился на Джей и кинул ему сообщение в эфире:

— Мне кажется, эта башня какая-то особенная. Когда мы её собирали, Брасса могла терпеть мои прикосновения. Даже с удовольствием.

Джей задумался. По форме башня напоминала большого сидящего кота с задранным хвостом. На настоящего кота, что реального, что Великого, она мало смахивала, но напомнила Джею кое-что другое.

— В видениях Шумудры у Маньяров был идол кота, — припомнил он. — Может, эта штука тоже работает идолом?

Лир хмыкнул.

— Наверное, можно попробовать поставить ещё один, тогда станет видно, есть у него какие-то особые свойства или нет.

Уши Джея встали торчком.

— А это мысль! Я как раз думал, что бы такое соорудить на заднем дворе для красоты, а теперь знаю! Пойдём, поможешь?

— Не могу пока, — Лир кивнул на котопирожки в корзинке. — Я бы присмотрел за ними до утра.

Джей поёрзал на месте. Хотелось прямо сейчас побежать делать идола. Почему-то это казалось самым правильным временем. Наверное, потому что уже наступала ночь.