Опоздавшие к лету - Андрей Геннадьевич Лазарчук

локализации. Короче, чего-то аналогичного по функциям… нет, тоже вру. Допустим, существуют и Бог, и Дьявол, но ни тот, ни другой не есть добро и зло в чистом виде, они вообще внеморальны, внеоценочны, у них есть какие-то свои интересы, своя борьба, людей они используют в этой борьбе, но сами люди им глубоко безразличны… Причем и Бог, и Дьявол существуют самодовлеюще, но – лишь в сознании людей. Как описание процессов реального мира. И вот эти процессы становятся все более интенсивными, более сложными, запутанными – и тут в них начинает вмешиваться человек… Вы еще не отключились?

– Нет, – сказал Лот.

– Это вмешательство странно, не вполне самостоятельно и абсолютно нерационально. Человек выступает ни на чьей стороне – и даже не на своей, что парадоксально лишь на первый взгляд. Он вообще пока не догадывается, что ввязался в чью-то борьбу.

– И все-таки – при чем тут я?

– Были подозрения, что вы действуете не по своей воле. Если позволите, я не стану говорить, откуда они взялись.

– Так. Ну, и?..

– Не подтвердились.

– А, понял. Вы меня исследовали, пока я спал. Помню, были такие странные сны…

– Знаете, Лот, вы удивительно уравновешенный человек. Я удивлен.

– Нет, – сказал Лот. – Я нервный и неуверенный в себе тип. Мне стоит больших усилий держаться так, как я держусь.

– Все равно. У вас здорово получается. Хотите, я доскажу, что начал? Немного осталось.

– Хочу.

– Вы сегодня увидели все, что можно увидеть. Многого, конечно, не поняли – не спец. Ничего. Понимаете, это все частности. А в целом – мы пытаемся разобраться в той самой борьбе Бога и Дьявола. Выяснить цели, средства, механизмы. Понять наш интерес. Суметь защититься. Если успеем, конечно…

– Бог и Дьявол… – Лот произнес слова медленно, пробуя языком. – Как я понял, вы употребляете эти термины не в метафорическом смысле?

– Нет. Именно как термины. С другой стороны, вы понимаете, весь наш мир – это одна большая метафора…

– И – обладающие теми способностями, которые им приписывает молва?

– В части власти над живой природой – да.

– Всемогущество?

– Практическое всемогущество. Может быть, имеющее границы – но я этих границ не знаю.

– Всеведение?

– Абсолютное.

– Как насчет всеблагости?

– Я бы сказал – всебезразличие.

– С обеих сторон?

– Может быть, есть какие-то оттенки отношений. Но опять же, я их не знаю.

– Так… А человек?

– Человек становится почти всеведущ и готовится к всемогуществу. Думаю, это вы уже поняли.

– Но подождите. Бог и Дьявол – они существуют в сознании человека или в окружающем мире?

– А какая разница? Где вы проведете границу? Как отличите одно от другого?

– Да, действительно… – вяло сказал Лот. – Вы правы.

– Я, например, вообще не знаю, существует ли что-нибудь в окружающем мире. Может быть, мы с вами – два слизняка, заползших на один валун… а все вот это вокруг и все, что с нами было и будет, – лишь запятая в нашем разговоре…

– Это вы-то, профессор, – грубый материалист?

– При всем при этом – да. Знаете, Лот, вот вы поработаете немного с мозгом – станете сомневаться вообще во всем. Внезапно окажется, что в любом мировоззрении опереться можно только на собственное невежество. Кстати, можно нескромный вопрос?

– Попробуйте.

– Я помню, в восьмидесятые годы, когда вы учились, в моде были галлюциногены. Я думаю, и вы пробовали их. Не можете ли вспомнить, что именно вам привиделось?

– Нет, – резко сказал Лот. – Не могу.

– Понятно. Значит, все помните, но говорить не хотите. Потому что это было страшно, и с тех пор вы этой химии на нюх не выносите. Хотя, если услышать описание ваших видений от постороннего человека – покажется простеньким и невинным. Вам казалось, что вы приросли спиной к другому человеку и вынуждены подстраиваться под его движения. Спина к спине. Такие сиамские близнецы. И, в сущности, это все. Я прав?

– Да, – без голоса сказал Лот. – Откуда?..

– Нас тут таких – почти сорок человек. После Каперской зоны. У всех – одно и то же. Так что появление ваше здесь было не случайным. Поразмыслите над этим.

– Да… Я… постараюсь…

– Спокойной ночи. Если хотите – в шкафчике снотворное. Будить вас завтра не станут.

Меестерс вышел. Лот лежал без движения, ошеломленный услышанным. Ника, в панике позвал он и прислушался к ответу. Сухой звук – как от щелчка по спичечной коробке. Ника…

Он уже знал, что ничто не отзовется.

Микк

– Ладно, – сказал Ноэль, бросая на стол еще одну полоску распечатки. Их уже много лежало на столе, и некоторые должны были бы уже съехать на пол, но цеплялись друг за друга и пока не падали. – Механику этого дела мы поняли. Пусть кто-нибудь объяснит мне, в чем его смысл.

Микк взял последнюю бумажку, подержал перед глазами, положил обратно. В принципе, то же самое: слева – «Ника Буковчан, 23 года, БОМЖ/03, временное УЛ N_709830, социальное страхование – прочерк, медицинское страхование – ИСО 02/3. Обращение в файл 16.08.04, повод: неотложная мед. помощь. ДС: фобический шок IV. ОП: Ш-Г мод. Амб.» Справа: «ВОССТАНОВЛЕНО: Ника Андерсен, урожд. Буковчан, 23 года, проживает: Альбаст, ул. Цепная, д. 144. Муж Грегори П. Андерсен, 30 лет, водитель. Род занятий: швея. Социальное страхование Ф-XII, медицинское страхование “НПН” N_23098167. ИСО 00/0. Обращение в файл: 16.08.04. Повод: неотложная мед. помощь. ДС: фобический шок IV. ОП: Ш-Г мод. Госп.» Но, конечно, и здесь никакого «госп» не было: возиться с бродяжкой без страховки! Промыли мозги, поставили на крылечко и наладили пинка… гуманисты херовы. Неужели нельзя хотя бы по внешнему виду отличить приличную замужнюю даму от бродяжки? Или доверие к официальной информации оказывается сильнее здравого смысла? И те, которые переписывали файл: видно же, что вранье. Ну не может быть такого, чтобы в файл бродяжки обращались только один раз. Ее что, ни разу не задерживали? А откуда тогда индекс социальной опасности «02/3»? А, господа?

– Почему, интересно, они одним имена меняют, а другим – нет? – тупо спросил Кипрос.

Нет ничего важней, чем это выяснить, с внезапным раздражением подумал Микк.

– Наверное, в зависимости от того, кого они ожидают… ну, кто будет искать, – сказал Ноэль.

«Он соображает, а я – уже нет», – понял Микк. Вслух он сказал:

– Агнессу не трогали, потому что есть Флора. Флора приходит и требует: дайте мне тетушку. Они говорят: вот тетушка. Такого-то ушла и не вернулась. А здесь…

Он замолчал и стал рыться в бумагах. Наконец, нашел то, что вспомнилось и перебило рассуждения.

– Это ее муж, – сказал он. – Вот: вставлено, что шестого августа погиб в автокатастрофе…