Герой на полставки (Genshin Impact) - Мистер Ву

хотелось очень сильно, я буквально ощутил, как Тьма вокруг меня плотоядно улыбнулась, осознав, что добыча отрезана от спасительного берега, меня тут же обхватили, замотали в ментальные щупальца, сдавливая так, что моё «я» начало трещать по швам. А атаковать в ответ я не мог — тела-то у меня здесь просто не было! Ни рук, чтобы ударить, ни легких, чтобы закричать.

Я посмотрел на всю сложившуюся ситуацию исключительно с презрением, в первую очередь на самого себя и от этой мысли… у смертной тушки нет возможности убежать и дать отпор в абсолютной пустоте. Но у бессмертного-то, впитавшего в себя остатки тринадцати богов, она есть, не так ли? Да будет так…

— Гондон… — прорычал я мысленно, концентрируя всю свою волю в одну пульсирующую точку. — Думаешь, я сдамся?! Так близко быть рядом с домом! И быть сожранным какой-то космической хуйней?! Ты за кого меня, блять, принимаешь?!

Я нырнул глубоко в собственный поток сознания, абстрагируясь от всего, я выделил один-единственный элемент, что бурлил в моих венах бирюзой, я потянулся к этому резервуару, вскрывая его полностью, без остатка, накладывая эту чудовищную массу божественной энергии прямо на свою обнаженную душу, как эффект абсолютного резонанса.

— Сто процентов… — выдохнул я.

Пространство вокруг взорвалось, всё запульсировало ослепительным, яростным бирюзовым светом, энергия Анемо, усиленная волей мертвых Архонтов, ударила во все стороны сверхновой звездой, оно истошно защипело, хватка мгновенно ослабла — тварь обожглась о мой свет и с ментальным воплем отпустила меня, отшатываясь во мрак.

Я посмотрел на это создание и прикрыл глаза, чтобы не видеть эту хтоническую мерзость лишний раз… В моей руке из анемо возник ослепительный клинок. Этому миру ведь будет гораздо легче, если это нечто просто перестанет существовать? Так ведь… Обычный акт милосердия, я же хороший в глубине души человек…

****

Я вывалился из Ирминсуля, падая на четвереньки, меня тут же вывернуло наизнанку — я выплюнул изо рта какую-то густо искрящуюся ментальную дрянь, похожую на жидко-черный статический шум, который растворялся в воздухе, не долетая до мрамора. Нахида была тут как тут, она подскочила ко мне, её глаза были расширены от неподдельного ужаса.

— Что… что там произошло?! — её голосок дрожал, пока она тянула ко мне свои маленькие ручки, пытаясь помочь.

Я медленно поднял голову и протянул руку, прикладывая дрожащий палец прямо к её губам, заставляя замолчать, а затем мило и с абсолютной безмятежностью улыбнулся, прикрыв глаза.

— Ничего… — прошептал я мягко, стирая с подбородка остатки темной эктоплазмы. — Всё хорошо…

Она сглотнула, глядя на мою пугающе спокойную улыбку, и медленно, неуверенно кивнула.

— …Хорошо, Странник.

Я тяжело поднялся на ноги.

— Ты там вроде говорила, — я скосил на неё взгляд, — что есть ещё какие-то миры, которые ты очень хотела посетить, но куда тебе запрещала входить мама…

Нахида попятилась, нервно сглотнув и глядя на то место на полу, где только что растворилась выплюнутая мной космическая слизь.

— Да знаешь… уже не то чтобы очень хочется, — она активно замотала головой. — Мудрость — это хорошо, а инстинкт самосохранения — ещё лучше.

— Ну и отлично, — я удовлетворенно кивнул. — Меньше знаешь — крепче спишь… И дольше живешь.

Повисло неловкое молчание, она смотрела на меня своими зелеными глазами, я смотрел на неё сверху вниз с лицом человека, который только что отработал три смены подряд на заводе по производству кирпичей.

— Что? — наконец не выдержал я этих гляделок.

— Кхм, кхм… — Нахида неловко кашлянула в кулачок, переминаясь с ноги на ногу. — Кажется, ты уже официально… Архонт, твоя аура только что пробила потолок измерительной шкалы Ирминсуля.

— Знаю, — вздохнул я, чувствуя, как внутри меня гудит целый океан бирюзовой энергии, готовый в любой момент вырваться наружу и устроить локальный апокалипсис.

— Эм… — она с любопытством наклонила голову набок. — И как ощущения? Каково это быть только рождённым божеством?

Я на секунду задумался, прислушиваясь к своему организму.

— Как будто я выпил молока, заел его тухлыми сардинами, и меня хочет вырвать, но выходить нечему, — честно ответил я. — А ещё мне кажется, что я могу силой мысли заставить вон то дерево станцевать макарену, но это не точно.

Нахида нервно хихикнула, не уверенная, шучу я или нет.

— Так, ладно, лирические отступления закончены, — я хлопнул в ладоши, отчего по пространству прошла ударная волна. — Координаты у меня в голове, теперь вторая часть сделки, Капуста, я возвращаюсь в реальный мир, а ты прямо сейчас же, отменяешь эту проклятую свадьбу.

— Поняла, поняла! — она замахала руками. — Всё отменю! Скажу, что жених ушел в монастырь! Или что Акаша ошиблась расчетами совместимости!

— Скажи, что жених оказался козлом и сбежал, прихватив фамильное серебро. Я только что понял, что мои прошлые размышления о том, что меня будут преследовать пара наций и несколько Архонтов, — полная хрень, идём.

Вышли мы в безмолвии, и сам процесс возвращения в реальный мир не составил особого труда, хотя и не обошёлся без эксцессов, нахида прицепилась к моей руке, как гигантская зеленая пиявка. Явно брала уроки у Венти, однозначно, пиявка и мухоморка — какой же потрясающий потенциальный союз! Нужно их обязательно свести, а то что это такое: только меня тут используют и насильно женят.

Именно поэтому, пока мы топали сразу к выходу из Храма Сурастаны, я и предложил Нахиде самой выйти замуж, а что? Уже пятьсот годков за плечами, пора бы и остепениться. Главное — нормальное взрослое тело ей соорудить, а то жениха камнями забьют и посадят в особый питомник для любителей лолей.

— Что? Что?! Жениться… мне?! — она так искренне и громко удивилась, чуть не споткнувшись о собственный подол. Ах… какая паника сразу нарисовалась на её лице!

— У меня есть для тебя абсолютно беспроигрышный вариант, — невозмутимо продолжил я, с наслаждением наблюдая за её реакцией. — Вы с ним составите идеальную пару.

Она подозрительно прищурившись, инстинкт самосохранения вопил ей бежать, но божественное любопытство Архонта Мудрости, как всегда, оказалось сильнее.

— Кто это? — осторожно спросила она, готовясь услышать имя какого-нибудь мудреца или героя.

— Барбатос.

— …

Нахида медленно отпустила мою руку, в этот момент ей не хватало только закурить дешевую сигарету, на половину её личика легла мрачная тень, прямо как в старых нуарных детективах. Она подняла на меня пустой взягяляд и, если бы могла, то обязательно сказала бы прокуренным басом из пиратской озвучки девяностых: «Бать, ты щас серьезно?».

Вместо этого она медленно моргнула.

— Анемо Архонт? — переспросила она таким тоном, будто я предложил ей выйти замуж за мусорный бак. — Венти? Вечно пьяный бард, который поет