Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

— Очень смешно, — фыркнул Рат, но на всякий случай всё же отодвинулся подальше от двери, поближе ко мне. — Ты лучше скажи, с потным-то что делать. За ним присмотреть?

— Обязательно, — серьёзно кивнул я. — Но очень, очень осторожно. Он просто пешка. И если он что-то задумал, это значит, что за ним стоит кто-то покрупнее. Кто-то, кому очень не хочется, чтобы я победил в этом балагане. Но лучше доверь это своим городским…

Не успел я договорить, как на столе тихонько пиликнул мой смартфон. Входящий видеозвонок. Я бросил взгляд на экран и похолодел. Максимилиан Дода.

Я махнул рукой Рату, чтобы тот немедленно спрятался, и провёл пальцем по экрану. Крыс испарился так быстро и бесшумно, будто его и не было вовсе. На экране появилось слегка расплывчатое, но знакомое лицо Доды. Он выглядел усталым, но глаза… глаза у него были цепкие. Он не стал тратить время на пустые приветствия.

— Игорь, — его голос из динамика прозвучал ровно и сухо, без малейшего намёка на дружелюбие. — Надеюсь, встретили вас дружески. Иначе даже боюсь представить, что вам уготовано. Хотя… мы два взрослых человека и понимаем, ради чего был затеян весь этот спектакль.

Я молча слушал, ожидая, когда он перейдёт к главному. Дода был не из тех людей, кто звонит, чтобы просто поинтересоваться о здоровье. С другой стороны, я слишком ценный для него актив, можно и переступить через себя, чтобы позвонить повару, который в будущем принесёт тебе миллионы. И да, примерно на такие суммы я и рассчитывал.

— А теперь слушай меня внимательно, — продолжил он, чуть подавшись вперёд, так, что его лицо заполнило собой весь маленький экран. — Этот конкурс, это дурацкое шоу… это для тебя идеальная сцена. Ты для меня сейчас не повар, приехавший из Зареченска. Ты — бренд. Живой, дышащий и говорящий бренд под названием «Честный вкус от Белославова». Ты это понимаешь?

Я медленно кивнул. Ещё бы я не понимал.

— Пока ты там, на этой арене, будешь очаровывать домохозяек своей честностью и бросать вызов этим напудренным аристократам, я начну работать. Прощупывать почву. Искать хорошее помещение. Договариваться с нужными чиновниками. Я собираюсь открыть первый «Очаг» прямо там, в Стрежневе. Под самым носом у графа Ярового и его дружков. Но чтобы это сделать, мне нужен таран. Понимаешь, о чём я? Мне нужны твои победы. Каждая твоя удачная фраза в эфире, каждый восторженный отзыв в газетах, каждая твоя маленькая победа на этом дурацком шоу — это мой снаряд. Снаряд, которым я буду пробивать толстую стену местных бюрократов, их взяток и откатов.

Он замолчал на секунду, давая мне осознать весь масштаб его плана.

— Так что ты уж постарайся, Игорь. Встряхни этот городок хорошенько. Сделай так, чтобы о тебе говорили в каждом доме, на каждой кухне. Чтобы название «Очаг» было у всех на слуху. Мне нужна громкая, безоговорочная победа. И ты мне её обеспечишь. Я в тебя верю.

С этими словами он прервал звонок, даже не попрощавшись.

Я ещё несколько секунд тупо смотрел на погасший экран телефона. Чай в чашке давно остыл. В голове было пусто и гулко.

— Да чтоб вас, — устало вздохнул я. Любой нормальный человек уже бы ругался на себя и на всех остальных, но… разве нормальным может быть тот, кто умер и оказался в чужом теле и в мире, где практически нет натуральных специй? Вот то-то и оно. Поэтому улыбаемся и работаем!

* * *

Ранним утром в дверь номера забарабанили. Настойчиво, почти панически.

— Игорь! Игорь, ты проснулся? Мы же опоздаем!

Голос принадлежал Свете. Я спокойно открыл дверь. Журналистка стояла на пороге, взъерошенная, с тёмными кругами под глазами и телефоном, зажатым в руке. Увидев меня, она замерла. Я уже был причёсан и абсолютно спокоен. Сорок лет в ресторанном бизнесе научили меня одному: повар на работу не опаздывает. Никогда.

— Доброе утро, Светлана, — произнёс я. — Кофе?

Она с шумом выдохнула, словно из неё выпустили воздух.

— Слава богу! Я уж думала, всё пропало. Думала, ты проспал.

Она с облегчением прислонилась к дверному косяку. Я лишь хмыкнул про себя и взял свой походный рюкзак, в котором лежал завёрнутый в ткань нож. Мы молча спустились вниз и сели в поджидавшую нас машину.

* * *

Повсюду сновали люди в чёрной униформе. У всех были озабоченные лица и гарнитуры в ушах, в которые они постоянно что-то бормотали. Где-то в полумраке, на трибунах, сидели зрители. Их не было толком видно, но оттуда доносился монотонный гул, и я физически ощущал на себе десятки любопытных взглядов.

Нас выстроили в шеренгу за длинными столами. Напротив, за отдельным столом, восседало жюри. Трое. Два мужика и одна женщина, все с такими постными и скучающими физиономиями, будто их сюда притащили силой.

Один, с нелепыми, залихватски закрученными кверху усами, лениво почёсывал их кончик. Сразу видно — позёр. Второй, совершенно лысый, в очках с тонкой оправой, больше походил на бухгалтера, чем на ценителя еды. Женщина смотрела на нас свысока, поджав тонкие, недовольные губы. Я сразу понял — эти люди пришли сюда не за открытиями. Они пришли судить и выискивать ошибки.

Наконец, когда напряжение стало почти осязаемым, на залитую светом площадку выскочил ведущий. Молодой парень с приклеенной к лицу белозубой улыбкой.

— Дамы и господа! Леди и джентльмены! — закричал он в микрофон, и его голос, усиленный динамиками, ударил по ушам. — Я рад приветствовать вас на главном кулинарном событии этого года! «Повар всея Империи» объявляется открытым!

Глава 6

Зрители на трибунах одобрительно зашумели и захлопали.

— Сегодня нашим отважным поварам предстоит первое, но, пожалуй, самое важное испытание! — ведущий сделал паузу, обводя нас взглядом. — И это испытание называется… Свобода Выбора!

За его спиной с тихим гулом раскрылась массивная стена. Мы все, даже я, непроизвольно вытянули шеи. За ней оказалась кладовая.

На толстом слое колотого льда, от которого веяло холодом, лежали морские деликатесы. В стеклянных холодильниках красовались куски мяса. Дальше, на полках стояли сотни баночек и коробок. Сверкающие кристаллы, разноцветные порошки, жидкости всех оттенков радуги.

— Правила до смешного просты! — продолжал кричать ведущий, перекрывая шум толпы. — У вас есть всего пять минут, чтобы выбрать из этой сокровищницы любые ингредиенты на свой вкус! И ровно один час, чтобы приготовить блюдо, которое поразит наших уважаемых судей! Итак… Время пошло!

Где-то ударил гонг, и гонка