Неженка и космодесант - Дина Дружинина

Склонив голову, смотрит на меня. Ждет, что я расскажу.

Отрицательно мотаю головой, делиться с ним про поцелуи и свои ощущения, рассказывать, как у меня кружится от них голова, как мне приятно, когда руки Арда, смыкаются на моей спине, вжимают меня в его твердую грудь, — я не намерена.

Пауза между нами затягивается. Мне кажется или он реально принюхивается ко мне? Интересно, что он хочет понять, глубоко втягивая носом воздух и раздувая ноздри.

Приходится слегка поерзать в его руках. Сколько в нем силы, я даже не берусь вообразить: держит меня на руках, словно забыл вообще обо мне. Чувствую себя пушинкой.

Рэй отмирает, пытается торговаться:

— Давай договоримся, — произносит с самой сияющей и невинной улыбкой, на какую он способен.

Видимо, Рэйнэн решил включить навыки межмировой дипломатии, продолжает многообещающе:

— Ты остаешься в капсуле, пока я не получу отчет о том, что с тобой все в порядке. Лежишь спокойно и больше не пугаешься и не пытаешься содрать с себя комм, а я потом сразу отнесу тебя к Арду. Идет? — спрашивает с хитрой улыбкой, заранее зная, что деваться мне некуда, и я точно соглашусь.

Укладывает меня обратно в медицинскую камеру, откуда я смотрю на него снизу вверх, тепло улыбаюсь ему и говорю:

— Ладно.

Улыбается в ответ.

Похоже, среди нас проходит негласное соревнование на самую теплую и обворожительную улыбку.

И когда он, расслабившись, довольный откидывается на спинку стула, я задаю вопрос, который меня волнует:

— Ты тут так и будешь сидеть? Все время?

— Да, я здесь, — он улыбается, но улыбка выходит напряжённой. — Мы решили с Шэором, что ты больше не будешь оставаться одна. Ни на минуту.

— Почему?

Рэй вздыхает, проводит рукой по своим светлым волосам, ерошит их легким движением, которое мне хочется немедленно повторить, пропуская его волосы между пальцев.

— Потому что ты упрямая, мы уже поняли. И если тебе взбредет снова пойти к Гвайзу, я хочу быть уверен, что тебя можно вовремя остановить.

Я краснею от обвинений, но мне ничего возразить. Они справедливы, я сама угодила в лапы Гвайза.

— Мы будем рядом по очереди, — продолжает он. — Потому что тебе одной быть… небезопасно.

— Я хотела попасть к Арду, — повторяю упрямо и тихо.

— Да понял я, понял. Но пришла к Гвайзу, и судя по его реакции, он этого и ждал. В этом и вопрос. Как так вышло? Каюта, в которой он содержится — в дальнем отсеке корабля, туда дойти — это очень надо постараться. Но ты пришла прямо к нему в лапы.

Он старается говорить насмешливо, но я слышу, что он всерьез обеспокоен.

Прикрываю глаза, чувствуя, как снова накатывает усталость. Превозмогая ее, спрашиваю:

— Ты считаешь, что это не случайность? Я же могла просто заблудиться? — Мне хочется надеяться на положительный ответ.

Но вместо него, Рэй цыкает половинкой рта, качает головой:

— Мне кажется маловероятным. Так что отныне — кто-то из нас всегда будет рядом. И это не обсуждается! — Рубит он рукой воздух, ставя точку в разговоре. — Ложись, и постарайся отдохнуть. так сканирование и лечение пройдут гораздо быстрей.

— Хорошо, — шепчу, прежде чем снова провалиться в сон.

На этот раз мне ничего не снится. Но где-то в глубине души я всё ещё чувствую тепло прикосновений.

Первое, что я вижу, открыв глаза, — Рэя, сидящего на краю медицинской капсулы.

— Как ты? — Спрашивает он. В голосе звучит хрипотца.

— Кажется, жива, — пытаюсь пошутить я.

Он улыбается, но в его глазах таится тревога.

Глава 26. И если мне сомненье тяжело

Рэй

— Я готова, — шепчет она, с решимостью глядя в мои глаза, напоминает на всякий случай: — Мы договаривались!

Хмурит брови, что-то чувствует.

Чувствительная.

Считывает тревогу в моих глазах, наверняка пытается угадать ее причины. А я не решил пока, готов ли я их озвучивать.

Молчу. Медлю. Помогаю ей подняться и сесть.

Все равно в итоге говорю не то, что должен, и не то, что она хочет слышать:

— Стандартное сканирование не выявило у тебя никаких проблем. Но ты все равно можешь отказаться от того, чтоб стать донором. Ард слишком….

Не дает мне договорить, нетерпеливо перебивает. — Нет, я все решила и не передумаю! — ставит точку.

Она все это уже слышала не раз. Да и в голове наверно прокручивала тоже многократно. Разговоры ни к чему не приводят.

Аккуратно поднимаю ее на руки, помогая выбраться из капсулы, не отпускаю, продолжаю держать на руках.

— Тут рядом, я отнесу тебя, — приходится прочищать горло на середине фразы. Сиплю и хриплю как непрочищенный гидрокомпенсантор доисторического космического крейсера.

Глаза заливает чернота, температура подскакивает градусов на двести. Обжигаю девочку ладонями. Прижимаю к горячей груди.

Не отпускал бы ее, нес бы и нес, хоть на край вселенной. Туда, где никто не достанет. И где нет никого. Она и я.

Мышцы напрягаются. Еле сдерживаю, чтоб в боевую форму не развернуться и не прыгнуть с моей драгоценной ношей в спидраннер, улететь отсюда.

Спрятать ее хочется ото всех.

Но вместо этого я несу ее Арду.

Уверен, он сделал бы то же самое для меня. Наверное.

Но моя решимость не так крепка, как была бы его. Он у нас всегда заботится о других, ответственный и продуманный.

А я хочу ее себе. Навсегда.

Да вот только она просит отвести ее к нему.

Круг замкнулся. Заходим на второй. или сто двадцать пятый.

Я замедляю шаг. Осознание того, что через некоторое время все безвозвратно изменится давит монолитной плитой.

Мои мысли теснятся в голове, а сердце стучит слишком громко. Еще немного — и выпрыгнет в маленькую ладошку, которой она опирается на мою грудь.

Прижимаю свою девочку так бережно, как только могу. Сам не заметил, когда стал ее так называть.

Она чуть дрожит. Я за слезинку ее любого готов крошить в космическую пыль. Но сейчас сам несу ее сюда, и не знаю, какой будет итог.

С каждым шагом к регенеративной капсуле я всё сильнее сомневаюсь: неужели это единственный выход?

Ард нуждается в ней, в её энергии, но что, если она слишком слаба? Что, если, пытаясь спасти его, она отдаст слишком много и пострадает сама?

Скрежещу зубами: еще один круг мыслей пройден.

Последний шаг к капсуле дается особенно тяжело. Она пока не поняла, что мы уже пришли, смотрит на меня, почему я остановился вдруг.

Перевожу взгляд поверх ее головы на Арда. Он лежит неподвижно, больше похож на тень, чем на воина.