Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

сейчас было немного не до того. Да и противник, казалось, очевидно всё сильнее сдавал позиции. Да, он старался держать удар, но наконец-то наступил тот момент, когда его начала подводить выносливость. Огромный меч Газини больше не мелькал беспорядочными бликами в опасной близости от моей головы. Теперь каждое движение противнику давалось много тяжелее, чем в начале нашего боя, не говоря уже о том, что противостоять мне вслепую он нормально тоже не мог.

К слову, все его попытки телекинезом отбросить моих светлячков приводили лишь к краткосрочному эффекту — рой частично разлетался, но место одних тёмно-бордовых звёздочек тут же занимали другие, в то время как первые облетали телекинетическую стену и вновь вгрызались в барьер Газини. Стоит ли говорить, что отвлекаясь на эту борьбу, он только облегчал мне задачу?

Отметив, как на теле врага вспыхнул очередной прогоревший артефакт, я решил, что пришло время для более неординарных действий. По крайней мере, подобную тактику лично я применял в реальном бою крайне редко.

Немного подставившись и тем самым спровоцировав оппонента на попытку контратаки, я тут же воспользовался моментом его уж слишком медленного рубящего удара: увернувшись, шагнул вперёд и, легко оказавшись у противника за спиной, тут же присел. Ожидаемо последовал мощный горизонтальный удар с разворотом — Лузала довольно резко крутанулся на месте на сто восемьдесят градусов. На это я, опять уклонившись, ушёл за спину ставшего слишком медленным амбала.

Дальше было дело техники: подставить ногу, рвануть за плечо и подтолкнуть Газини телекинезом. Конечно, более логичным казалось в этой позиции нанести несколько ударов кинжалом в спину врагу, но я хотел разом решить исход схватки, а не сжечь ему ещё несколько камней. Кто его знает, сколько ещё у этого ублюдка такого добра? Он и так давно побил в этом плане все мыслимые и немыслимые рекорды. Я даже не берусь представить, каким образом можно обвешать себя таким количеством защиты. Хотя… вспоминая огромное ожерелье на его шее, которое Лузала без лишних стеснений демонстрировал во время своего визита в Москву со своими коллегами в ту пору, когда они ещё надеялись меня завербовать, кое-что всё-таки вставало на свои места.

Негр грузно грохнулся на землю, чем в тот же миг воспользовалась вся толпа моих бесов. Ну и я, конечно, тоже. К счастью, как оказалось, у всего был предел — мои ожидания не оправдались, и буквально на четвёртом или пятом ударе, тут точно было сказать трудно, впервые пролилась вражеская кровь.

— А-а-а-а-а! — раздался резкий вопль боли.

Светлячки мгновенно впились в лицо Газини, принося тому порцию просто непередаваемой ужасной боли. В ту же секунду я их отозвал назад — быструю смерть этот ублюдок точно не заслуживал. Да и были к нему кое-какие вопросы…

Резкий удар — и рука, удерживающая клинок, с пронзительным звуком отделилась от чёрного тела. Противник такого ранга, даже лёжа на земле и корчась от боли, представляет опасность, а с целой ведущей рукой и артефактным клинком в ней — и подавно.

Поток непереводимой брани, а другого в такой момент человек говорить, извиваясь от боли, просто не мог, обрушился на меня в следующую секунду.

«Пить!» — бросил я для бесовки, ощущая резкий накат слабости. Организм, до этой секунды стойко справлявшийся с перегрузками, срочно дал о себе знать, едва понял, что можно немного выдохнуть. И за это спасибо.

— Сколько насчитали? — вслух поинтересовался я у демонов, осушив первую флягу.

При этом не переставал буравить катавшегося по земле темнокожего амбала без руки. Уроду сейчас не позавидуешь — сильнейший ожог кожи лица и насильная ампутация конечности… Впрочем, я точно не был тем человеком, кто мог его хоть немного пожалеть.

— Тридцать два, господин.

— Мэрзкии ублиюудок! — с грубым акцентом прорычал Газини, наконец найдя меня взглядом. Это настоящее чудо, что мои звёздочки не сожгли ему глаза.

Хотя нет, один всё же пострадал…

Отбросив фляжку и треснув Газини по лицу плоской частью клинка, я, придавливая его вдобавок телекинезом, деланно спокойно произнёс:

— Даже не знаю, что ты можешь мне предложить, чтобы купить лёгкую смерть.

Английский у Газини был много хуже моего, но судя по исказившейся в гневе роже этого ублюдка, он прекрасно понял мой посыл. Даже плюнуть в ответ попытался, но нормально это сделать не смог — в рот упёрлась холодная сталь моего меча.

— Работайте с ним. Потом доложите, — бросил я для демонов, поворачивая взгляд в сторону направляющегося ко мне княжича Белорецкого.

— Что-то ты долго с ним, — коротко улыбнувшись, бросил подошедший.

— Силён, — не став отрицать очевидное, ответил я, следом прикладываясь к уже третьей фляжке.

На этот раз сделал всего несколько коротких глотков. В голове внезапно всплыло понимание, что сразу слишком большое количество жидкости организму может и повредить… Моё тело ведь не насос какой-то и явно не предназначено для того, чтобы из него за короткий срок резко выкачивали, а потом вновь вкачивали жидкость. Да ещё и не один раз… Лекарю бы показаться.

— Мы зачистили лагерь. Ребята занимаются допросом пленников. В целом, атака на этом направлении однозначно провалилась. Что там в других местах?

— На пленников можете забить, — присаживаясь на задницу и болезненно поморщившись, ответил я. — На других направлениях… да вроде нормально. Докладов о пробоях обороны не приходило, — немного помешкав и прислушиваясь к ощущениям, я добавил: — У тебя там лекарь был. Давай его сюда. Чёт нехорошо мне.

— Да, есть такой, — хмуро меня оглядев, ответил Андрей, не став задавать лишних вопросов. — Сейчас, погоди.

Состояние и правда было паршивенькое. Слабость, неприятное ощущение во рту и горле, странная головная боль и, кажется, даже в почки отдавало неприятной пульсацией. Я, можно сказать, впервые за долгое время почувствовал себя обычным человеком. Сраный Газини…

Амбала, кстати, демоны перенесли вглубь леса, чтобы без лишних свидетелей сделать свою грязную работу. Прежде чем одарённый такого уровня в себя кого-то пустит, его требовалось немного довести до нужного состояния… Как бы ужасно это ни звучало.

Я не сторонник лишней жестокости, но в ситуации, когда от срочности получения информации может зависеть много жизней, приходилось прибегать и не к такому.

Лекарь прибыл быстро — по моему приказу его переместили сюда бесы. Можно было, конечно, попросить их и вовсе перетащить меня в Москву порталом, дабы попасть в руки не к боевым специалистам, а к серьёзному целителю, но я этот вариант рассматривать не стал. Вопрос с Габоном еще не был решён, и дел здесь у меня более чем хватало. А ещё в голове вертелась последняя