Сон разума - Лера Виннер

И не так страшно последнее, — потому что у нее впереди вся ночь, — как то, что «Я струсил» будет отвратительным оправданием в первую очередь перед самим собой.

Собравшись с духом, Ральфи сел, делая одновременно глубокий отчаянный вдох, и… ничего не случилось.

Вонючая отрава с той стороны не заполнила его собой, заставляя захлебываться, голову не повело, и ничто холодное не коснулось мимолетно его босой ноги, спущенной с дивана.

Телефон обнаружился между подушками и, надеясь, что хотя бы голос прозвучит просто сонно, он нажал обратный вызов.

— Что случилось? У тебя все в порядке?

Голос Чарли в трубке, немного раздраженный и хриплый, но теплый и свой, помог успокоиться окончательно.

— Да. Я спал.

— Так, что пропустил четыре вызова? — Бейкер хмыкнул недоверчиво, но по его тону ясно было, что беспокойство детектива отступило. — Сейчас половина седьмого. За тобой заехать или встретимся в морге?

— Давай в морге, — Ральфи потер лицо свободной рукой, просыпаясь окончательно.

Мимолетно подумал о том, что под диван заглядывать все равно не хочется, и коротко рассмеялся:

— Как звучит, а?..

— Придурок, — обругал его Чарли уже вполне добродушно, и дал отбой, а Ральфи еще несколько минут просидел, бездумно пялясь на задернутые шторы.

Глава 14

Вечерний морг разительно отличался от утреннего, — одна только лампочка над входом, перед которым припарковался Чарли, дорогого стоила.

Ральфи на нее почти залюбовался, включая сигнализацию нажатием кнопки на брелоке.

Заметив его, Чарли тоже вышел из машины с пластиковой папкой в руке.

— Ты смотри, — Ральфи кивнул на лампочку. — Настоящая загробная романтика, поэзия смерти, как она есть.

— Что случилось? — Чарли остановился, преграждая ему путь внутрь.

Короткий порыв ветра распахнул на нем куртку, и Бейкер поежился, потому что даже самое незначительное похолодание он переносил плохо.

— Сон плохой приснился.

Врать можно было себе, можно было кому угодно, но только не ему. Чарли был из тех немногих, кто видел. Выпаивал водой, а спустя несколько лет — виски. Подносил сигарету и держал за волосы, чтобы мог продышаться или не приложился лбом о белый фаянс в те редкие, но все же имевшие место быть случаи, когда все бывало совсем плохо.

— Опять? Ральфи…

— Молчи, — Паркер хмыкнул и легонько подтолкнул его к двери. — Не говори, на хрен, ничего, пока я не задумался, насколько целесообразно пытаться спать с кем-то в одной постели, когда меня посещает такая херня…

— Ты уверен, что тебе стоит? — Чарли не остановил его, просто задал вопрос, когда Ральфи уже взялся за ручку.

Тот только неопределенно пожал плечами в ответ.

Доктора Миллер им пришлось прождать не меньше получаса, в когда Алиса вошла, наконец, в ординаторскую, даже ее смуглая кожа выглядела нездорово бледной.

— Все в порядке? — Ральфи, конечно же, сделал шаг навстречу, но вовремя остановился.

— Да, — она кивнула обоим сразу и открыла окно.

Только потом достала из шкафа сумочку и, вытащив сигареты, просто бросила ее на диван, с которого поднялся Ральф.

— Здесь разве можно курить? — зажигалки у нее не было, и Чарли поднес ей спички, садясь на подоконник рядом.

Алиса кивнула в знак признательности, но ответила только после первой затяжки:

— Нет. Но пока не сработала пожарная сигнализация, об этом вряд ли кто-то узнает.

— Вы боитесь трупов, доктор Миллер?

— То, что я их режу не значит, что они мне нравятся, мистер Бейкер, — она выпустила дым и посмотрела на темное небо за окном.

— По правде говоря, мне больше нравится «детектив», — за разъяснениями он обернулся к Ральфи, который как раз пристраивал сумку Алисы на место. — Уже растрепал?

— Извини, не смог удержаться, — Ральфи закрыл дверь, которую Алиса оставила приоткрытой, и тоже подошел к окну, прислонился плечом к стене за ее спиной. — Что там такое?

— Девчонка, шестнадцать лет. Беременность, суицид, — она выдохнула дым и пожала плечами, будто извиняясь. — Никак не могу к этому привыкнуть.

— К этому никто не привыкает, Алиса, — на этот раз Чарли остался абсолютно серьезен, и после короткой на грани напряжения паузы, получил за это почти улыбку.

— Все в порядке. Давайте, что там у вас? — свой окурок она потушила в чашке с отбитым краем, а сигареты оставила лежать на подоконнике.

Чарли отошел от окна вслед за ней и положил на стол папку.

— Ральфи считает, что у нас тут завелся не один мясник, а целая банда. Я вытащил из архива несколько дел… Ладно, пару десятков дел, — он взял стул и уселся на него верхом так, чтобы видеть и девушку, и Ральфа. — Подходящих под нашу ситуацию набралось тридцать восемь человек.

— Неслабо, — Алиса открыла папку и стала внимательно просматривать фамилии. — Первая страница это свежие дела?

— Этого года, — Чарли кивнул и все же повернулся к Ральфи, хотя говорил в этот момент не с ним. — Было бы неплохо посмотреть их медицинские документы. Если окажется, что все были здоровы… Доказательств у нас, конечно, нет, но если шепнуть об этом правильно и в нужное время…

— Намекаете, что я зря назвала шутку про доктора Хайтера глупой? — изучив, очевидно, все, что ее интересовало, Алиса закрыла папку и перевела взгляд с него на Ральфа и обратно.

— Ральф считает, что здесь может быть торговля органами, — Чарли же, напротив, теперь смотрел только на нее.

Просто смотрел, без вызова или намека, и от этого ничего не значащего, по сути, взгляда, Ральфи вдруг стало почти стыдно.

— А как считаете вы?

— А я пока не вижу повода с ним не соглашаться, — Чарли наконец отвел взгляд, будто разрядил обстановку. — Как вы смотрите на то, чтобы перейти на «ты»? Раз уж мы совместно нарушаем закон.

— С удовольствием, — Алиса оперлась на стол, подаваясь к нему ближе. — Но только потому, что грядет осеняя коллекция. И я очень хочу скидку.

То ли подействовала общая атмосфера, то ли случилось что-то еще, но Чарли рассмеялся тепло и негромко, разводя руками:

— Любой каприз.

Алиса улыбнулась в ответ, а потом взглянула на часы и откинулась на спинку стула.

— Мне нужно писать отчет. Какие у вас планы на завтра?

— Может, опросим пару свидетелей, — Чарли пожал плечами, коротким кивком указывая на Ральфа.

— Мне нужно съездить домой, — Паркер снял очки и посмотрел стекла на свет, прежде чем снова надеть. — Сделать уборку.

— Собираешься нервы успокаивать? — тон Чарли был непринужденным, но то, что скрывалось за этой непринужденностью, было Ральфи знакомо лучше, чем хотелось бы.

— Нет, собираюсь продать, а с таким бардаком ни один риэлтор ее даже смотреть не станет.

— Тогда завтра у нас уборка, — успокоившись или по крайней