Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

— Пойдём, — парень потянул на себя руку и вцепившегося в неё духа. — По такой хляби до деревни дай боги если к вечеру доберёмся.

Лийриша, распахнув глаза, смотрела, как высокий и крепкий Харид, согнувшись, танцует с Иией под музыку, льющуюся из шкатулки. Тихий размеренный перестук молоточков очень знакомого мотива.

Риша прекрасно помнила, что никогда не любила ридеру — танец отца и дочери. Она боялась танцевать с собственным отцом. Но сейчас ей почему-то очень хотелось оказаться на месте маленькой дочери, которая заливисто смеялась, когда отец подхватывал её на руки и кружился вместе с ней.

Лийриша не любила ридеру, но почему-то сейчас она начала в этом сомневаться.

Поймав лукавый взгляд синих глаз, женщина вздрогнула и метнулась прочь, обругав себя уже в коридоре. И чего она испугалась? Харида?

Нет, она его не испугалась. Щёки опалил жар. Он её смутил.

Харид смущал её постоянно, одним своим присутствием. Рише было достаточно просто на него посмотреть, и в голове сразу начинало вертеться: он её муж, у них есть дети, а значит… Дальше воображение распалялось. Что удивительно досадно, Лийриша прекрасно представляла, что могло происходить между ними под покровом ночи в спальне, но совершенно не помнила, откуда почерпнула столь… волнующие знания. А Харид ещё так смотрел, одним взглядом обещая напомнить всё-всё-всё! И если бы он только взглядами ограничивался! Риша досадливо закусила губу.

До дворца они добирались четыре дня. Ехали не спеша, ночевали только под крышей, в тепле и мягкой постели. Поганец Риш бросил их почти сразу. Сказал: «Дела государственные не ждут», — и улетел. А Рише было неловко в компании мужа-незнакомца, который так неприкрыто радовался ей, что становилось ещё неудобнее. Ведь Риша его не помнила, но помнила, как он плакал в их первую встречу, прижавшись лицом к её животу.

Он ведь… любит её, да?

Когда Харид прилетал к ней в гости, Риша его совсем-совсем не боялась и ничуточки не смущалась, даже когда они лежали под одним одеялом. Но в дороге она едва могла сидеть с ним одном экипаже. Харид словно бы не испытывал никаких затруднений. Он грел в объятиях детей, перешучивался с ними, нежно-нежно смотрел на неё и выглядел совершенно счастливым. Риша старательно держала язык за зубами и пыталась вести себя спокойно, чтобы не пугать детей. Зиш и так уже что-то заподозрил и, похоже, очень из-за этого переживал. Вчера он подошёл к ней и просил, чтобы она не обижалась на папу. Он сражался с колдуном изо всех сил, но на стороне злодеюки были орды колдунов послабее. И папа потом очень долго болел. Переживания сына кольнули Ришу прямо в сердце, и она теперь старалась хотя бы в присутствии детей вести себя с Харидом понежнее.

Чем тот беспринципно пользуется! Вот хотя бы прошлый вечер! Зиш заявил, что он хочет спать с родителями, и этот негодяй Харид, взяв обоих ребятишек, пришёл к ней в спальню. И всю ночь спокойно проспал в одной с ней постели. А она глаз сомкнуть не могла! Смотрела на освещённое лунным светом расслабленное лицо, серебрящиеся волосы и ресницы и изо всех сил удерживала лисичку, которая рвалась прижаться к груди мужчины и уткнуться носом в его шею. От него исходил едва уловимый запах пера, железа, а под одеялом от него расползалось тепло, которого хватало и на детей, и на неё. Хотелось коснуться Харида хотя бы одним пальчиком, почему-то казалось, что будет большим удовольствием потрогать даже его волосы.

То, что дети так сильно похожи на него, волновало Ришу ещё больше. Она смотрела на сына и дочь, и у неё не возникало никаких сомнений в том, кто их отец. И ей было страшно любопытно, как же так вышло, что она стала женой такого красивого и такого взрослого мужчины.

Томимая любопытством, Лийриша решила поинтересоваться у Врея и пожалела. Тот заявил, что они просто с ума сошли и сходят до сих пор. Узээриша она спрашивать уже не рискнула: этот точно ничего хорошего не скажет!

— Риша.

Харид так неожиданно появился в коридоре, что Лийриша вздрогнула, словно он застал её за покражей своей рубахи (хотя тогда её поймал Зиш, но он обещал молчать), и нырнула в первую приоткрытую дверь. И оказалась в небольшом кабинете. Досадливо зашипев, Риша повернулась к выходу, но там, привалившись плечом к косяку, уже стоял улыбающийся Харид.

— Я не хотела убегать! — тут же заявила Лийриша. — Это не нарочно.

— Ты меня боишься? — тихо спросил Харид.

— Я? Нет… — Риша осеклась. Признаваться, что муж её смущает и при его виде в голове начинают роиться очень неприличные мысли, не хотелось. Стыдно как-то. — Мне просто нужно время, чтобы привыкнуть. Я же совсем не помню тебя.

Иер прошёл внутрь, и дверь тихо клацнула за его спиной, закрываясь. Занервничавшая Риша поспешила отвернуться, и взгляд её упал на полусаженную вазу золотой керамики, покрытую красной глазурью. Её тут же ошеломили воспоминания, как она склеивала осколки и старательно прокрашивала места, где отвалилась глазурь. И вдруг не вспомнила, а догадалась, что это кабинет Харида.

— Прости меня, — горячий шёпот обжёг ухо. — Я не смог защитить тебя и Иию. Именно я распорядился отправить тебя в орден Типиша, потому что сам оказался совершенно беспомощен. То, что ты не помнишь меня, это моё наказание. Прости меня, я оказался слишком слаб, но я всё ещё безумно люблю тебя и хочу, чтобы ты полюбила меня вновь. Позволь мне попробовать, не убегай от меня, не отталкивай.

Риша сжала задрожавшие пальчики и сглотнула, чувствуя, как наливается жаром шея, которой касалось жаркое дыхание.

Иерхарид обошёл Лийришу и встал перед ней, вперив взор в вазу.

— Когда-то ты её разбила. Случайно. А потом из-за чувства вины и благодарности ко мне склеила. И знаешь, такой она нравится мне больше, чем раньше. Я не знаю, получится ли мне склеить то, что было между нами, но позволь мне попытаться. Если ты сердишься на меня, злишься, я готов искупить вину любым способом, каким пожелаешь.

Лийриша смотрела на его спину широко распахнутыми глазами и слушала, как стучит сердце в ушах. Во рту пересохло от волнения. Она ничуточки не сердилась на Харида, вот вообще, и слова сорвались с её губ не иначе как при пособничестве Тёмного духа:

— Тогда раздевайся!

Иер медленно повернул голову и