"Фантастика 2026-77". Компиляция. Книги 1-19 - Виктория Богачева

Что-то случилось с ней там. Что-то непоправимое и страшное.

Она смогла сбежать. До или после гибели князя Тивадара? Ульвар этого не знал. И что за странный человек её сопровождает? Новый телохранитель? Нанятый слуга? Любовник? Непонятно. Ульвар не мог прочитать его бесстрастный взгляд.

— Это — Шэн.

Король приподнял бровь. Даже так?

— Шэн, который Белый дракон?

Джайри изумлённо посмотрела на Ульвара, и тот усмехнулся. Ну да. Откуда ей было бы знать о знаменитом убийце князя Тивадара? Лучший из лучших, неумолимый и бесшумный, словно сама смерть. Тот, про кого говорили, будто он может проходить сквозь стены.

Шэн молча наклонил голову. То ли подтвердил, то ли просто поприветствовал. «Надеюсь, Джайри его купила, — мрачно подумал Ульвар. — Было бы неплохое приобретение в казну…».

— Рад такому знаменитому гостю, — улыбнулся король. — Приятно вас видеть, ведь, говорят, в иных случаях, человек даже не успевает увидеть. Вы с нами?

— Нет. Моя задача была передать вам герцогиню. Я её выполнил.

Негромкий, даже скорее тихий голос с нечитаемым выражением.

— Шэн! — горестно воскликнула Джайри.

Слишком расстроенно.

— Очень жаль, — Ульвар вздохнул. — Тогда помогите, пожалуйста, герцогине дойти до кареты. Полагаю, Джайри лучше дальше ехать в ней.

Шэн молча спрыгнул с коня, подошёл к девушке, и она скользнула в его объятья. И застыла на миг, расстроенно глядя в лицо. Шэн улыбнулся ей. Тепло и подбадривающе. И вот этот взгляд Ульвар смог прочитать. Так смотрит мужчина на свою женщину. Тут и свечку не надо держать, не нужны палачи с допросами.

Ульвар чуть прищурился.

— Я же обещал, — мягко сказал Шэн. — Сделаю и приду.

Он выпустил её из рук и подал руку, сопровождая в карету. Король взглянул на Бэга. Приподнял бровь. Тот понятливо усмехнулся.

Когда дверца кареты закрылась, Шэн направился обратно к коню.

— Хочу вас поблагодарить за помощь, оказанную герцогине Джайри, — любезно заметил Уль. — Мы безмерно благодарны вам. Хранителей у нас всего семеро, и каждый нам дорог и ценен. Мне нечем отплатить вам за такую бесценную услугу. Может, возьмёте золото?

Шэн оглянулся. У него оказались серо-зелёный, узковатые, чуть раскосые глаза.

— Мне достаточно вашей благодарности, ваше величество, — произнёс, наклонив голову. — Она бесценна. Всё остальное слишком дёшево.

Ульвар удивился. «Ты неплохо подкован, мой друг. Интересно, откуда…».

— В таком случае, надеемся вновь увидеть вас. При свете дня, конечно. Если вдруг когда-нибудь моё величество сможет быть вам чем-то полезным…

Ульвар, не дожидаясь ответа, развернул Фрэнгона, и всадники продолжили путь.

* * *

Было очень странно, что Джайри больше нет и не будет рядом… Его уколола та безумная радость, с которой девушка бросилась навстречу Ульвару. И, когда она села в карету, и королевская свита тронулась в путь, Шэн внезапно ощутил странную пустоту.

Он неторопливо пошёл к своему коню. «Я рожу тебе сына», — вдруг вспомнилось ему, и на душе стало теплее. Надо сделать то, что сделать надо, и потом уже всё взвесить и подумать… Но отчего всё же вдруг так пусто?

Небо — то же, горы — те же…

Вдруг что-то обожгло его яростной болью, и Шэн упал. Спина, грудь… Вокруг затанцевали язычки пламени, обжигая. Мир разгорался пожаром. Боль стала невыносимой. Шэн попытался подняться, но один из язычков отделился от огня и затанцевал перед ним. Мужчина замер, с трудом вдыхая. Каждый вдох причинял невыносимую боль.

— Шэн, Шэн, — запел огонёк, — а ведь ты обещал, что никого никогда не будешь больше любить…

— Сайя…

Это была она. Маленькая, величиной не больше ладошки, тонкая, гибкая. Она танцевала и смеялась.

— Шэн, я пришла за тобой… Мы будем вместе… Я так долго ждала…

Он поднялся и бросился к ней, но огонёк скользнул и замигал впереди.

— Шэн, догоняй!

И он побежал. Падая, задыхаясь от боли, поднимаясь снова и снова…

* * *

Бэг сплюнул, закинул арбалет за плечо, развернул лошадь и поскакал догонять свиту короля.

Глава 30

Ты все равно будешь моей

Джайри, искупавшаяся, побывавшая в руках опытных целительниц и травниц, отдохнувшая и посвежевшая, сидела в уютной малой гостиной Шёлкового дворца и потягивала крепкое тинатинское вино, от которого чуть кружилась голова. Нежно-голубое платье с чёрным лифом мягко мерцало и переливалось в отблесках жарко растопленного камина. Кроме Джайри и Ульвара в гостиной больше никого не было, и девушка, нарушая приличия, сидела в мягком кресле с ногами.

— Кто-то подставил Альдо, — горячо возражала она. — Уль, ну не мог этот мягкотелый, хоть и бешенный, телёнок строить заговоры… Ты же его как облупленного знаешь!

— Ржавый кинжал раз в столетие падает и протыкает сонную артерию, — меланхолично парировал Ульвар. — Это очень самонадеянно, Джай, думать, что ты хорошо знаешь человека.

— Может поручишь это дело мне? Я разберусь. Уверена, что смогу докопаться…

— Я взял этот заговор под личный контроль. Ты же очень меня обяжешь, если возьмёшься за строительство университета. Настало время нанимать бригады и заготавливать материалы. Дело долгое, тебе на всю жизнь хватит.

Серые глаза радостно вспыхнули.

— То есть, ты не будешь меня запирать в особняке и…

Ульвар приподнял бровь.

— Отличная мысль, Джай. Как-то мне в голову не приходило раньше.

Девушка просияла, но смутилась.

— А как же с моим… замужеством? Ты же знаешь, не можешь не знать? У тебя же везде лазутчики.

— С твоим вдовством, ты хочешь сказать?

Джайри вздрогнула. Вино плеснуло и испортило платье.

— Тивадар мёртв? Но как? Убили? Но кто мог? Или…

— Не поверишь. Я. Ну, по крайней мере, так считают в Тинатине. Какая-то юродивая рабыня всем рассказывает, что я залез в окно, убил князя и улетел, обернувшись вороной. При этом у меня были тёмные волосы, и я был в чёрной одежде.

— Почему тогда она решила, что это был ты?

— А я любезно представился.

— Провокация, — задумчиво кивнула Джайри. — Но кто это мог быть?

— Не так много в мире людей, способных убить Тивадара. Тем более, что князь защищался, и у него была сабля. Я, кстати, себя к этому числу избранных не отношу. Это мог бы быть Шэн, но он был с тобой. Железный дракон, но его бы узнали, он слишком известен в Тинатине. Андраш, Восточный ветер, но у Андраша светлые волосы. Его брат Джерго, Северный ветер. Ещё Джарджад, племянник Персикового султана, по внешности подходит. Ярдард, мой брат. И Глематис Гленнский, вассал короля Амбруса, известный тем, что уже раз пять побывал в тюрьме за разбои, насилия и грабежи. Смутьян, ловелас и плут. Но где Тинатин, а где — Гленн. Наиболее вероятны из них Джерго и Джарджад. Мёд или Персик. И тот и другой заинтересованы в нашей ссоре с Тинатином. Я склоняюсь к султанату. Ума не приложу, что Северный ветер мог забыть в княжестве. Конечно, Иштван мог бы разыграть такую карту, но… Джерго не очень-то послушный ветер, скажем честно.

Джайри допила вино. Было непривычно снова окунаться в мировые проблемы, разгадывать интриги. Как же ей не хватало всего этого в Золотом гнезде! И вот того доверия, уважения, как к равной, которое было по отношению к ней у Ульвара.

— Эвэйк меня ненавидит, — призналась честно. — Он охотно поверит во всё… Ты знаешь, что новый князь — внук Инрэга, Серебряного щита? Того самого, который утонул лет двадцать пять назад… Там долгая история, но в итоге новый князь будет ненавидеть Элэйсдэйр. Даже если он поймёт, что это провокация, то сделает вид, что поверил. Значит, ждать войну на востоке?

Ульвар побарабанил пальцами по столику. Улыбнулся меланхолично.

— Война на востоке будет. Но не с нами. Тивадар был сильным игроком. Сильнее своего отца. Эвэйк — слаб. Золотой дракон умер при загадочных обстоятельствах. Мы посеем среди драконов смуту. Тинатин погрязнет в междоусобной войне. Думаю, Иштван включится в эту игру, да и Султанат точно не останется равнодушным…

«Бедный Шэн, — вдруг подумала Джайри. — Это ведь его земля…».

Ей вдруг представились замки в пожарищах, гибнущие селения и…

— Уль, — прошептала герцогиня, стиснув тонкую ножку бокала, — не надо…

Король удивлённо взглянул на неё.

— Что не надо?

— Междоусобицы… Это сотни смертей и…

Ульвар откинулся на спинку кресла и посмотрел на собеседницу долгим, задумчивым взглядом.

— Мы потом с тобой это обсудим, — наконец вымолвил