Валера! Газу! - Денис Пронин

подход бесил, но там можно было хоть по известному адресу особо истинно верующих послать, а тут — фигушки. Мэр, он же священник, и не получится чиновника от служителя церкви отделить… Групповщина какая-то! «Все — на стрельбище!» «Все — в церковь!» Что действительно удивило и понравилось, так это полное отсутствие негров. Я ничего не имею против Уилла Смита или Моргана Фримена[3], но они — редкое исключение. Я понимаю, что мнение возможно субъективное и неправильное, но вот что сложилось, то и сложилось. Вдобавок с тем же стрельбищем — есть, так сказать, вольные стрелки и есть «члены клуба», а остальные — типа гости и мы их терпим из вежливости. Ипать-копать, эдакий Бабельсберг, тьфу, Бильдерсберг американской глубинки! Это я с вотчиной Геббельса перепутал…

Вдобавок у наших «компаньонов» из ПРА что-то не срослось по срокам, и нам выдались несколько свободных дней, так что и отдохнули, и технику проверили, и даже, по инициативе Сёмы, всласть поиграли в преферанс, как в давние времена — со спиртным, досадными промахами, обидными ренонсами и «стенками», недо- и перезакладами и парадоксальными проходами непроходимых, казалось бы, мизеров. Я, кстати, оставил свою поклажу в Аламском «локере» (контейнерном складе) и пер в кузове горючку в бочках и три кубовых цистерны воды.

Глава 5

Про восьмисоткилометровый марш к предгорьям особо и рассказать особо нечего. С одной стороны, отделились семьи, женщины и дети, соответственно, внеплановых остановок стало меньше. С другой — началась серьезная «пахота» на конкретный результат — радиомолчание, усиление правил движения и прочие военные примочки. Вдобавок дорога стала ощутимо хуже, местами она вообще пропадала, признаки обитаемости вообще исчезли «как класс» еще на исходе первой сотни километров… Перли, в общем, «в пространство». Хорошо, ветер дул сбоку и пыли было меньше ожидаемого. Попадались куски, подходящие под описание Маэстро из фильма «В бой идут одни старики» — степь действительно ровная как стол. Попадались холмы, мелкие речки и пересохшие русла, в стороне оставались рощицы-перелески, но мы перли куда-то «в пространство» — а куда? Вели «компаньоны», мы, так сказать, болтались в роли массовки и, если надо, огневой поддержки. Но пока «надо» всё не наступало и не наступало…

Наконец, встали лагерем, и вперед ушли некие местные «егеря», прихватив с собой нашу бээрдээмку. У Айвара, честно открутившего баранку последние три часа, хватило сил только машину с прицепом установить «куда сказали», и всё — так за рулем и прикемарил. Да так, похоже, все рули отключились — разбивали лагерь в основном или пассажиры (кроме часовых), или «подменки». Но — справились, встали палатки, потянуло вкуснятиной из котлов над костерками… Помню, разбудил Айвара, мы поели нечто, спроворенное Серегой, и уползли спать. О-о-о… Спа-а-ать…

Через два дня капитан Фоканин, начальник нашей «икспидиции», скомандовал «Снимаемся!». Выспавшиеся и слегка отдохнувшие, мы свернули лагерь и тронулись в путь.

Перевалив через линию то ли высоких холмов, то ли остатков очень старых невысоких гор, наша колонна неторопливо подошла к «точке высадки». Славно здесь орденские вояки покуролесили! Одни развалины, вдобавок уже слегка затянутые местной растительностью… Фоканин отозвал меня в сторонку.

— Ну, ковбой, к водопою ты нас привел. И что дальше?

— Вообще-то это реплика лошади! А дальше — орех!

Я достал из нагрудного кармана куртки одну из трех схем — на каждой было указано только одно место с потенциальным «кладом».

— А остальное?

Я покачал головой.

— Тащ капитан, давайте слона по кусочку есть, не торопясь и вдумчиво. Разведаем одно, учтем всё, чтоб никому не обидно не было — и за следующее примемся!

— Время теряем!

— А у вас саперов на всё сразу хватит?

— Не понял!

— А что понимать? Съездили в одно место, спецы проверили, дали добро, счетоводы наши всё учли — потом отправились дальше. И ни у кого ни к кому ни претензий, ни подозрений! Я неправ?

Фоканин нехотя кивнул. Ну и мы отправились.

Вообще, если честно, обнаружить «потаенки» при желании можно было и без нас. Ту же разведку настропалить или с воздуха облететь — не знаю я специфики, и что им помешало я и знать не хочу. К первой «пещере Алладина» вела пробитая колея, слегка уже заросшая — по ней мы и двигались не спеша. Двигались, двигались, и додвигались.

Сперва мне показалось, что кто-то неостроумно и довольно дорогостояще пошутил. Под кронами местных высоченных деревьев, укутанные масксетями, стояли образцы бронетехники. Шесть танков на танковозах, копиях наших, четыре объемистых топливозаправщика на базе КрАЗа, две ПАРМ на том же шасси, пять бэтээров и два КамАЗа с кунгами. В голову лезло хрестоматийное «И тишина-а-а». А следом — столь же хрестоматийное «Это я удачно зашел!». Между машинами уже бродили какими-то своими маршрутами молодые ребята — саперы под руководством двух старлеев в годах и трех прапорщиков того же, лет под пятьдесят, возраста.

Я оборвал на полуслове подскочившего радостного Гешку — к нам направлялся чем-то недовольный Фоканин.

— И что делать будем???

Я слегка оторопел.

— Не понял!

Фоканин помялся — если за это можно посчитать эдакую пантомиму: он пожал плечами, снял и помял в руках кепи, почесал в затылке… Наконец разродился.

— Чуется мне, что влезаем в чьи-то игрища нехорошие…

— А вы с собой развед- или контрразведчиков парочку не прихватили, что ли?

— Да они развалины обследуют и обшаривают.

— А вы, тащ капитан, Гешку попросите — он за ними скоренько и сгоняет!

Фоканин перевел взгляд на Гешку.

— Геш! Уважь военного, а!

Гешка кивнул и ушел. Через пару минут мимо проперлась бээрдээмка.

— Вот откуда здесь бронетехника без номеров, но с «тризубами», а?

Я попробовал подобрать ответ — и этот процесс мне как-то не понравился. Слишком много нехороших предположений стало проявляться. Я открестился от этого занятия.

— Это у уполномоченных пусть мозги кипят. Я лучше поприкидываю, как нам это хозяйство отсюда уволакивать в закрома родины. Как бы паника ненужная не поднялась бы.

Фоканин как-то обреченно хохотнул.

— Ага, «красная угроза», «РУССКИЕ ИДУТ!».

— Во-во! Орден мимо такой шняги не пройдет, подключится обязательно. Ахтунг типа алярм! Партизанен!!!

Фоканин повертел головой, с улыбкой разглядывая «парк трофеев». Я, чтобы не обезьянничать, для разнообразия задрал голову, глядя вверх. Пожалуй, с воздуха заметить технику визуально не получилось бы — кроны деревьев на высоте метров пятнадцати как бы срастались, не пропуская к земле прямые солнечные лучи.

— Технику явно