Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

форму. Или же купить её самостоятельно, чтобы иметь возможность переодеться после такого вот рабочего дня. Да и выглядеть тогда буду соответствующе, а пока ни дать ни взять — практикант.

Когда открыл дверь и вышел в коридор, увидел злобное лицо Василия Анатольевича, который ждал моего выхода, прислонившись к стенке. Из чистого у него были только лицо и руки. Он ничего мне не сказал, лишь недовольно сопел, а проходя мимо меня в душ, нарочно чувствительно задел плечом. Ишь, какой обидчивый оказался. Надулся, что я раньше него в душ попал.

Но это мелочи, да и такого рода раздражение, после того как поработал с полной выкладкой, вполне понятно. Обижаться на такое глупо, впрочем, и целителю следовало лучше контролировать свои эмоции.

Когда я вышел из госпиталя, было уже темно. На севере продолжали стрекотать пулемёты, рваться гранаты, горизонт освещало зарево пожара, пылающего где-то за стеной ближе ко входу в Аномалию. Скорее всего, это горел напалм, которым залили выползающих через слабое место монстров.

По-хорошему, этот вход надо запечатать, чтобы существа Аномалии не представляли опасности для города. Через укреплённую защитными чарами границу могли прорваться только серьёзные монстры высокого ранга, но их было гораздо легче обнаружить, а соответственно, и вовремя начать на них охоту.

Я старался идти по самой тёмной, плохо освещённой стороне улицы, чтобы меньше бросалась в глаза моя одежда, покрытая бурыми пятнами почти сплошь. Больше, конечно, штаны ниже колена, выше по большей части досталось халату, который я сунул в пакет и отдал санитарке.

Несмотря на мои старания, я всё равно пару раз ловил на себе удивлённые взгляды случайных прохожих, которые старались обойти меня стороной.

— Ни хрена себе! — воскликнул Матвей, когда я вошёл в наше компактное жилище. — Ты где был? Ходил без меня в Аномалию? Ну так же нечестно!

— Успокойся, — усмехнулся я, бросая в угол рюкзак. — Не был я ни в какой Аномалии. Просто очень много раненых сегодня привезли, среди них много тяжёлых.

Рассказывая, я стаскивал с себя штаны и рубашку, потом загрузил их в стиральную машину, бросив в барабан побольше порошка. Надев домашнее, я уселся за стол, где стояла полупустая сковородка с картошкой и тарелка с кусочками копчёного гуся, оставшиеся со вчерашнего. Значит, Матвей всё не осилил или специально для меня оставил.

— Так, подожди, там всё остыло, давай я погрею, — он бросил на кровать замызганный учебник по фауне Аномалии, схватил сковороду с картошкой, закинул туда же гусятину и поставил на разожжённую плиту. Хозяйственный он все же парень. — Пока ждёшь, расскажи подробнее, что там произошло, интересно же.

— Аномалия резко активизировалась, — сказал я, собираясь с мыслями, что ему рассказывать, а что нет. — Хорошо, что мы не пошли с отрядом наёмников в воскресенье, а то судя по тому, что я видел, могли бы не вернуться.

Я без душещипательных подробностей рассказал ему про последнее массовое поступление пострадавших и о том, как мы старались всех спасти. Про фееричный выход главного целителя тоже рассказал, решил не скрывать.

— Ого! — воскликнул Матвей, вытянув лицо от удивления и перестав на какое-то время мешать шкворчащую картошку с копчёным гусем.

Манящие ароматы еды в комнате резко усилились, и я сглатывал слюну в предвкушении.

— Ничего, Вань, скоро и ты так сможешь, — сказал Матвей и начал интенсивно перемешивать содержимое стреляющей жиром сковороды. — Я тебе даже больше скажу, ты ещё круче сможешь, надо только набраться терпения. А настойчивости у тебя хоть отбавляй.

Он наконец выключил газ и поставил шкворчащую сковороду прямо передо мной на деревянную подставку. Она ещё раз возмущённо стрельнула куда-то мимо моего лица и начала затихать, а я схватил вилку и ткнул в первый попавшийся кусок мяса. Перед тем, как сунуть его в рот, пришлось сначала хорошенько подуть.

— Вот такие вот пирожки, Матвей, — сказал я, проглотив первый кусок, почти не жуя. — Путь в Аномалию закрыт, так что охота в ближайшее время отменяется.

— Ты хоть маякни тогда, когда можно будет, — пробормотал погрустневший напарник. — А то получается, зря приехал. Ну не зря, конечно, кое-что мы уже успели добыть. У меня никогда раньше столько денег не было, сколько мы за один вчерашний поход заработали. Кстати, я отнёс броню на доработку, как ты просил.

— Чёрт! — вырвалось у меня и я хлопнул себя по лбу.

— А что, что-то не так? — встрепенулся Матвей. — Но ты же сам сказал!

— Сказал, — вздыхая подтвердил я. — И сам уже об этом забыл. Просто заведующий сказал на работу и с работы ходить в доспехах и с оружием, так как возможны прорывы существ Аномалии в город. Военные поставлены на уши, активированы все турели и ракетницы, усилены патрули. Похоже, в ближайшее время будет весело. На охоту можно будет попасть, просто выйдя из дома. Пока я вспомнил, закрой, пожалуйста, железные ставни на окнах от греха подальше. Не хотелось бы проснуться с какой-нибудь кикиморой в постели.

— Ага, — Матвей кивнул и пулей выскочил на улицу.

Вскоре я услышал скрежет ржавых петель и лязг вворачиваемых болтов. Через пару минут всё затихло, и довольный собой напарник вернулся в дом, закрыл за собой железную дверь и задвинул массивный засов.

— От Туманных Ежей точно спасёт, а насчёт Синего Саблезуба — не уверен, — ухмыльнулся Матвей. — Так что, сходить завтра и доспехи забрать? Они сказали, что очередь и готово будет только к пятнице.

— Давай так сделаем, — сказал я, решив попробовать другой вариант. — У меня тут лишний кристалл есть, предложи им для ускорения процесса, может, завтра к вечеру доделают? Там же не с нуля изготавливать, а только дополнить.

— Я от себя ещё один кристалл добавлю ради такого дела, — улыбнулся Матвей. — Я ведь их вообще не сдавал, для тебя на самом деле берегу. Вот, смотри.

Он залез в тумбочку, достал небольшой холщовый мешочек с утяжкой и высыпал на стол больше двух дюжин кристаллов. Вид у него был довольный, а глазами он искал в выражении моего лица одобрение.

— Ого! — воскликнул я, разравнивая ладонью кучку похожих на топазы кристаллов. — Здорово! Но, Матвей, ты бы мог получить за них кучу денег.

— Я получил замечательного друга, который спас мне жизнь, — сказал мой напарник. Лицо его в этот момент стало абсолютно