Главный герой становится Злодеем - Ли Лит

— Как я могу расхаживать по Вашей горе? — Ан Ханьсюй присел в позе лотоса и поставил локти на ноги, подперев ладонями подбородок.

Хуа Линь на его слова хмыкнула. Говорил такие противоречивые слова и не краснел.

— Не покажете? — обворожительно улыбнулся Ан Ханьсюй. Такая улыбка способна растапливать лёд, раскалывать каменный панцирь на сердцах. Не удивительно, что ученицы заглядывались на него. Что там ученицы, даже Цзинь Янь частенько попадалась на улыбку. «Коварная улыбочка» — прозвала Хуа Линь. Пользовался паренёк своим очарованием и не смущался. Далеко пойдёт.

— Шастаешь по моей горе и ничего, а тут испугался в лес зайти, — подтянулась Хуа Линь.

— Я же к Вам прихожу, когда Вы, как, например, сегодня, здесь.

— Боишься ёлок — в лес не ходи, — Хуа Линь отметила, что Син Юй задремал и протекающий под его боком разговор его не тревожил.

— Тогда расскажите, что там, — сдался Ан Ханьсюй.

Хуа Линь пожала плечами.

— Лес. Ёлки. Трава. Овраги. Холмики.

Лес как лес, что может быть в нём особенного? Казалось бы, но есть. Именно на границе с лесом главу Лу нашёл более одиннадцати лет назад Хуа Линь. Учитель Лу упоминал в разговорах, что в лесу накапливалась тёмная энергия, но из-за вливаемой чистой светлой она рассеивалась. С появлением Хуа Линь на горе Е необходимость рассовывать раз в четыре года тёмную энергию пропала. Циркуляция энергии, практикующейся и медитирующей Хуа Линь, обхватывала всю гору.

Учитель Лу оставил множество различных записей. Отдельно вынес про Лес Ао. За время заточения Хуа Линь прочитала их. Появление тёмной энергии не имело точной информации. Известно только, что сто сорок лет назад на высокой крутой горе нашли кристалл, переливающийся синим-фиолетовым. Он источал энергию, которую впитали в себя нашедшие его заклинатели. Капля равнялась десяткам лет практики. Кто не хочет получить сразу так много сил, не тратя время? За кристалл случился бой, в ходе которого кристалл треснул, разбился на множество осколков. Разлетаясь, они нанесли смертельные раны заклинателям, пронзили камни. Гора в крошки превратилась, оставив после себя холмик по сравнению с бывалой горой. Поиски осколков кристалла увенчались не тем успехом, на который рассчитывали, осколки не несли в себе силы. Просто красивые камушки. Разочарованные заклинатели передали остальным, что ничего не осталось. Остатки горы оставили в покое.

В записях учителя Лу говорилось, что частичка всё же сохранилась. Медленно она собирала вокруг себя тёмную энергию. Учитель Лу не мог дать точный ответ, почему то, что давало годы совершенствования, что стало сосудом, накапливающим тёмное. Кристалл, должно не исследовали. Оставалось только строить догадки.

— И только? — приподнял брови Ан Ханьсюй, возвращая из раздумий Хуа Линь.

— Сходи да проверь, — нахмурилась она и поднялась. Всем известно, что никто не решится подняться на гору Е, и как ему вздумается бродить. Все помнят последствия за сад Синхуа.

— Я завтра приду, — следом встал на ноги Ан Ханьсюй.

— Лучше учись.

— Я учусь, — Ан Ханьсюй выставил руки, прикрывая ладонью тыльную сторону другой, и поклонился.

Хуа Линь угукнула и обвела усталым взглядом деревья вишни, что росли на подножье горы, такие же деревья росли возле двора Юньцзянь. Тёмные сочные ягоды пестрели среди листьев. Сколько их ещё. А это они утром собрали две корзины для старины Цзяна. Он обещал вкусное вино сделать.

— Учится он, лучше бы помог, а не мешался, — Хуа Линь обернулась. И следа не осталось. Ушёл. — Вот же шустрый.

* * *

Расписной горами веер не спасал от жары. Хуа Линь сидела в тени персикового дерева на небрежно кинутом пледе, вяло обмахиваясь подарком Син Юя. Сама делала — от сборки до украшения. Преподнёс без повода вскоре после заключения Хуа Линь. Сказал, просто сделал. Но Хуа Линь сразу поняла — благодарность. К тому же слова не имели значения, что тогда, что сейчас.

Фигуру старины Цзяна Хуа Линь приметила сразу.

— Охлаждаешься.

— Прохлаждаюсь, — качнула головой Хуа Линь.

Старина Цзян накинул петлю на калитку и подошёл к ней.

— Я в город собираюсь.

Хуа Линь снизу с ленцой смотрела на него.

— Пойдёшь со мной?

От неожиданного предложения Хуа Линь замерла.

— Что мне там делать? — обмахнула себя веером.

— Прогуляешься, на людей посмотришь, купишь чего, в конце концов развеешься.

— С вертящейся головой буду похожа на деревенщину, — отмахнулась Хуа Линь. — К тому же жарко.

— Да кому надо глазеть на тебя?

— Ну знаешь ли, — протянула Хуа Линь. — Как будто не знаешь, что ни разу не была в городе после появления в школе.

— Повод, — ухватился старина Цзян. — Что толку сидеть и плавиться от жары?

— Лучше совершить поход до города и его улицам, — вяло усмехнулась Хуа Линь, опуская голову. Шея затекать начинала.

Выдох прозвучал над головой.

— Поможешь мне подарок выбрать.

Хуа Линь выпрямилась, оттолкнувшись от ствола дерева.

— Кому?

— У меня так много кому дарить, — проворчал старина Цзян.

— Ну, вдруг ты кого встретил в своих походах в город, — протянула Хуа Линь, качнувшись.

— Син Юй. Подарок Син Юю.

Хуа Линь кивнула и подняла уголки губ в улыбке.

— Правильно, хороший подарок нужно заранее готовить. Что в планах?

Старина Цзян присел рядом на голую землю, от предложенного края пледа отмахнулся.

— Ножны, свои он утопил. Бестолочь Лю по болотам шляется, теряет свои бесценные вещи, а потом другие искать должны. Старый пень.

Почти три года прошло с того случая, а Син Юй не торопился заказывать новые ножны, когда поиски старых не увенчались успехом.

— В лавке Цай заказать хорошее одеяние.

— Лишним не будет, — согласилась Хуа Линь.

— На этом мои идеи кончились, потому и прошу твоей помощи.

Хуа Линь задумчиво скрестила руки на груди.

— Думаю, ножны — хороший вариант, ты же сам их сделаешь.

Иначе и быть не могло.

— Син Юй упоминал, что хотел бы обзавестись алой слезой, — припомнила Хуа Линь давний разговор. — Редкий вид пионов.

На рынке в день основания города купцы привозили различные новинки да диковинки, и в один из таких годов привезли цветы, алые-алые. Старшая сестра Син Юя купила бы их в тот же момент, но их успели купить перед ней.

— Где ты его сейчас достанешь? — махнул старина Цзян.

— Любой каприз за ваши деньги.

— Ладно, посмотрим. Всё равно в город за материалами идти, — поднялся старина Цзян. — Пойдёшь?

Хуа Линь обмахнулась веером.

— Нечего надеть.

— Вот и зайдёшь, купишь.

— Ладно, уговорил, — подтянулась Хуа Линь.

— Через полчаса у ворот.

— Договорились, — Хуа Линь прикрыла глаза.

В шкафу вроде завалялся новый ханьфу, сшитый и доставленный