Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

— Да-да, помню слова «Капитана» о том, что система изменила физику, химию и всё остальное, — налил я кипятка в пластиковый стакан с кофе. — Но позвольте спросить. Вот, вы говорите, системе не понравился прежний смысл нашего существования. Так? Но что она предложила взамен? Геноцид? Из-за которого, как мне кажется, нас осталось несколько тысяч. Резервации? В которых ютятся остатки человечества? Скажите, каким смыслом была наполнена жизнь человека, имеющего бесконечное время в запасе, в последние пару сотен лет? Что люди создали за это время? Ничего…

— Главное, что человечеству удалось создать своё главное творение, — агент, как и я, перешёл на кофе. — Знаете, что имею ввиду, товарищ Лебедев?

Тут ответ был простым.

— Систему? — сделал я глоток.

— Вы даёте верные ответы, товарищ Лебедев.

Внимание! Активирован скрипт «Верный ответ». Система даёт подсказку.

— Вам это снова удалось, — похвалил меня собеседник. — Какую букву хотите открыть в этот раз?

— Последнюю.

* * Л * М

— Вы готовы назвать слово целиком, товарищ Лебедев?

Я замолчал, принявшись активно вычёркивать все неподходящие слова из списка. К моему удивлению, те варианты, на которые я изначально делал ставку, вылетели в полном составе. Остались такие, как излом, фильм. К этому добавились: облом, голем, залом.

И ничто из этого не тянуло на особое знание для волевика. Наверное, я что-то упускаю.

— Вижу, вы хотите продолжить, — усмехнулся агент, оценив мой задумчивый взгляд.

Я ещё раз взглянул на свой список. Попробовал его дополнить. Но в голову новые слова не лезли. Что ж, буду пока работать с тем, что есть.

Первёл взгляд на «кинокритика». Тот наслаждался пакетированным кофе с овсяным печеньем вприкуску. И это существо что-то говорило мне про бесконечное переваривание?

— Что, если, — решил я зайти с козырей, — я задам прямой вопрос?

— Попробуйте, — пожал плечами агент.

— Вы сказали, что это слово обозначает умение и знание, — начал я издалека. — То, что это чисто теоретическое знание, я сомневаюсь. Система не была бы собой, если бы это было так. Предполагаю, что это какой-то конкретный навык. Я угадал?

— Близко, — отреагировал собеседник лёгким кивком.

— Горячо — надо говорить, — усмехнулся я. — Раз это некий навык или способность, то напрашивается ещё один вопрос. Для чего он конкретно мне нужен?

Я думал агент отвечать не станет. Но он меня снова удивил:

— Для взаимодействия с системой. Вы уже неоднократно этим занимались. Но то был незначительный уровень. В будущем вам понадобится по-настоящему сильный инструмент. Догадываетесь, о чём я, товарищ Лебедев?

«Уровень». «Инструмент». «Уже занимался».

Что всё это значит? И как это применить к тем вариантам, что у меня остались?

Пока напрашивается один вывод: никак. Хотя, навык «голем» пришёлся бы мне в плену очень кстати. Да и в целом был бы полезным. Вот только в данном случае должно быть нечто, завязанное на прямое контактирование с системой. Какой-то интерфейс или нечто вроде того… Но походящих под это слов вспонить не поулчалось. Как же не хватает Айви. Расслабился я с ней.

Так или иначе, а сейчас неплохо бы открыть ещё одну букву, чтобы понять, находится ли слово уже в моём списке или я его упустил.

Пока я размышлял, агент молча сидел на своём месте и молча ждал, когда я заговорю первым. Я же, понимая, что нужно задать не абы какой вопрос, а правильной, рта открывать не торопился.

Так мы просидели ещё несколько минут, пока я пытался подобрать нужные слова. В итоге я решил попытать удачу наиболее острой темой. Той, из-за которой могу лишиться финальной подсказки.

— С кем я сейчас разговариваю? — произнёс я, собирая со стола остатки обеда обратно в бокс. — С системой? Или с тем, кто называет себя «кинокритиком»?

Агент нахмурился. Оно и понятно, эта тема не нравится системным существам. И тому есть веская причина, которую вслух лучше не произносить.

— Я — часть системы, — ответил тот прищурившись. — Как и вы, товарищ Лебедев. Как и всё.

— Если я тоже её часть, тогда для чего мне этот загадочный навык?

— Он позволит открыть барьер.

Наверное, он имел ввиду блокировку уровней.

— А точнее? — продолжал я давить. — Есть какое-то опредлённое место, где я применю это навык? Быть может, это особая ментальная зона? Или обелиск?

— Не только, — один из зрачков агента задрожал.

Ага, я на правильном пути.

— Что ещё? — не останавливался я. — Какие-то предметы? Артефакты?

— То, что преграждает путь, — не по-человечески исказилась мимика «кинокритика».

— Это может быть что угодно? — задумался я. — И даже кто угодно?

— Правильно, — дёрнулась голова агента, будто у сломанного терминатора.

— Серьёзно? — ухватился я за эту деталь. — Этот навык может влиять на живое и неживое? На тварей? Монстров? Ботов? На всех врагов, что встанут на моём пути?

— Не только на врагов, — продолжал «кинокритик» неестественно моргать и дёргать головой.

— Как это понять?

— Что может преграждать путь, кроме существ?

Кажется, я понял.

— Двери?

Внимание! Активирован скрипт «Смысловой ряд». Система даёт подсказку.

— Верно, товарищ Лебедев, — «кинокритик» перестал сбоить и снова разговаривал нормально. — Какой сектор вам открыть?

Изначально я хотел увидеть четвёртую букву. Так бы я получил почти целое слово. Но в таком случае у меня осталось бы много вариантов. А вот знание первой буквы разом бы отсеяла всё ненужное.

— Первая, — дал я свой ответ.

В * Л * М

Опа. Эта буква не просто отсеяла все лишние варианты. Она вообще зачеркнула весь мой список.

— Какие-то проблемы, товарищ Лебедев? — наклонился над столом Агент. — Напоминаю, подсказок больше не будет. У вас осталось три попытки, чтобы назвать слово, — он поднялся со стула и добавил. — Кстати, спасибо за обед. Это был… интересный опыт.

Не слушая агента, я сидел над своим блокнотом, пытаясь понять, какое слово я упустил. Слово, одновременно способное, как победить врагов, так и открыть двери.

Но что общего между дверью и, например, тварью?

Я поднялся на ноги и, трепля свои волосы, прошёлся по залу.