"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

самого Рыбного канала, установили оцепление на территории и двинулись в обратный путь. Аглар остался давать Марашу пояснения. Вооруженных преступников попалось только двое. У прочих для защиты не было при себе даже зубочистки. Если негодяи и ждали полицию, то не сегодня – все их оружие оказалось свалено в углу склада с прессом, под соломой.

Шан по пути рассказывал Джу, что по вычитанной им где-то научной теории после пытки скукой у человека появляется тяга к разрушению, поэтому следом за тупым патрулированием улиц по-настоящему разогнать кровь совершенно необходимо. А так как дело кончилось победой, даже есть за что выпить. Что же касается Джу, то он предвкушал составление парочки рапортов – за себя и за Аглара, – допросы по горячим следам, новую беготню в архив и обратно, нудеж Мараша, что в документах грамматические ошибки и следует переписать сотню-другую листов от начала до конца. Поэтому болтовню развеселившегося Шана он поддержать не сумел. Заняться собственными делами судьба не сулила, и это было досадно.

Жизнь в Царском Городе начиналась, едва лишь светало. Дин попал на доклад одним из первых и откровенно выложил все, что думал о новопоселенцах острова Бо. Государь внимательно выслушал его и не задал ни одного вопроса. Тогда Дин осмелился спросить сам:

– Каков наш интерес в общении с ними?

– Если они желают помощи и покровительства – мы им окажем. Само собой, в разумных пределах. Пусть господин посол твердо решит к завтрашнему обеденному времени, чего именно он хочет. Я приму его в Серебряном павильоне для личной беседы. Официально вы мне представите его в тот же день половиной стражи позже.

Ага, подумал Дин. Океан потому велик, что и малыми речками не брезгует. У них есть золото, у нас есть то, что можно за золото купить. А значит, мы дружим с иноземцами. Однако для личных, да еще и предваряющих официальное представление бесед государь снисходил в редчайших случаях. Вернее, в тот единственный раз, что император имел с первосвященником энленского Эктла подобную беседу, официальная встреча не состоялось в связи с полнейшим их разногласием по взгляду на политику в северных землях.

Дин откланялся.

Прибыв в Большой Улей, Дин сделал так, как ему велели. Хитроватому посланнику Фай Ли он предложил три варианта развития событий.

Первый – окончательно вывести остров Бо из состава империи, сделать его самостоятельным государством и поддерживать со Столицей лишь дипломатические отношения. В этом случае цены на военную и продовольственную помощь, с учетом налогов, удваиваются, и никакой ответственности за безопасность жителей острова империя не несет, полностью предоставляя Бо собственной судьбе.

Второй – вернуть Бо в архипелаг Ходжер. Признать над ним власть Дома Джел и жить по ходжерским законам: заниматься рыбной ловлей, восстановить Башню оракула и снарядить или нанять корабль с людьми на охрану морских рубежей архипелага.

Последний, третий вариант, предполагал вхождение острова в состав империи на правах самостоятельного территориального образования, наравне с Таргским Севером, торговыми городами, савр-Шаддатом, Арданом, Ходжером и южными провинциями Икт. В этом случае гарантировалась продовольственная и военная помощь острову Бо, налог на торговые сделки значительно снижался, а по некоторым разделам уголовного, земельного и семейного права на жителей острова распространялся бы закон об экстерриториальности – то есть, только их собственные внутренние правила и установления. Правда, острову, вдобавок к самостоятельному руководству, полагался в таком случае наместник, но тонкости политических назначений можно обсудить лично с государем. В законах не сказано, что правитель острова не может быть одновременно и его наместником. Например, на Ходжере роль наместника исполняет сам Патриарх Дома, а в Ардане нет иного руководства, кроме генерал-губернатора, который одновременно и наместник, и правитель. Условия тоже просты: подпись на документе о своевременной уплате податей, мобилизация ополченцев в случае войны и жена-таю для государя, как залог подлинного объединения.

Отчего-то господин Фай Ли особо задумался над фактом женитьбы государя на таю. Спросил, нельзя ли обойтись без нее.

Дин пожал плечами. Это можно обговорить с государем, но женитьба – всего лишь формальность. Дань пятисотлетним традициям. Государь женился на саврской княжне, когда той едва исполнилось четыре года, и через два дня отослал ее домой. Со всеми женщинами из торговых городов брак по взаимному согласию был расторгнут через малое время после свадьбы, и девушки переданы ожидавшим их возвращения женихам. Закон о государевых женах – всего лишь знак взаимного уважения государя и имперских территорий. Это почетно, когда, подержав некоторое время женщину в своем доме, государь отдает ее обратно народу, воспитавшему ее. Ребенок этой женщины от следующего брака – как бы дитя государя, хотя носит другое имя. Конечно, государи в истории Таргена случались разные, но нынешний вовсе не придерживается буквального следования закону. Важно лишь соблюсти внешний ритуал.

Тут Дин позволил себе улыбнуться и добавил:

– Государь умный человек, с ним можно договориться, он все поймет.

– Я подумаю над вашими словами, – кивнул господин посол. – Между собой мы обсудим все варианты и решим, что нам нужнее – полная независимость или частичная – и как достигнуть с государем соглашения. Спасибо вам за вашу работу. Мы увидимся с вами… завтра?

Дин так понял, что ему вежливо предлагают пройти за ворота.

– Да, – сказал он. – Я заеду, чтобы проводить вас в Царский Город.

Покинув усадьбу, Дин заглянул в Приреченский филиал муниципалитета, чтоб выяснить, как выполнено его распоряжение о расселении в меченые комнаты, получил удовлетворительный ответ, а на обратном пути решил вновь проехать мимо Большого Улья. И сделал это зря.

Хорошенькая куколка Нэль сидела на дереве над дорогой и с тоской смотрела оттуда на Ослиный рынок. Бес ткнул Дина под ребро, и солидный государственный сановник позволил себе глупое и предосудительное мальчишество, на которое не решался даже с Каис пятнадцать лет назад. И, что самое странное, испытал от своего мальчишества восторг.

Фай видел в Дине ловкую шельму, которая отрабатывает перед хозяином свой хлеб. Для Фая не осталось секретом, что Дин все вокруг подмечает. Именно такого человека и должны были прислать: с глазами на затылке.

Размениваться на мелочи Фай не собирался, и большой пользы от государева советника получить не рассчитывал. Поэтому он держал Дина на дистанции и доверительных отношений с ним не собирался допускать.

Усадьба, предоставленная в качестве резиденции, Фаю понравилась. Дом был вместительный, добротный и содержался в полном порядке. В нем хватило места и для жилья, и для лаборатории, которую Фай планировал развернуть на континенте.

Тучный распорядитель построек (так понял его должность Фай) настойчиво уговаривал