Стирающее поветрие, или Бумажная лавка госпожи Анны - Ксения Котова

Открыло створки прямо в пустынный город межэтажное окно. Анна с Человеком-Из-Тени вылетели на улицу. «Бумажная лавка» осталась позади, но свинг, преследуя, грохотал в ушах.

Танцоры гарцевали по ночному городу в ореолах фонарей – мчались по скверам, площадям, паркам. Желто-голубой свет размывал фигуры, копировал тени и закручивал в собственных вычурных движениях; едва куклы надоедали – бросал на мостовые змеящимися трещинами.

Анна не чувствовала холода, не думала, что вокруг. Хозяйка магазина сливалась с городом в пляске, позволяя Человеку-Из-Тени вести. Отбила дробь каблуками, подала руку – партнёр схватил и дёрнул. Они обнялись, оттолкнулись друг от друга, пошли тандемом. Человек-Из-Тени двигался позади, придерживая Анну за запястья. Та запрокинула голову, сияя глазами.

Их отражения скользили в потрескавшихся витринах, махали ногами в пыльных окнах, а там, где не было зеркал, растворялись в наполненном музыкой и невысказанными словами воздухе.

Танцоры веселились среди обшарпанных рекламных вывесок и забегали в бары, воскрешая призраки посетителей; крутились ветряными мельницами на стойках под звон бокалов, стук пивных кружек и звяканье кофейных ложечек. Чашки подскакивали, стулья вставали на дыбы, половицы стонали.

О, этот свинг! Больше свинга! Звучи! Звучи! Звучи!..

Свингуя, город вспоминал, что прежде кипел жизнью, и вытряхивал образы стёртых дней из ящиков памяти. Сегодня Человек-Из-Тени разобрал свою Тьму на марионетки ради кукольного представления. Всё преданное забвению воскресло на ночь, и владелец театра искренне наслаждался: Анна шагала с ним в такт, взбивала пальцами волосы, размахивала пятнистой юбкой и сверкала туфлями. Она выглядела великолепной богиней!

Музыка отдавалась в переулках, прыгала по дорогам, заглядывала во дворики, стрясая с веток последние осенние листья. Город жил, покуда в патефоне крутилась пластинка – так великодушно пожелал Человек-Из-Тени. Даже его утомил контракт длиной в тринадцать лет.

– Ты боишься… ишься? – спросил он, вращая Анну за талию.

– Нет, – прошептала хозяйка магазина. Ветер подхватил её слова, разметав по улицам. – Нет… нет… нет…

Она упала в руки Человеку-Из-Тени. На пустом лице проступали лица разных людей: знакомых и незнакомых, старых и молодых, счастливых и грустных. Анна вглядывалась в черты в надежде увидеть… Посетителей? Артура? Ежевику? Или уволившуюся Мечту?..

Голова кружилась, мысли уплывали, силы заканчивались. Анна закрыла глаза, и её поглотила тьма.

* 6 *

Этнимы смирились с существованием изгнанника, но считали, что он лишён всего: тела, разума, души. Однако тот, кто рождён из решений, знает природу выбора. Тот, кто существует в мгновениях между «до», «сейчас» и «после», понимает суть времени. Тот, кто приходит на зов, различает голоса – даже если слышит не слова, а страхи и надежды.

Изгнанник наблюдал за людьми из тени. Они завораживали его: встречи, прощания, разговоры, страсть и ненависть. Изгнанника восхищала человеческая неповторимость и непредсказуемость.

Он пытался подражать… но тяга, которую Человек-Из-Тени испытывал к Анне, не была ни любовью, ни сочувствием.

Рождение новой главы: в семье Эскриптов пополнение

Теперь в «Бумажной лавке госпожи Анны Эскрипт» пахнет не только книгами и чаем, но и детством! У Анны и Артура появилась на свет дочь, которую счастливые родители назвали Викторией.

В честь радостного события они устроили в лавке особую литературную вечеринку. Пространство магазина преобразилось: рядом с массивными книжными шкафами появились низенькие полки, доступные даже самым маленьким читателям. Здесь потрёпанные азбуки уживаются с современными изданиями, учебники – с приключенческими романами, школьная классика – со сказками народов мира. А в уютном уголке под лестницей поставили плетёную корзину с вязаными и плюшевыми литературными героями.

«Каждая история прошла тщательный отбор, – улыбается Анна, укачивая маленькую Викторию. – Мы хотим, чтобы наша дочь росла в книжном мире, если вы понимаете, о чём я. Поэтому начиная с сегодняшнего дня здесь будет не только мудрый шёпот страниц, но и задорный детский смех. Добро пожаловать в обновлённую “Бумажную лавку”!».

Журнал «Книжная жизнь»

Глава 12. Нерассказанная история

Тринадцать лет Анна не просыпалась на диване.

Хозяйка магазина с трудом села – всё тело ныло. Она коснулась лба, потрогала волосы, представила свою превратившуюся в гнездо причёску и вспомнила вчерашний день. Первое – уволилась Мечта. Затем перед глазами возникли патефон, скребущий иглой винил, и комната Ежевики с застеленной чистым бельём кроватью. Дальше воспоминания обрывались.

Анна помотала головой, поморгала.

– Нет, было же что-то ещё…

Барабанные перепонки тронуло эхо задорной музыки. На периферии зрения замельтешили чёрно-бело-жёлтые пятна на синем одеяле ночи. По коже пробежали мурашки, и Анне захотелось пуститься в пляс. Она вспомнила безумный свинг в мёртвом городе и похолодела.

«Неужели правда?» – сердце ушло в пятки. Вряд ли Анна с Человеком-Из-Тени могли так самозабвенно летать по крышам. Разве она пережила бы танец, не став частью голодной Тьмы?

Однако хозяйка магазина была в порядке, не считая стёртых ног, всклокоченных волос и юбки в зацепках. Анна даже не простыла, хотя в одном платье плясала на пронизывающем ветру.

– Мне точно не приснилось?.. – размышляла она.

Хозяйка магазина поднялась наверх, приняла душ и завязала волосы в небрежную косу, украсив заколкой с вороньими перьями. Напевая, Анна пришла в супружескую спальню и открыла гардеробную. В гостевой комнате, куда хозяйка магазина переселилась после Стирающего поветрия, висели лишь чёрные платья в горошек. А здесь – и юбки, и брюки, и блузки, и сарафаны, и любимое сиреневое платье с орнаментальным пояском.

Анна поколебалась и выбрала это платье. Ткань обняла чистое тело и опала свободной юбкой к щиколоткам. Из обуви подошли белые мокасины, удобные для стёртых ног, как тапочки.

Хозяйка магазина почувствовала себя посвежевшей и обновлённой.

Приготовив завтрак, она погрузилась в дела. Глаза видели – работы много, но ноги отвели в киоск, руки принесли сумки с продуктами, разобрали письма и завернули заказы. Отправку почты Анна отложила на утро – ей ещё следовало приготовить еду для себя и посетителей.

Всё шло гладко, несмотря на отсутствие Мечты. Единственное, что беспокоило Анну: сквозняки. Создавалось впечатление, будто стены «Бумажной лавки» рассохлись, а плинтуса отошли. Хозяйка магазина никак не могла согреться и накинула поверх платья пушистый кардиган.

Она перекусила салатом и испекла к четырём часам ежевичный пирог. Сев в гостиной, Анна достала шахматы. Она играла сама с собой в ожидании посетителей, пока не поставила мат.

Часы показали четыре, четыре двадцать шесть, без пятнадцати пять, начало седьмого – никто не приходил. Хозяйка магазина нервно кусала губы: «Неужели Человек-Из-Тени изменил порядок партии и решил заморить меня одиночеством? До чего коварно!..».

Скрип входной двери – долгожданный скрип! – заставил Анну