Кодекс Магических Зверей I - Павел Шимуро

Прошло несколько томительных минут. Я уже начал подумывать, что свисток сломан, или сигнал не дошёл, или мы и правда обречены, как вдруг наверху что-то блеснуло.

Я поднял голову и увидел, как с высоты стремительно спускалась знакомая железная клетка! Она летела вниз и через пару минут с глухим стуком опустилась точно в центр поляны.

Мы почти ввалились внутрь. Гард, не заходя, щёлкнул языком. Ястреб на мгновение материализовался в воздухе, схватил чёрное перо, что висело здесь как метка, и растворился. Сразу после этого Гард шагнул в клетку вслед за нами.

Ларк снова поднёс свисток к губам и дунул. На этот раз я почувствовал лёгкую, едва уловимую вибрацию в воздухе. Сразу после этого массивная решётка захлопнулась с оглушительным лязгом, и клетка плавно пошла вверх.

Поход в Лес был окончен.

Я рухнул на холодный железный пол, прислонившись спиной к прутьям, и закрыл глаза. Дышал тяжело, прерывисто. Казалось, каждую мышцу в теле кто-то вывернул наизнанку и хорошенько отбил молотком. Поход оказался опаснее, чем мог себе представить.

Достав из сумки глиняную флягу, с дрожью в руках отпил несколько глотков. Второй рукой на автомате стал гладить зайцелопа, который вылез из сумки, устроился на коленях и смотрел на меня огромными янтарными глазами. Его тёплая шёрстка и спокойное, доверчивое присутствие понемногу снимали остатки напряжения.

Рядом с шумом опустился дядя.

— Ну что, племяш, — хрипло начал он, не глядя на меня. — Со зверем что планируешь делать?

Хороший вопрос. А что, собственно, я с ним буду делать? Перевёл взгляд на зайцелопа и он, словно почувствовав внимание, поднял голову и уставился на меня. Его глаза смотрели с такой безграничной преданностью и любовью, что у меня в груди что-то ёкнуло — так могли смотреть только звери, ведь они не знали предательства, лицемерия или корысти. Они любили тебя просто за то, что ты есть, а зайцелоп будто понимал, что я спас ему жизнь и доверял мне полностью, без остатка.

На моём лице сама собой расплылась нежная, усталая улыбка.

— Оставлю себе, — тихо сказал я.

Гард, стоявший у противоположной стенки клетки, хмыкнул.

— Присматривай за ним, а я… Как-нибудь навещу тебя. И если с ним что случится… — он не договорил, но смысл был ясен как день. Однако в его голосе не было прежней ярости, скорее холодное предостережение.

Я лишь кивнул и даже не обиделся. В этом теле теперь жил я, а «убийца зверей» давно покинул этот мир. Мне предстояло доказать это не словами, а делами.

После паузы решил спросить то, что давно не давало мне покоя:

— Дядя, а почему на территории Леса не создали постоянного убежища? Какую-нибудь базу или форпост? С ними бы стало намного безопаснее — по крайней мере, у людей могло появиться место, где можно в безопасности переночевать, найти укрытие или получить помощь в случае опасности…

Ларк повернул ко мне голову и криво ухмыльнулся.

— Думаешь, не пробовали? — он покачал головой. — Пробовали, племяш, причем много раз. Богатые гильдии, сам губернатор, именитые академии Мастеров Зверей — все кидали силы и деньги, строили укрепления, выставляли сильную охрану, устанавливали магические барьеры, но результат у всех был одинаков. Догадываешься какой?

Он помолчал, уставившись в потолок клетки, будто видя в нем отголоски прошлого.

— Лес… бросал на эти точки всё, что мог: стаи зверей, биомы-убийцы, магические аномалии… Каждая попытка закрепиться заканчивалась кровью. Иногда смельчаки успевали эвакуироваться, но чаще нет. Последний форпост — «Гнездо Феникса», пытались возвести лет пять назад. Туда отправили двадцать Мастеров Зверей В-класса с их зверями. — Ларк щёлкнул пальцами. — И их стёрли за одну ночь. С тех пор никто больше не пытался.

От его рассказа по коже пробежали мурашки. Лес — не просто опасная территория, казалось, будто он был чем-то живым, разумным, и явно недружелюбным.

Вскоре свет сверху стал ярче, послышался скрежет механизмов, и клетка мягко остановилась. Мы вышли в круглый зал миниатюрной крепости и преодолели коридор. Лязгнули массивные засовы, ворота крепости медленно распахнулись, выпуская нас обратно в уже вечерний, пахнущий дымом и пищей городской воздух.

Стража на посту проводила нас оценивающим взглядом.

— Моррис, — глухо произнёс один из стражников, кивком отмечая Ларка. Его взгляд скользнул по отряду, задержавшись на моём бледном лице и глубоких свежих царапинах на каменных пластинах бронебруса. — Похоже, вам сегодня удалось хорошо погулять.

— Да уж, — хрипло отозвался дядя, снимая флягу с пояса и делая долгий глоток. — Лес сегодня не в духе — подбросил нам сюрпризов.

Второй стражник, чей зверь-скорпион медленно поводил раскалённым кончиком хвоста, издал короткий смешок.

— Да у вас вечно так, — пробурчал он. — Как добыча?

Ларк потряс почти пустой сумкой, где позвякивала пара склянок.

— Сущие крохи. Зато впечатлений — на год вперёд.

Первый стражник медленно кивнул, и в его позе появилось что-то вроде… солидарности? Своего рода профессиональное уважение тех, кто тоже ходит по краю.

— Живы и ладно. А теперь отдохните как следует и проспитесь.

Стражи отступили, пропуская нас. Их питомцы улеглись, потеряв к нам интерес.

Отойдя от крепости в тень узкого переулка, Ларк остановился, прислонился к стене, достал из-за пазухи помятую самокрутку, зажёг и глубоко затянулся.

— Фу-ух… Еле ноги волочу, — прохрипел он, выпустив струйку дыма. Его мутный от усталости взгляд скользнул по нашим потрёпанным фигурам. — Ну что, герои? Показывайте, за что кровь портить пришлось. Гард, Торрин, давайте сюда своё добро.

Хмурый Гард и молчаливый Торрин высыпали добычу на сложенный плащ. Склянки с мерцающим «лазурным нейронником» засияли в сумеречном свете.

— Ни фига больше не нашли, — буркнул Гард, садясь на корточки. — Только эту светящуюся хрень.

— У меня есть еще ягоды, — сказал я, тоже снимая сумку. Зайцелоп, почуяв свободу, вылез и устроился у меня на коленях, подрагивая. — Но я сразу говорил, что они мне нужны.

Ларк кивнул, не споря. Он взял одну из склянок с нейронником, покрутил в пальцах и прищурился.

— А эта штука… хм. Без понятия, что это такое, но раз блестит — уже хорошо. Может, алхимикам сгодится. — он посмотрел на нас. — Я свяжусь с перекупщиком, что с Академией работает. Племяш, ты как, продавать свою долю будешь?

Я кивнул и задумался. Деньги, конечно, нужны, но и растения казались невероятно полезными…

— Давай так, — сказал я, доставая склянку с «Лазурным нейронником». — Я отдам тебе одну склянку, а остальное пока оставлю себе. Если окажется, что она кому-то интересна, можно будет подумать о дальнейшей продаже, а