Темный Охотник #13 - Андрей Розальев

Следующие пару часов мы занимались тяжелоранеными. К счастью, сегодня их было немного, а безвозвратных потерь вовсе удалось избежать.

— Как так получилось, что в твоём отряде все выжили? — спросил какой-то военачальник, заглянувший в госпиталь попроведать кого-то из своих.

— Просто не лезли на рожон, — пожал я плечами. — А ещё я пообещал пять нарядов вне очереди тем, кто подставится.

— Пока другие геройски гибли…

— В смерти нет ничего геройского, — возразил я. — Героически можно выполнить задание, сохранив жизни своих солдат. А мёртвый боец уже бесполезен.

— Это… как-то слишком прагматично, — покачал рогами военачальник.

— Зато эффективно, — парировал я.

ㅤ

Закончив с ранеными, я вышел на уцелевшую часть галереи. В кальдере кипела жизнь. Инферны, за какой-то надобностью прибегавшие к даче князя, цвели и пахли — как же, выстояли, выжили, жизнь продолжается. Пахли, правда, преотвратно, как и их перспективы выживания.

«Кодекс, — обратился я, — их надо отсюда эвакуировать. Мир безнадёжен, здесь только орбитальная бомбардировка поможет».

«СОГЛАСЕН, БРАТ АРТЕМИС».

«Можешь передать координаты мира в Орден?»

«МОГУ».

«Хм… какую-то недосказанность в словах твоих слышу я».

«ОРДЕН СЕЙЧАС НЕМНОГО ЗАНЯТ».

«Да ладно! Тут целая цивилизация! Разумная, высокоразвитая, уровень одарённых почти сто процентов! Слабоваты, но можно подтянуть! Это же отличные бойцы, и мои инферняшки это уже доказали! И что, Орден просто пройдёт мимо, мол, следую своим курсом? Когда такое было?»

«НИКОГДА ТАКОГО НЕ БЫЛО И НЕ БУДЕТ, БРАТ. ЕСЛИ Я ПЕРЕДАМ КООРДИНАТЫ МИРА, БРАТЬЯ ВМЕШАЮТСЯ. НО ОРДЕНУ ХВАТАЕТ БОЙЦОВ. ИНФЕРНЫ ПРИГОДЯТСЯ ТЕБЕ САМОМУ».

«Ты про этого солнечного паразита недоощипанного? У них на него будет зуб, когда всё вскроется, это да. Но разбираться с ним мне в любом случае придётся самому. Тёмный бог, даже если он только встал на этот путь — не уровень простых смертных!»

«СДЕЛАЙ ИХ СИЛЬНЕЕ».

«Для начала их надо отсюда вытащить. А их тут… князь говорит, в кальдере десять миллионов инферн».

«ОХОТНИКИ НЕ ТОЛЬКО СРАЖАЮТСЯ», — я вдруг явственно услышал в обычно нейтральном голосе Кодекса усмешку.

«Предлагаешь мне этим заняться?» — дошло до меня.

«ИМЕННО ПРЕДЛАГАЮ. ТЫ МОЖЕШЬ ОТКАЗАТЬСЯ. НО БУДЕТ ЛУЧШЕ, ЕСЛИ ТЫ СОГЛАСИШЬСЯ».

«Кому лучше-то…»

«ВСЕМУ СВОЁ ВРЕМЯ, БРАТ АРТЕМИС. ОДНАЖДЫ ТЫ ПОЙМЁШЬ».

Чувство присутствия высшей сущности исчезло.

Вот так, значит? Решать мне, и я могу отказаться. Да только здесь и решать нечего. Это не вопрос оценки собственных сил или шансов народа инферн на выживание. Это вопрос доверия Кодексу.

А однажды впустив Кодекс в свою душу…

Раз он говорит, что мне лучше пойти этим путём — значит, для чего-то это и в самом деле лучше.

Вот только эвакуировать — куда?

Я хоть и Светлейший князь, но по владениям — как был правнуком барона, так и остаюсь. Своих земель у меня — с гулькин хрен. Голицын вроде заикался про земли эпицентра, так их ещё отвоевать надо. А до того времени…

Охренеть, это ж целый мегаполис! Чуть поменьше самой Москвы, и даже больше Питера!

Но с другой стороны, традиция… Из каждого похода привозить домой кого-нибудь. Кто-то магнитики на холодильник привозит, а кто-то не мелочится. Началось всё с белкусов, потом пять инферняшек, потом четыре с половиной сотни, потом вон, дракоша, полубогиня… Заявлюсь к Голицыну, скажу так и так, на Дальнем Востоке народу мало, всего десять миллионов, включая японцев. Вот, я ещё десять привёз.

А хотя теплолюбивые инферняшки охренеют с Дальнего Востока. Они снега-то в жизни большинство не видели, а там его не то что по колено, а с крышечкой.

Чёрт, о чём я думаю!

Ладно, в любом случае надо сперва с Голицыным обсудить. Он ведь может и отказать, и будет в своём праве. Да и не только он. Такое переселение — это дело международное. Опять придётся всех этих болтунов слушать…

Да в Бездну!

Попытаться-то я могу? Могу! Получится — отлично. Не получится — обращусь к Кодексу ещё раз.

Хотя с чего бы у меня не получилось? В конце концов, у меня полтонны мифрила. Да за такое количество этого металла можно у Китая готовый город купить, со всей инфраструктурой! Они их, говорят, про запас строят, на вырост. И даже если все короли и императоры Земли будут возражать — по слитку каждому подарить, и они переобуются.

Я даже головой встряхнул.

Вот что значит пожить среди людей!

С каких это пор Охотники дают взятки политикам? Да они сами мне ещё заплатят! Не знаю правда пока, за что. Но бедный охотник — хреновый охотник. А если каждому мифрил раздавать — бедным очень быстро станешь! Так что хрен там плавал!

Договорюсь!

Только надо сперва самому всё посчитать.

«Мы подходим, кажется, — в голове прозвучал голос Шейры. — Тут котята чему-то радуются. Щекотно».

«Хорошо, сейчас встречу».

Ну вот, даже толком не поразмышлять. Всё время куда-то бежать надо.

— Ариэль! — позвал я, перегнувшись через парапет. — Пошли Шейру встретим!

— Я тоже пойду! — отозвалась Аня.

— Вы куда-то собираетесь? — на улицу выглянула Шони.

— Встречать партию беженцев, — кивнул я, спрыгнув на землю.

— Тогда я с вами! — просияла княгиня. — Ари столько всего рассказала! Хочу посмотреть своими глазами!

— Конечно, — улыбнулся я. — Но, уверен, она сильно преувеличила!

— Вообще-то, — на улицу вслед за матерью вышла раздосадованная Ариэль, — ты сам запретил рассказывать слишком много. Мы с Аней клятву давали, если помнишь. Так что я даже похвастать, какой у меня грон’хар крутой, толком не могу!

— Всему своё время, дорогая, — поцеловал я её.

ㅤ

Встреча вышла… эпичной. На широком пандусе восточных ворот гигантские пантеры с трудом расходились боками, занимая всю ширину дороги. Они по очереди подходили к воротам, инферны спрыгивали, используя телепортацию, кто-то даже решался поблагодарить кошек, погладив по зубастой морде. Пантеры щерились, ворчали, но инферны, особенно мелюзга, которых оказалось неожиданно много, их уже не боялись.

Ворота по приказу Шони открыли, прекрасно понимая, что такие гиганты в относительно узкий тоннель даже не пролезут. Но всё равно держали на мушке.

Вместе с остальными приехал и младенец — совсем крошечный, судя по всему, родился уже в пустыне. Пищал он, потому что матери, самой голодной и давно ничего не пившей, уже нечем было его кормить.

Беженцами занялись люди князя, а я занялся пантерами.

Освободившись от пассажиров, девочки